С 31 августа по 3 сентября представительная российская делегация, возглавляемая Владимиром Путиным, работает в КНР. Такая продолжительность визита, пожалуй, беспрецедентна. Однако есть сомнения, что результаты этой работы окажутся для нашей страны по-настоящему прорывными.
Нынешний саммит Шанхайской организации сотрудничества – крупнейший с 2001 года – собрал глав более чем 20 государств, в их числе индийский премьер Нарендра Моди, впервые за более чем семь лет приехавший в Китай. Мероприятие стартовало в последний день лета, а завершится в эту среду масштабным военным парадом, приуроченным к 80-летию окончания Второй мировой войны.
Тогда же, 3 сентября, президент России должен провести переговоры с председателем КНР Си Цзиньпином. Ожидается, что лидеры обсудят крупные экономические проекты, в том числе перспективы газопровода «Сила Сибири – 2». Также произойдёт и обмен мнениями о ситуации на Украине. По крайней мере, как ранее заявлял помощник российского президента Юрий Ушаков, данный вопрос «конечно, будет обстоятельно обсуждён в ходе предстоящего контакта».
До саммита наблюдатели предрекали, что именно китайский лидер станет основным его бенефициаром. Так, по мнению главного редактора The China-Global South Project Эрика Оландера, «Си Цзиньпин захочет использовать саммит как возможность продемонстрировать, как начинает выглядеть международный порядок, возглавляемый Америкой, и что все усилия Белого дома по противодействию Китаю, Ирану, России, а теперь и Индии не дали ожидаемого эффекта». В свою очередь, пресса КНР предрекала, что по итогам мероприятия Китай сможет укрепить своё дипломатическое влияние, показав, что является мировой державой, с которой необходимо считаться.
На укрепление дипломатического влияния Пекина указывает и состав участников саммита. Помимо упомянутого Моди в мероприятии участвуют лидеры не входящих в ШОС, но обладающих статусом «партнёров по диалогу» с организацией Армении и Азербайджана, а также Турции. Само собой, работают на саммите президенты членов ШОС Белоруссии и Казахстана – стран, давно ставших ареной китайской экономической экспансии. И не получается ли в итоге так, что Путин – всего лишь один из множества гостей Си Цзиньпина, а выстраиваемый в рамках ШОС «многополярный мир» становится китаецентричным миром?
Владимир Путин, Си Цзиньпин и Нарендра моди, по-видимому, достигли той степени взаимного доверия, что могут выступать единым фронтом в пику объединённому западу
В целом стоит признать, что взаимоотношения Москвы и Пекина сейчас не выглядят как взаимоотношения равных партнёров. Мы импортируем из КНР автомобили, но Китай не переносит к нам их производство. Мы делаем большие скидки на сырьевой экспорт – к примеру, газ в прошлом году обходился Пекину на 30% дешевле, чем европейским и турецким клиентам, а в 2025-м дисконт был увеличен до 39%. Однако Китай, пользуясь этой выгодой, до сих пор отказывается наладить поставки в Россию продукции двойного назначения.
Наконец, мы активно развиваем с Пекином военное сотрудничество – так, Тихоокеанский флот проводит регулярные учения с ВМС Китая. В частности, начало августа ознаменовалось манёврами «Морское взаимодействие – 2025», а примерно за неделю до старта саммита корабли России и КНР провели ежегодное патрулирование центральной части Тихого океана. Но разве для наших Вооружённых сил не является приоритетным фронт совсем в другой части света?
Обмен мнениями по Украине – важный момент в общении лидеров России и Китая. Однако от Пекина хотелось бы более деятельного участия в делах союзника. Получится ли у Путина склонить к тому Си Цзиньпина?
Неймат Халилов, политолог
– Саммит ШОС – это демонстрация того, что Россия смогла выстроить партнёрские отношения со странами незападного блока, что позитивно сказывается на тенденции развития многополярного мирового порядка.
Александр Рар, политолог
– Решающим моментом в судьбе Украины может стать саммит в Пекине 3 сентября. Европа на встрече отсутствует, но не исключены совместные дипломатические инициативы трёх держав – Китая, России, США. Куда движется китайская дипломатия?
Максим Жаров, политолог
– Кремлю китайские войска на Украине очень нужны. Но дело в том, что они не очень-то и нужны там самому Китаю. Как известно, Зеленский публично отверг возможность участия Китая в «гарантиях безопасности» Украине. Но по факту, если между Вашингтоном, Москвой и Пекином будет достигнута договорённость о вводе китайского «ограниченного контингента» на Украину, никто этот отказ Зеленского всерьёз воспринимать не станет.