Украина продолжает наносить удары по гражданским и военным объектам на территории России. При этом создаётся впечатление, что интенсивность ударов ВС РФ в глубь Украины снизилась. Так ли это и насколько изменились тактика и цели боевых действий в зоне СВО, прокомментировал военный эксперт, обозреватель, полковник запаса – Геннадий Алёхин. В последнее время прекратились удары по Харькову, несмотря на высокую концентрацию подразделений «Азова» и иностранных наёмников. Связано ли это с изменением целей СВО? Я бы не сказал, что в последние дни прекратились удары по Харькову. Отнюдь: воздушные и наземные средства поражения продолжают наносить мощные комбинированные удары по местам расположения, пунктам временной дислокации и складам на территории Харьковской области, включая город Харьков.Буквально за минувшие двое суток был нанесён плотный комплексный удар «Геранями» и оперативно-тактическими комплексами как минимум по двум районам города: Индустриальный район — цеха завода ХТЗ (Харьковски
Украина продолжает наносить удары по гражданским и военным объектам на территории России. При этом создаётся впечатление, что интенсивность ударов ВС РФ в глубь Украины снизилась. Так ли это и насколько изменились тактика и цели боевых действий в зоне СВО, прокомментировал военный эксперт, обозреватель, полковник запаса – Геннадий Алёхин.
В последнее время прекратились удары по Харькову, несмотря на высокую концентрацию подразделений «Азова» и иностранных наёмников. Связано ли это с изменением целей СВО?
Я бы не сказал, что в последние дни прекратились удары по Харькову. Отнюдь: воздушные и наземные средства поражения продолжают наносить мощные комбинированные удары по местам расположения, пунктам временной дислокации и складам на территории Харьковской области, включая город Харьков.Буквально за минувшие двое суток был нанесён плотный комплексный удар «Геранями» и оперативно-тактическими комплексами как минимум по двум районам города: Индустриальный район — цеха завода ХТЗ (Харьковский тракторный завод), где изготавливают беспилотники самолётного типа, в том числе дрон «Дартс», применяемый для ударов по территории Белгородского региона; а также район Холодная Гора, где расположены предприятия среднего уровня, на которых противник ремонтирует технику, завозит материальную часть и хранит боеприпасы для отправки на фронт.В самом Харькове действительно увеличилась концентрация военных, но я бы не сказал, что основную массу составляют бойцы подразделения «Азов». Нет: присутствуют и «Кракен», и «Азов», но не в таком количестве. Как правило, «азовцы» не только отсиживаются в тыловых районах, но и присутствуют на линии боевого соприкосновения. Те, кто прибывает в город Харьков из военных и наёмников, сразу распределяются в учебные лагеря под Чугуевом и западнее Харькова, где проходят боевое слаживание и отправляются на фронт.Поэтому я бы не сказал, что происходящие изменения как-то связаны с пересмотром целей и задач специальной военной операции: цели и задачи СВО остаются неизменными. Боевые действия продолжаются на всей линии фронта, включая Харьковское направление.
Насколько изменился характер военных операций в зоне проведения СВО по сравнению с прошлым периодом?
В первую очередь изменилась тактика боевых действий: лобовые наступательные атаки у нас уже напрочь отсутствуют. Командование учло негативный опыт, когда штурмовые группы в лоб атаковали опорные пункты и районы обороны противника, которые, как правило, располагаются в населённых пунктах на всей территории юго-востока Украины.Сейчас применяется другая тактика — охвата. Населённый пункт, как правило, атакуется с флангов при активной поддержке с воздуха: используются дроны, артиллерия, дальнобойные РСЗО. После этого в бой вступает пехота — так называемые штурмовики.Таким образом, тактика «прогрызания» обороны противника в зависимости от конкретной ситуации и участка фронта активно используется сегодня на протяжении всей линии боевого соприкосновения, включая и Харьковское направление.
Как вы прогнозируете развитие боевых действий зимой? Какие регионы могут стать наиболее напряжёнными?
Сейчас активные боевые действия проходят на южно-донбасском направлении — ближе к линии Константиновка–Покровск, Славянск, Краматорск. Там у наших войск есть значительные успехи оперативно-тактического характера. Также сохраняется активность на Харьковском направлении (Купянск), а также на Херсонском и Запорожском.На мой взгляд, зимой боевые действия будут проходить с учётом одного важного фактора: к октябрю фактически закончится «зелёнка». Леса и посадки облетят, и видимость значительно увеличится. Противнику станет гораздо труднее маскироваться, скрытно перебрасывать технику, боеприпасы и личный состав.Конечно, свою роль сыграет и распутица, мягкие зимы. На юго-востоке Украины температура редко опускается ниже –15…–20 °C, чаще стоит слякотная погода, из-за которой дороги сильно размокают. Это, безусловно, внесёт коррективы в действия обеих сторон, но решающей роли не сыграет.По-прежнему в воздухе активно будут использоваться авиация, дроны и дальнобойная артиллерия. Боевые действия продолжатся с учётом погодных условий и рельефа местности.
Прекратились удары по ТЦК — ведь они остаются одними из главных «врагов» на линии фронта. Это связано с изменением приоритетов или с нежеланием наносить серьёзный урон противнику?
