И снова рассказ М. Горького начинается с описания водного пространства.
"Встретил я его в одесской гавани"
"Дня три кряду мое внимание привлекала эта коренастая, плотная фигура и лицо восточного типа, обрамленное красивой бородкой".
Число три сакральное.
Далее идет поверхностное описание его внешности.
"Наконец, уже на четвертый день, в обед, я натолкнулся на него и решил во что ни стало узнать, кто он".
Герой, кстати, без имени, решил узнать, кто он.
Далее герой описывает сам себя.
"Мне, человеку в костюме босяка, с лямкой грузчика на спине и перепачканному в угольной пыли, трудно было вызвать его, франта, на разговор".
"Я решил, что объект моих наблюдений голоден и, быстро оглянувшись вокруг, спросил его тихонько:
-Хотите есть?"
"Через пять минут он уже рассказывал мне, кто он.
Грузин, князь Шакро Птадзе, один сын у отца, богатого кутаисского помещика, он служил конторщиком на одной из станции Закавказской железной дороги и жил вместе с товарищем. Этот товарищ вдруг исчез, захватив с собой деньги и ценные вещи князя Шакро, и вот князь пустился догонять его. Как - то случайно он узнал, что товарищ взял билет до Батума; князь Шакро отправился туда же. Но в Батуми оказалось, что товарищ поехал в Одессу. Тогда князь Шакро взял у некоего Вано Сванидзе, парикмахера, - тоже товарища, одних лет с собой, но не похожего по приметам, - паспорт и двинулся в Одессу. Тут он заявил полиции о краже, ему обещали найти, он ждал две недели, проел все свои деньги и вот уже вторые сутки не ел ни крошки".
"Часто и с глубоким негодованием он упоминал о крепкой дружбе, связывавшей его с вором - товарищем, укравшим такие вещи, за которые суровый отец Шакро, наверное "зарэжет" сына "кынжалом, если сын не найдет их".
Горький пишет о крепкой дружбе.
"Я предложил Шакро пойти к полицеймейстеру просить билет, он замялся и сообщил мне, что не пойдет".
"Еще до встречи с князем, я решил пойти в Крым. Тогда я предложил князю Шакро пойти со мной пешком.
Князь посмотрел на свои щегольские ботики, на шляпу, на брюки, погладил курточку, подумал, вздохнул не раз и, наконец, согласился. И вот мы с ним отправились из Одессы в Тифлис".
"Когда мы пришли в Херсон, я знал моего спутника как малого наивно - дикого, крайне неразвитого, веселого - когда он был сыт, унылого - когда голоден, знал его как сильное, добродушное животное".
Отсюда и название рассказа: "Мой спутник".
"Дорогой он рассказывал мне о Кавказе, о жизни помещиков - грузин, о их забавах и отношении к крестьянам.
-Молчи, Максим! Ты не знаешь кавказской жизни! - кричит он мне".
В этом отрывке мы узнаем имя главного героя.
Наверное, автор нарек его в честь себя.
"Я молчал, а он с восхищением, чмокая губами, говорил о кавказской жизни, полной дикой красоты, полной огня и оригинальности. Эти рассказы, интересуя и увлекая меня, в то же время возмущали и бесили своей жестокостью, поклонением богатству и грубой силе".
"Как - то раз я спросил его: знает ли он учение Христа?
-Канэчно! - пожав плечами, ответил он.
Но далее оказалось, что он знает только: был Христос, который восстал против еврейских законов, и евреи распяли его за это на кресте. Но он был бог и потому не умер на кресте, а вознесся на небо и тогда дал людям новый закон жизни..."
1)М. Горький специально коверкает слова, чтобы показать кавказский акцент героя.
2)Вводит библейский мотив.
"-Ты христиэнин? Ну! Я тоже христиэнин. На зэмлэ почти всэ христиэнэ.
Они пришли в Крым.
“И вот мы в Крыму, прошли Симферополь и направились к Ялте.
Я шел в немом восхищении перед красотой природы этого куска земли, ласкаемого морем.
Князь вздыхал, горевал и, бросая вокруг себя печальные взгляды ,пытался набивать свой пустой желудок какими - то странными ягодами».
