Елена Сергеевна Холмогорова — российский прозаик, эссеист, редактор
В 2012 году ей присвоено почетное звание Заслуженный работник культуры Российской Федерации.
Библиография автора обширна, но книги не широко растиражированы найти их в доступе не так то просто).
А зря: я читала у автора «Чтение с листа» (РЕШ, 2017 г.) — грустный, но такой теплый небольшой роман. История одной жизни, умело подсвечиваемая приятным литературным стилем Елены Сергеевны.
«Недрогнувшей рукой» — сборник мемуарных эссе, в которых автор делится с читателями своими воспоминаниями: шорт-лист нон-фикшн «Большой книги» и лонг-лист «Ясной поляны»
Елене Холмогоровой выпал счастливый жребий родиться в сердце московской интеллигенции. Отец, Сергей Леонидович Северцев, — оперных либретто, сборников оригинальных стихов и множество сборников переводов, особенно восточной поэзии. Дед, Леонид Евгеньевич Фейнберг, — поэт, художник и искусствовед. Дядя, Самуил Евгеньевич Фейнберг, — пианист и композитор, заслуженный деятель искусств РСФСР. Тетя, Софья Леонидовна Прокофьева, — детская писательница, переводчик и сценаристка.
«Недрогнувшей рукой» — воспоминания, словно кадры старой кинопленки, пропитанные временем и ароматом ушедшей эпохи. Книга дышит ностальгическим теплом давно забытых советских фильмов.
Слог Елены Сергеевны в лучших традициях русской классической прозы, а авторское прочтение добавляет тексту особенную, почти домашнюю, теплоту.
Я понимаю, что это звучит как ностальгия, практически как тоска по сгинувшим советским временам. Но когда я роюсь в памяти, пытаясь отыскать нечто, что хотелось бы не то чтобы вернуть – это по миллиону причин немыслимо, – едва ли не единственное, что приходит на ум, – разговоры на тропинках и скамейках, неизменное картофельное пюре – гарнир ко всему – и нестройный стук пишущих машинок, которые новые поколения почему-то упорно называют «печатными», хотя тогда так никто не говорил.
Читая книгу сегодня, это словно погружение в ускользнувший нереальный мир.
Счастливое детство в большой семье талантливых и интересных людей, где вся атмосфера буквально пропитана искусством и творчеством, а впереди — яркое и предопределенное будущее.
К сожалению, между книгой и её потенциальными читателями немалая пропасть: вряд ли она сможет завоевать широкую аудиторию.
Кажется, что основной круг читателей этой книги будет ограничен окружением автора — теми самыми людьми, о которых повествуется на её страницах.
Надеюсь , я не права.