Вот смотрите, как обычно всё происходит. Хочет авиакомпания запустить новый рейс, скажем, из Екатеринбурга в Стамбул. Руководство собирает кипу бумаг, папку-досье, и отправляет курьера в министерство. Там это досье неделями ходит по кабинетам, обрастает визами и резолюциями. Знакомая картина, правда? Бюрократия в чистом виде.
Так вот, с 1 сентября этот процесс пытаются перевести в XXI век. Минтранс запускает подачу заявок на международные рейсы через портал госуслуг (ЕПГУ). То есть, всё в электронном виде. Звучит как мелкая техническая деталь, но на самом деле это немного меняет правила игры.
Что на самом деле поменялось?
Раньше всё было на бумаге. Теперь — онлайн. Вот и вся разница для постороннего глаза. Но за этой простотой скрывается несколько важных моментов.
- Скорость. Электронный документооборот всегда быстрее. Нет необходимости физически пересылать бумаги, ждать, пока их зарегистрируют, подпишут и согласуют. Теоретически, это может ускорить процесс открытия новых рейсов.
- Прозрачность. Авиакомпания может в режиме онлайн отслеживать статус своей заявки, видеть, на каком этапе она находится, и что ей нужно донести. Меньше звонков «ну как там наши бумажки?» и больше понятного workflow.
- Сбалансированность. Здесь самое интересное. Минтранс прямо говорит, что это нужно для «сбалансированного подхода». Что это значит на человеческом языке?
А значит это, что при рассмотрении заявки теперь будут смотреть не только на то, хочет ли «Аэрофлот» летать в Анталию, но и на то, не пострадают ли от этого внутренние рейсы. Хватит ли самолетов и ресурсов у перевозчика, чтобы и там, и там всё работало без сбоев. Чтобы, условно, запуск модного заграничного направления не означал отмену рейсов в Красноярск или Петропавловск-Камчатский.
Мнение
Идея перевести бюрократию в цифру — это всегда хорошо. Это снижает коррупционные риски и ускоряет процессы. В теории, новые интересные маршруты могут появляться быстрее.
Но есть и вторая сторона. «Сбалансированный подход» — это палка о двух концах. С одной стороны, да, это защита внутреннего рынка. Никто не хочет, чтобы ради прибыльных международных рейсов забросили региональные.
С другой стороны, это может стать удобным инструментом для того, чтобы не пускать на рынок новых игроков или ограничивать существующих. Отказ можно будет легко обосновать этой самой «заботой о внутренних перевозках». То есть, появился новый лоукостер, который хочет летать за границу по низким ценам. Ему могут сказать: «Извините, но ваши планы нарушают сбалансированность развития транспортной системы». И всё.
Так что, с одной стороны, мы можем получить больше удобных рейсов за границу благодаря ускоренной процедуре. С другой — государство получает более мощный и технологичный рычаг контроля над тем, кто, куда и сколько будет летать.
Итог: Пока это изменение заметно только авиакомпаниям и чиновникам. Для нас, пассажиров, всё останется как есть. Мы просто увидим результат: либо появится больше новых рейсов и airlines, либо всё так и останется в руках нескольких гигантов. Время покажет, как заработает эта система на практике.