У героев возникают проблемы .
“Возможности что - либо заработать нам не представлялось, и мы, не имея ни гроша на хлеб, питались фруктами и надеждами на будущее».
Максима начинает тяготить грузин.
«Он вообще становился тяжел, но больше всего угнетал меня рассказами о своем баснословном аппетите».
Максиму подвернулась удача.
“Как - то раз, около Ялты, я нанялся вычистить фруктовый сад от срезанных сучьев, взял вперед за день плату и на всю полтину купил хлеба и мяса».
Отношение Шакро к работе и к Максиму.
“Когда я принес купленное, меня позвал садовник, и я ушел, сдав покупки эти Шакро, который отказался от работы под предлогом головной боли.
Возвратившись через час, я убедился, что Шакро, говоря о своем аппетите, не выходил из границ правды: от купленного мной не осталось ни крошки. Это был нетоварищеский поступок, но я смолчал - на мое горе, как оказалось впоследствии.
Шакро, заметив мое молчание воспользовался им по своему.
Я работал, а он, под разными предлогами отказываясь от работы, ел, спал и понукал меня».
"Я нэ умею работать! - кратко возражал он мне.
Путь становился труднее день ото дня, и мои отношения с Шакро все тяжелей.
Бывало - спит он, а я сижу рядом с ним и, рассматривая его спокойное неподвижное лицо, повторяю про себя, как бы догадываясь о чем - то:
"Мой спутник.. спутник мой".
"Дела наши шли нехорошо.
Шакро стал торопить меня уходить из Крыма.
Отойдя верст двадцать от Алушты, мы остановились ночевать.
Мы разожгли костер и лежали около него".
Далее идет описание природы.
"Темно - зеленое море билось о скалы внизу под нами; голубое небо торжественно молчало вверху, а вокруг нас тихо шумели кустарники и деревья. Всходила луна. От узорчатой зелени чинар пали тени. Пела какая - то птица, задорно и звучно. Ее серебряные трели таяли в воздухе, полном тихого и ласкового шума волн, и, когда они исчезали, слышалось нервное стрекотанье какого - то насекомого. Костер горел весело, и его огонь казался большим пылающим букетом красных и желтых цветов. Он тоже рождали тени, и эти тени весело прыгали вокруг нас, как бы рисуясь своею живостью пред ленивыми тенями луны. Широкий горизонт моя был пустынен, небо над ним безоблачно, и я чувствовал себя на краю земли, созерцающим пространство - эту чарующую душу загадку. Пугливое чувство близости к чему - то великому наполняло мою душу, и сердце трепетно замирало".
"Через полчаса он крепкой спал, а я сидел рядом с ним и смотрел на него.
Шакро был жалок. Толстые губы, вместе с поднятыми бровями, делали его лицо детским, робко удивленным. Дышал он ровно, спокойно, но иногда возился и бредил, говоря просительно и торопливо по - грузински.
Тихий шорох волн не долетал до нас, - мы находились в какой - то яме, поросшей цепкими кустарниками и казавшейся мохнатым зевом окаменевшего животного. Я смотрел на Шакро и думал:
"Это мой спутник... Я могу бросить его здесь, но не могу уйти от него, ибо имя ему - легион. Это спутник всей моей жизни...он до гроба проводит меня..."
"Феодосия обманула мои ожидания. Всюду - и в городе, и вокруг него - бродили группами серые, удрученные фигуры "голодающих" и рыскали волчьей рысью азовские и таврические босяки.
Мы пошли в Керчь".
В рассказе прослеживается путь героев.
Далее герой обращается к грузину: "Мой спутник".
"Мой спутник держал свое слово и не трогал меня. С некоторых пор он начал вспоминать о женщинах.
Однажды я попробовал доказать ему, что женщина - существо ничем не худшее его, но, видя, что он не только обижается на меня за мои взгляды, а даже готов прийти в бешенство за унижение, каковому, по его мнению, я подвергал его, - оставил мои попытки до поры, пока он будет сыт".