Дело не в ТЦК. ТЦК — это всего лишь сборный пункт: туда прибывают мобилизованные, сразу проходят медкомиссию и после этого их отправляют в учебные центры и лагеря. Именно туда преимущественно и наносятся удары. Но я бы не сказал, что ТЦК сами по себе являются приоритетной целью — фактически это те же военкоматы. Всё зависит от конкретного места: при некоторых военкоматах есть сборные пункты, как в советское время — учебные классы, стрельбища, полигоны, особенно если они находятся не в городской черте, а в районных центрах.Поэтому первостепенной задачи уничтожать ТЦК нет. Главная цель — это поражение военных объектов противника: ремонтные базы техники, производства беспилотников различных типов, места временной дислокации. Вот эти цели главные в тыловых районах.Вторая важная цель — пути перемещения. Вся логистика строится именно оттуда: по этим трассам перебрасываются боеприпасы, техника, личный состав и прочие силы и средства на линию боевого соприкосновения. То есть это дороги. Когда у нас есть полный огневой и физический контроль над логистическими путями, вероятность успеха значительно возрастает: противник лишается возможности перебрасывать силы и средства на ЛБС.И, наконец, третий момент — сама линия боевого соприкосновения. Именно туда, где идут основные бои, приходится максимальное огневое поражение по противнику.
Почему, несмотря на удары Украины по ключевой российской инфраструктуре, в ответ не предпринимается ничего сопоставимого? Считаете ли вы это стратегической ошибкой или сознательной политикой сдерживания?
Нет, здесь не идёт речи ни о стратегической ошибке, ни о каком-то сдерживании. Все наши планы и замыслы, которые разрабатываются в Генеральном штабе и в штабах группировок войск на юге и востоке Украины, естественно, корректируются и изменяются в зависимости от ситуации на фронте, на том или ином участке.Удары по тыловым районам Украины, конечно, продолжаются. Об этом свидетельствуют недавние атаки по военным аэродромам базирования авиации противника — в Василькове под Киевом, в Жулянах, а также по крупным военно-промышленным предприятиям в Днепропетровске, Киеве, Харькове, Сумах и Полтаве. Там поступает техника, проводится её ремонт, изготавливаются беспилотники, боеприпасы — именно по этим объектам периодически наносятся удары.Чтобы такие удары были максимально эффективными, проводится доразведка разными путями и способами, включая оперативную информацию и сообщения с мест. Всё это концентрируется, обобщается — с бухты-барахты ничего не делается. Это процесс не одного дня и не одного часа. Поэтому в штабах прекрасно знают, где, что и когда нужно поражать. Делать поспешные выводы о том, почему не бьют туда или сюда, не стоит — военные знают, что они делают и последовательно решают поставленные задачи.
Почему Украина осуществляет террористические акты против граждан России, а при этом ни один украинский националист, не был уничтожен российской стороной?
А что им остаётся? У них аховая ситуация на линии боевого соприкосновения — это факт, который они сами признают. Поэтому главная задача противника — нанести максимальный урон в первую очередь приграничным районам Российской Федерации, посеять панику среди мирных жителей и продолжать уничтожать военную инфраструктуру.Не секрет, что временные пункты дислокации российской армии, переброска сил и резервов находятся на территории России, главным образом в приграничных регионах — Курской, Белгородской, Брянской, Воронежской областях и т.д. Именно туда противник пытается наносить удары, используя в том числе диверсионные группы, чтобы внести хаос как среди мирных жителей, так и нарушить логистику, дезорганизовать управление войсками. Одной из ключевых целей остаётся поражение гражданских объектов на территории Российской Федерации: НПЗ, нефтяных и газовых комплексов, гидро- и электростанций, подстанций. Противник нацелен продолжать использовать эти террористические вылазки. Для этого Украина постоянно просит у стран НАТО дальнобойные ракеты.Что касается наших спецслужб, они, естественно, ведут активную работу на территории Украины, но действуют в тишине. Шумные эпизоды вроде убийства одиозных националистов Фарион и Парубия во Львове. Не скажу, что именно это наши спецслужбы организовали. Но я не сомневаюсь, что наши спецслужбы ведут оперативную работу среди жителей Украины, которые помогают в выполнении конкретных задач. Подобные вещи не разглашаются. Несмотря на то, что последний причастен к событиям 2014 года и действиям снайперов на Майдане, а также трагедии в Доме профсоюзов 2 мая, вряд ли в ближайшее время будут раскрыты заказчики или исполнители. Тем не менее, сомнений в том, что такая работа ведётся, у меня нет.
Как вы прокомментируете последние заявления о подрывах «Северного потока», когда стало публично известно, что за этим якобы стоит Украина? Какие последствия это может иметь для дальнейшей стратегии СВО?
Я опираюсь исключительно на официальную информацию. Подробности о подрыве «Северного потока» узнаю только из СМИ и официальных источников. Что касается последствий для стратегии СВО — эта стратегия давно определена и сегодня реализуется на практике. В её основе лежат цели и задачи, неоднократно обозначенные Президентом, Верховным Главнокомандующим, и недавно вновь подтверждённые на коллегии Минобороны, где с докладом выступил начальник Генштаба генерал Герасимов.
Этот материал подготовлен без спонсоров и рекламы. Если считаете его важным — вы можете поддержать работу редакции.
Ваша поддержка — это свобода новых публикаций. ➤ Поддержать автора и редакцию