С давних времен считалось, что охота это прерогатива мужчин и это было верно. Когда охотились с применением лука, с копьями, дубинами, рогатинами и так далее. Мужчина был добытчик и приносил мясо к очагу.
Тогда охота была более справедливая, во первых мясо было нужно, чтобы выжить, а во вторых у животных всегда имелись шансы побороться за свою жизнь.
В настоящее время охота, по моему мнению, превратилась просто в уничтожение братьев наших меньших. Как еще это можно назвать, когда с появлением охотничьих карабинов с лазерными, оптическими прицелами, с тепловизорами шансов у животных остаться живыми, практически нет.
В большинстве своем охотятся не ради добычи, а чтобы убить. Не знаю, можно ли оправдать убийство лося в тайге, когда с убитого животного снимают шкуру с ног, так называемый камус (из него шьют пимы, у северо-американских индейцев они назывались мокасины), и берут килограммов по 15 мяса на человека, больше из тайги не унесешь, а остальное бросают. Бывает, что во время охоты убивают не одного лося, а больше и всех бросают, говорят, что азарт.
Я понимаю охотников в тех местностях, где охота является источником для выживания, но те охотники, никогда лишних зверей не убьют, и не будут стрелять в лосиху с лосенком ради забавы.
В общем, охоту я никогда не любил, побродить по тайге в компании это мое, пусть даже и с ружьем, которое использовал только в качестве самообороны. В тайге много хищных зверей медведи, волки, рысь и росомаха.
Во время таких прогулок всегда жалел, что не было возможности приобрести фоторужье и заняться другим видом охоты.
К своему сожалению никогда не испытывал большой любви к людям. Во время учебы и службы в армии была очень сильная психологическая обработка, никакой жалости к потенциальному противнику.
Да и работа в уголовном розыске не способствовала развитию любви к человечеству, приходилось общаться с очень специфическим контингентом.
В общем как в поговорке «чем лучше узнаю людей, тем мне больше нравятся животные»
Теперь небольшие рассказы про животных.
Зайчонок.
Поехали мы летом на охоту впятером, я со своим знакомым Николаем, двое сослуживцев и еще один гражданский, знакомый или родственник одного из сослуживцев.
Обычно с Николаем ездили вдвоем или брали с собой сыновей, но в этот раз с нами навязалась компания. Уже в поезде пожалели, что с ними связались. Гражданский всю дорогу хвастался без остановки, какое у него замечательное оружие, какой он меткий стрелок и сколько подстрелил дичи. Мне лично только кое-какое воспитание, не позволяло дать ему в лоб.
На станции Уса я с Николаем пошли в дом, а остальные остались ждать нас возле путей, идти мы собирались в сторону гор к реке Лемва, то есть на другую сторону железнодорожных путей.
В доме положили в рюкзаки немного консервов, из тайника достали ружья, Николай взял патронташ, у меня его не было, и я забыл взять патроны, настолько был раздражен.
По дороге вспомнил про патроны и хотел вернуться, но Николай дал мне один патрон с пулей, а второй с утиной дробью, при этом сказав, больше тебе не понадобится, все равно стрелять по животным не любишь.
Ружье у меня было производства Тульского завода, их зачастую называли «тулка», 50-ых годов выпуска, с горизонтальным расположением стволов, с курками, 16-ого калибра, Николай мне его давал для того, чтобы ходить в лес. В те годы, примерно до 1960 года, гладкоствольное охотничье оружие продавалось в хозяйственных магазинах, и продавали его при предъявлении паспорта.
Хотя и был порядок, что после покупки ружья, нужно ставить на учет в милиции, но этого никто не делал, тем более магазин о продаже ружья никуда не сообщал. Тогда было много такого оружия, особенно на Севере и в Сибири, думаю, и сейчас хватает.
Еще в дороге с Николаем решили, что поведем охотников в сторону гор, подальше от реки Уса, где встречаются лоси и дикие олени, так как там много травы, и кустарника. А в тех местах, куда мы пойдем, максимум, что можно подстрелить тетерева, рябчика, или глухаря, иногда зайцы встречаются.
Получилась прогулка по лесу с ожиданием встречи с дичью, которой здесь по определению не было, разве, что заяц или птицы. Зато, какой воздух, прямо аромат из запахов сосны, ели и лиственницы. И тишина, нарушаемая только разговорами болтуна, который и в лесу не переставал болтать.
Я подумал, какой из него охотник. Наконец мы остановились на поляне возле ручья, развели небольшой костер, разогрели тушенку и стали есть, немного выпили спиртного, на 5 одну бутылку.
Тут на поляну выскочил зайчонок, уселся метрах в 20 от нас, и стал с любопытством нас рассматривать.
Тут гражданский вскочил на ноги взял ружье, прицелился и два раза выстрелил в зайчонка. Оба ствола были заряжены картечью. Зайчонок как сидел, так и остался сидеть, может быть в шоке был. Стрелявший переломил ружье и стал заряжать новые патроны.
Я конечно человек терпеливый, но тут мой запас вежливости, резко закончился. Сказал ему, еще раз стрельнешь, я тебе в мягкое место всю утиную дробь выпущу, замучаешься выковыривать. Зачем тебе зайчонок, если попадешь картечью, его на куски разорвет.
Зайчонок продолжал сидеть, как ни в чем не бывало, я встал с места и пошел в его сторону, когда подошел метра на 2-3, он убежал в кусты.
Вернувшись к костру, услышал как Николай, сказал стрелку, как тебе в голову пришло, стрелять в малыша. Тот ответил, что мы ничего не понимаем, это азарт.
Тут я опять не выдержал, и предложил стрелку, давай ты отойдешь на 30-40 шагов и побежишь, а я в тебя буду стрелять утиной дробью. Буду целиться тебе в мягкое место, и думать, попаду не попаду, а ты будешь бежать и думать попадет не попадет, вот это будет азарт.
Гражданский спросил меня, а ты вообще стрелять умеешь, давай проверим. Он взял пустую бутылку отошел шагов на 30 и подкинул ее вверх. Я продолжал сидеть у костра, только положил ружье на колени и взвел курок левого ствола, заряженного пулей.
Когда он высоко подбросил бутылку, я сидя просто повернул ружье в сторону бутылки и выстрелил и к своему огромному удивлению попал. С 30 метров не целясь, попасть пулей в бутылку, это один шанс на миллион.
Гражданский сказал, что я попал потому, что стрелял дробью, Николай, который сам был в шоке от произошедшего, сказал нет, он стрелял пулей. Я предложил ему, у меня остался патрон с дробью, давай беги. Он пошел к костру и пробурчал, «что я дурак, чтобы бегать».
С охотой решили завязать и вернуться на станцию, по дороге болтун некоторое время молчал, а затем снова начал рассказывать про свои подвиги. Пока его в грубой форме не прервал его же знакомый, все сегодня видели твою меткую стрельбу, с 20 метров в сидящего зайчонка двумя выстрелами не попал. Дальше тот молчал всю дорогу.
На станции они втроем остались ждать поезд в Инту, а мы с Николаем пошли в дом, больше мы с ними на охоту не ходили.