"Мой спутник терпеть не мог "голодающих" - конкурентов ему в сборе милостыни. Запас его жизненных сил, несмотря на трудность пути и плохое питание, не позволял ему приобрести такого испитого и жалкого вида, каким они, по справедливости, могли гордиться как некоторым совершенством, и он, еще издали видя их, говорил:
-Опэт идут! Фу, фу, фу! Развэ Россия тэсна? Очень глупый народ Россыи!
И когда я объяснил ему причины, побудившие глупый русский народ ходить по Крыму в поисках хлеба, он, недоверчиво качая головой, возражал:
"-У нас в Грузии нэ бывает таких глупостэй!"
"Мы пришли в Керчь поздно вечером. Мы знали, что из Керчи, незадолго до нашего прихода, был вывезен весь лишний народ - босяки, мы побаивались, что попадем в полицию; а так как Шакро путешествовал с чужим паспортом, то это могло повести к серьезным осложнениям в нашей судьбе".
Далее идет описание погоды.
"Волны пролива всю ночь щедро осыпали нас брызгами, на рассвете мы вылезли из - под мостков мокрые и иззябшие. Целый день ходили мы по берегу, и все, что удалось заработать, - это гривенник, полученный мною с какой - то попадьи, которой я отнес мешок дынь с базара".
"Нужно было переправиться через пролив в Тамань. Ни один лодочник не соглашался взять нас гребцами на тот берег.
Когда настал вечер, я, со зла на свои неудачи и на весь мир, решился на несколько рискованную штуку и с наступлением ночи привел ее в исполнение".
Далее Максим рассказывает, что произошло.
"Ночью я и Шакро тихонько подошли к таможенной брандвахте, около которой стояли три шлюпки, привязанные цепями к кольцам, ввинченным в каменную стену набережной.
Цифра три сакральная.
"Над ними, на высоте аршин пяти, ходил таможенный солдат - часовой и насвистывал сквозь зубы.
Шакро уже растянулся на дне шлюпки и шептал мне что - то, чего я не мог разобрать за шумом волн. Кольцо в моих руках.
Играли волны, и Шакро, сидевший на корме, то пропадал из моих глаз, проваливаясь вместе с кормой, то подымался высоко надо мной и, крича, почти падал на меня".
Далее идет описание погоды.
"Ветер дул в корму нам, и я мало заботился о том, куда нас несет, стараясь только, чтобы нос стоял поперек пролива. Это было легко установить, так как еще были видны огни Керчи. Волны заглядывали к нам через борта и сердито шумели; чем дальше выносило нас в пролив, тем они становились выше. Вдали слышался уже рев, дикий и грозный. Ничего не было видно, кроме волн, летевших из мрака".
"-Топишь мэня? - прошептал Шакро и взглянул мне в лицо. Страшен был его вопрос, еще страшнее, тон вопроса, в котором звучала и робкая покорность, и просьба пощады, и последний вздох человека, потерявшего надежду избежать рокового конца. Но еще страшнее были глаза на мертвенно - бледном мокром лице!"..
Я крикнул ему:
-Держись крепче! - и спустился в воду сам, держась за веревку".
Они прошли еще через одно испытание.
"Это было больно и со стороны земли - негостеприимно, но мы не обращали на это внимания и побежали на огонь. Он был в версте от нас и, весело пылая, казалось, смеялся навстречу нам".
"...Три громадные кудластые собаки, выскочив откуда -то из тьмы, бросились на нас".
Цифра три сакральная.
"Через несколько минут мы были у костра в кругу четырех чабанов, одетых в овчины шерстью вверх".
Четыре времени года.
Также в христианстве цифра четыре ассоциируется с четырьмя евангелистами: Матвеем, Марком, Лукой и Иоанном.
"Двое сидели на земле и курили, один - высокий, с густой черной бородой и в казацкой папахе - стоял сзади нас, оперись на палку с громадной шишкой из корня на конце; четвертый, молодой русый парень, помогал плакавшему Шакро раздеться".
Далее идет описание природы.
"Саженях в пяти от нас земля на большом пространстве была покрыта толстым пластом чего - то густого, серого и волнообразного, похожего на весенний, уже начавшись таять снег.
Только долго и пристально всматриваясь, можно было разобрать отдельные фигуры овец, плотно прильнувших одна к другой".
