Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Русское письмо

Глобальное управление

Как только в Китае прозвучали слова "глобальное управление" я сразу вспомнил СССР. Потом подумал немного и решил всё-таки, что речь идёт о глобальном господстве. Это многими любимая футура, под которой скрываются опасные комплексы, в первую очередь - неполноценности. Кто только не мечтал о глобальном господстве! Могу назвать имена, но не стану, они хорошо известны. Отдельные личности и трудовые коллективы: - а приобретёт он весь мир, так кажется в Манифесте коммунистов было? Не приобрёл. И личности тоже, их сейчас черви доедают. Одного такого даже хоронить не стали, ждёт бедолага своего часа. Глобализация и многополярный мир. Как быстро они меняю вектор движения. С такой скоростью движется бронепоезд товарища Ына, боясь не успеть к разделу мира. Представляете? Такой большой мир и управляют им старцы, решившие почему-то, что им можно? Сидят и управляют, лежат и управляют, стоять они скоро уже не могут, что им ещё остаётся? А народы недоумевают: в русских селеньях, в дебрях Амазонки, в

Как только в Китае прозвучали слова "глобальное управление" я сразу вспомнил СССР. Потом подумал немного и решил всё-таки, что речь идёт о глобальном господстве. Это многими любимая футура, под которой скрываются опасные комплексы, в первую очередь - неполноценности.

Кто только не мечтал о глобальном господстве! Могу назвать имена, но не стану, они хорошо известны.

Отдельные личности и трудовые коллективы: - а приобретёт он весь мир, так кажется в Манифесте коммунистов было? Не приобрёл. И личности тоже, их сейчас черви доедают. Одного такого даже хоронить не стали, ждёт бедолага своего часа.

Глобализация и многополярный мир. Как быстро они меняю вектор движения. С такой скоростью движется бронепоезд товарища Ына, боясь не успеть к разделу мира.

Представляете? Такой большой мир и управляют им старцы, решившие почему-то, что им можно? Сидят и управляют, лежат и управляют, стоять они скоро уже не могут, что им ещё остаётся?

А народы недоумевают: в русских селеньях, в дебрях Амазонки, в степях Техаса и в тундре со льдом. Народу как-то не до того, ему бы покушать, женщину и много портвейна. Он - простой и желания у него простые. Поэтому он - вечный! А тем, кому всё это недоступно, остаётся только мировое господство. Живёт оно только в их старческих мозгах, потому что при всей привлекательности, мало кому интересно.

Господствуют обычно при помощи силы. По другому - никак. Писатель, например, если захочет, напишет мир и станет в нём главным. Художник нарисует земной шар и себя сверху. А кто ни писать, ни рисовать не умеет, наберёт побольше пушек и скажет: - Я - царь горы! Гора к тому времени превратится в горку черепов, но царю так даже проще: - мёртвые стыда не внемлют!

Установления мирового господства в нашей ойкумене никто не видел. Видели отдельные попытки, но проходил век и становилось как прежде, Вавилон рассыпался и никто об этом не жалел.

" Москва - Пекин, идут стеной народы!". Эта застарелая формула и раньше мало кого волновала, а нынче вызывает только смех. Пигмеи правят миром? Или Гулливеры? Перед вечностью все пигмеи, гулливеры они только во сне!

Гули- гули, белая птичка мира. Куда ты улетела?

Почему-то вспомнился Шалтай-Болтай, который сидел на стене. Он так размечтался, что упал оттуда и вся королевская рать его не смогла привести в надлежащий вид. Такова история любого много о себе думающего политика. Падают они. Больно падают и потом выясняется, что нет никакой разнице, сидел бы он высоко и дальше или его не было бы вовсе.

Судорожные попытки вернуть мир из цифры в состояние первобытных отношений, где правит бал кувалда, забавны. Они, конечно, сожрут много кого, иначе не бывает, но развеются прахом как мечты прыщавого юнца.

Ну а мы... Мы будем с улыбкой следить за потугами мелких людишек перевернуть земной шар с помощью инвалидной клюки.