С самого детства я любил книги. Сначала мне читали родители, потом я сам научился читать и открывать для себя новые приключения. Слово, написанное на бумаге, всегда было частью моей жизни.
В старшей школе я начал собирать книги. Сначала это происходило случайно: я просто покупал романы любимых авторов. Когда я окончил школу и съехал от родителей, оказалось, что у меня скопилось почти сто книг, и в крошечной квартире-студии им было сложно найти место. Несмотря на тесноту, я продолжал каждый месяц заходить в книжный и покупать новые тома.
Позже я переехал в двухкомнатную квартиру. Подруга Лекси сказала, что хорошо, что я выбрал жильё с отдельной комнатой — там можно хранить мою коллекцию, которая к тому времени утроилась за четыре года. Когда я заносил последнюю коробку с книгами в свой будущий кабинет, Лекси заметила, что я вполне мог бы заработать на этих экземплярах.
— Среди них точно есть такие, что стоят дороже, чем ты заплатил, — сказала она, глядя на старое первое издание «Великого Гэтсби», лежавшее на шаткой стопке Толкиена и Льюиса.
— Я даже не знаю, с чего начать. Да и мне нравится, что эти тома истории окружают меня, — ответил я, разглядывая непонятные инструкции ИКЕА для первой из множества полок, которые предстояло собрать вечером.
— Просто посмотри в интернете. Наверняка найдёшь место, где покупают старые книги. Может, даже заработаешь достаточно, чтобы купить ещё, — добавила она и принесла нам пару бутылок пива.
С этого невинного совета началась моя одержимость покупкой и перепродажей книг, хотя свою коллекцию я неизменно пополнял сильнее, чем распродавал.
Я стал искать старые книги на распродажах имуществ и в «Гудвилле». Иногда удавалось продавать редкие экземпляры дороже и на вырученные деньги покупать новые.
На одной из распродаж в соседнем городе я наткнулся на странную книгу среди первых изданий и редких тиражей. Это был том в синем кожаном переплёте с золотым тиснением, под названием «999 новых начал» автора C. Foell. Я ещё не успел раскрыть её, чтобы понять возраст, как распорядитель предложил купить всю коллекцию за бесценок. Девять тысяч долларов спустя, надеясь отбить расходы продажей первого издания «Кровавого меридиана», я увёз домой новую охапку друзей — и добавил их к своей огнеопасной библиотеке.
Разместив часть покупок в интернете, я взял в руки «999 новых начал». Но страницы с копирайтом не оказалось. После нескольких пустых листов я нашёл оглавление. В книге было не девятьсот девяносто девять рассказов, а девять разделов, названия которых напоминали древние стихии:
Огонь (красным)
Лёд (голубым)
Ветер (светло-зелёным)
Земля (коричневатым)
Гром (жёлтым)
Вода (тёмно-синим)
Тень (тёмно-серым)
Святость (серебристым)
Пустота (фиолетовым)
Любопытство взяло верх, и я начал читать первую историю.
В ней рассказывалось о бедном мальчике в пустынном королевстве. Чтобы выжить, он воровал еду для себя и больной матери. Когда его поймали стражники, он выдал себя за принца соседнего государства. Султан, опасаясь войны, заставил его жениться на дочери. Мальчик согласился, взял мать к себе и стал советником при дворе.
История была простой, но ощущения — странными. Я чувствовал жар пустыни, запах свежего хлеба, сушь во рту. Пришлось прерваться и налить себе воды. Когда герой пил вино и ел фрукты, я почти ощущал их вкус.
Это было потрясающе. Я всегда любил книги за то, что они переносят тебя в свой мир, но эта делала это лучше любой другой.
Следующая история была о рыбаке, поймавшем невозможную добычу. Я чувствовал солёный воздух, брызги воды, холодный ветер. Когда лодка перевернулась, я задыхался вместе с героем. Когда он добрался до берега и согрелся у камина в маяке, я тоже ощутил тепло.
Я не мог оторваться. Третья история переносила меня на Берингийский перешеек, где племя охотилось на мамонта. Я замёрз так, что завернулся в одеяло и выключил кондиционер. От голода сводило желудок. Когда герои ели умерших от голода соплеменников, меня вырвало. Когда они наконец убили зверя и праздновали, я радовался вместе с ними. Но когда одна из женщин сломала ногу и осталась умирать, я ощутил фантомную боль в собственной ноге.
Я бросил книгу и пошёл в ванную. Боль не отпускала. Я решил, что просто устал, и лёг спать. Мне снились пустынные дворцы, рыбацкие лодки и голодные ночи.
На следующий день я снова взялся за книгу. В четвёртой истории молодой дворянин выбирал между верой и властью. Молния ударила в дерево, и запах гари наполнил воздух. Герой остался священником, прославился и умер стариком.
Пятая история называлась «Тень и Пустота». Молодой парень присматривал за сестрой и её подругами в баре, защищая их от похитителей. Но страницы были вырваны. Дальше начался ужас. Лифт, газ, удушье — и я задыхался вместе с ним. Потом — лаборатория, операционный стол. Его сестру рассекали на части, а он сам был лишь мозгом с нервами, прикреплёнными к проводам. В зеркале он видел чужое лицо.
Когда я оторвался от книги, руки дрожали. В зеркале ванной я увидел своё отражение — и облегчённо выдохнул.
Следующая история — о жрице, предупреждавшей племя о захватчиках. Ей не поверили. Вскоре деревню сожгли, её пленили. Она отказалась отречься от веры, и ей выжгли глаза раскалённым клинком. Я вскрикнул, обжёгшись о собственное зрение, и упал, заливая глаза холодной водой.
Но я вернулся к книге. Жрица подчинилась врагам, говорила их словами, но её мир погрузился во тьму. Её будущее стало мрачным и бесконечно чужим.
Я перевернул страницу. Заголовок был написан фиолетовым: «Пустота».
«Жила-была молодая женщина, которая боялась исчезнуть…»
Я захлопнул книгу и бросил её через комнату.
Я не хочу знать, чем всё закончится.
Каждый день я вижу её и слышу её зов. Я чувствовал всё, что происходило в прочитанных историях.
Что будет, если я прочту рассказ о девушке, боявшейся исчезнуть?
Исчезну ли я сам?
Этой участи я не хочу испытывать.
Но книга всё ещё зовёт читателя.
Надолго ли мне хватит сил сопротивляться?