"-Поди, Михаил, взглянь!..."
Имя Михаил переводится как "Богу подобный".
Архангел Михаил - один из верховных ангелов в православной вере.
"Теперь уже все трое чабанов били в ладони, а я, дрожа от холода, сушился у костра и думал, что переживаемое приключение сделало бы счастливым какого - нибудь поклонника Купера и Жюля Верна: кораблекрушение, и гостеприимные аборигены, и пляска дикаря вокруг у костра".
Число три сакральное.
Джеймс Фенимор Купер - американский писатель, классик приключенческой литературы, один из основоположников жанра вестерн.
Жюль Габриэль Верн - французский писатель, классик приключенческой литературы.
"Мы спросили дорогу на Анапу и пошли".
Произведение путь.
"Шакро долго и подробно рисовал прелести жизни, которую собирался устроить мне у себя в Тифлисе".
Описание природы.
"Светало. Даль моря уже блестела розоватым золотом. Я сидел рядом с ним и смотрел но море.
Оно жило своей широкой жизнью, полной мощного движения. Стаи волн с шумом катились на берег и разбивались о песок, он слабо шипел, впитывая воду. Взмахивая белыми гривами, передовые волны с шумом ударялись грудью о берег и отступали, отраженные им, а их уже встречали другие, шедшие поддержать их.
Из - за мыса, рассекая волны, выплыл громадный пароход и, важно качаясь на взволнованном лоне моря, понесся по хребтам волн, бешено бросавшихся на его борта. Красивый и сильный, блестящий на солнце своим металлом, в другое время он, пожалуй, мог бы навести на мысль о гордом творчестве людей, порабощающих стихии... Но рядом со мной лежал человек - стихия".
Очень красиво М. Горький описывает природу.
"Мы шли по Терской области".
И снова путь.
"Ел Шакро крайне несдержанно и, по милости его чревоугодия, я никак не мог скопить столько денег".
Чревоугодие один из грехов.
"Мы шли узкой тропинкой, по ней взад и вперед ползали маленькие, красные змейки, извиваясь у нас под ногами. Следом за нами по небу медленно двигались черные стаи туч. Сливаясь друг с другом, они покрывали все небо сзади нас, тогда как впереди оно было еще ясно, хотя уже клочья облаков выбежали в него и резво неслись куда - то вперед, обгоняя нас. Далеко где - то рокотал гром, его ворчливые звуки все приближались. Падали капли дождя. Трава металлически шелестела".
Очень красивое описание природы и погоды.
"Чем ближе мы подходили к Тифлису, тем Шакро становился сосредоточение и угрюмее.
Пошли дальше. Он с каждым днем становился все мрачней и смотрел на меня странно.
Езе издали, верст за пять, я увидел столицу Кавказа, cжатую между двух гор. Конец пути".
Произведение путь.
Вся наша жизнь - это путь к кому - то или к чему - то.
"Стемнело. Город зажигал огни. Это было красиво: огоньки постепенно, один за другим, выпрыгивали откуда - то во тьму, окутавшую долину, в которую спрятался город".
М. Горький с уважением относился к Кавказу.
Произведение заканчивается вечером/ночью как завершенность чего - то.
"-Максым! Видишь станцию конки - Верийский мост? Сыди тут, жди! Пажалуйста, жди! Я зайду в адын дом, спрошу товарища про своих отца, мать.
-Ты ненадолго?
-Cэйчас! Адын момент!...
Он быстро сунулся в какой - то темный и узкий переулок и исчез в нем навсегда".
"Я никогда больше не встречал этого человека- моего спутника в течение почти четырех месяцев жизни, но я часто вспоминаю о нем с добрым чувством и веселым смехом.
Он научил меня многому, чего не найдешь в толстых фолиантах, написанных мудрецами, - ибо мудрость жизни всегда глубже и обширнее мудрости людей".
1)У М. Горького очень часто в произведениях люди встречаются, преподносят друг другу какие - то уроки, и расходятся навсегда.
2)Случайная встреча с незаметным человеком может в корень изменить жизнь.
Может даже поначалу не будем воспринимать его всерьез.
Он может оставить след на всю жизнь.