Сентябрьское утро седьмого числа началось не с кофе и привычных хлопот, а с тихой, нарастающей волны схваток. Срок был всего 28 недель. Сердце сжималось от леденящего ужаса, но разум цеплялся за единственную спасительную мысль: «Скорее в роддом, к своему врачу». Каждая кочка на дороге отзывалась эхом внутри, каждый поворот казался вечностью. Казалось, само время замедлило свой бег, чтобы продлить эти мучительные минуты неведения.
В приемном отделении меня встретили деловито и спокойно. Фразы врачей о том, что будем «тянуть, сколько сможем», звучали как обет, как клятва сделать все возможное и невозможное. Меня положили на сохранение, и началось томительное ожидание. Часы сливались в единый поток надежды и отчаяния. Я вслушивалась в каждый свой внутренний сигнал, молилась, уговаривала, торговалась с судьбой. Но, несмотря на все старания врачей, природа взяла свое. К вечеру стало ясно — ждать больше нельзя.
В 23:00 за мной пришли. Холодный блеск светильников в коридоре, быстрые, точные движения медперсонала, тихая, деловая суета. Меня готовили к экстренному кесареву сечению. Мир сузился до стерильных белых стен, голосов анестезиолога и оглушающего страха, который заглушал все, даже боль.
И затем — тишина. В 23:53 на свет появился мой первый сынок, Александр. Мне только сказали: «Первый родился». И дальше — ничего. Ни крика, ни писка, ни суеты вокруг малыша. Только всепоглощающая, ужасающая тишина, которая давила на грудь, не давая дышать. Сына не показали. В тот момент отчаянно хотелось просто отключиться, исчезнуть, не чувствовать этого леденящего душу ожидания.
Но через две вечности, в 23:55, я услышала. Слабый, тонкий, но такой ясный писк. И сразу же голос врача: «Родился второй — Дмитрий». И вот он — момент, который навсегда врезался в память, яркий луч в тумане того ужасного дня. Ко мне поднесли маленький, запеленутый комочек. И два огромных, широко распахнутых глаза, которые смотрели на меня сквозь дремоту. В них был вопрос, удивление и бесконечное доверие. Этот взгляд я никогда не забуду. Все остальное из того дня стерлось, растворилось в наркозе и шоке, но не эти глаза.
Мои мальчики появились на свет раньше срока с весом в 1040 и 1000 граммов и ростом 35 и 32 сантиметра. Такие хрупкие, что страшно было дышать рядом с ними.
Для большинства рождение ребенка — самый счастливый день, наполненный радостью и светом. В моей жизни этот день стал самым страшным. На смену шоку пришла невыносимая боль, чувство вины, всепоглощающий страх и ужас. Неверие в происходящее обрушилось огромным, тяжелым комом, под которым казалось, вот-вот сломаешься. Ты не знаешь, куда деться, что делать, как жить дальше. Ты не знаешь, что ждет тебя и твоих детей завтра. Наступит ли это завтра вообще? И ты просто живешь. Одним днем. Еще один прожитый день — уже победа.
На третьи и четвертые суки жизни моих крох перевели в 39-е отделение реанимации новорожденных ДГБ №1. Так начался наш долгий путь борьбы.
В общей сложности в больнице мы провели 3 месяца и 17 дней. Это была жизнь по расписанию медицинских процедур, жизнь от очередного анализа до следующего обхода, жизнь, измеряемая граммами набранного веса и миллилитрами молока. Множество диагнозов, каждый из которых звучал как приговор. Но вместе со страхом росла и сила. Сила ежедневной борьбы и непоколебимая вера в то, что мы обязаны все победить. Я закрывала глаза и представляла своих сыновей не здесь, среди трубок и аппаратов, а там, дома — взрослыми, крепкими, счастливыми. И утешала себя одной мыслью: они не вспомнят этих дней, этого страдания. А я обязана запомнить и вынести из этого всю силу, чтобы подарить им беззаботное будущее.
Было невыносимо трудно. Но сегодня я благодарю Бога за каждый прожитый день. Мои дети живы. Они оба здесь, рядом со мной, они здоровы и счастливы. Наш путь начинался очень сложно, но мы победили.
Отдельно я хочу сказать спасибо всем врачам и медсестрам, которые вложили в нас частичку своей души, своего профессионализма и своего сердца. Мы никогда вас не забудем. Низкий поклон Шашилеву Валерию Алексеевичу, Малковой Светлане Виленовне и, конечно, нашей Добродеевой Ирине Владимировне — нашей фее и ангелу-хранителю. Спасибо за те три года, что вы были с нами, вели нас за руку и не давали усомниться в лучшем.
Сегодня мы наблюдаемся лишь по одному диагнозу — БЛД. Мы победили все, что было до этого, победим и это.
И я хочу крикнуть тем, кто только в начале этого трудного, страшного, но единственно верного пути: верьте в своих детей! Дарите им свою любовь, абсолютную и безусловную, без остатка. Она — самый сильный лекарь. Боритесь, не опускайте руки, не позволяйте страху съесть себя изнутри. Не теряйте веры в чудо, потому что оно творится каждый день руками обычных людей в белых халатах и сердцем матери.
Завтра обязательно наступит. И оно будет светлым.