Представьте себе Россию конца XIX века. Огромная страна, которая по шесть месяцев в году не может нормально пользоваться своими северными портами - все заковано льдом. Торговля встает, флот простаивает, убытки колоссальные. И вот появляется один человек с безумной на первый взгляд идеей: "А что если корабль сможет ломать лед?". Этого человека звали Степан Осипович Макаров, и его судьба оказалась не менее удивительной, чем его изобретения.
Удивительно, но мало кто знает, что Макаров — это не только создатель первого в мире ледокола. Это человек-загадка, который успел за 55 лет жизни стать океанографом, изобретателем, стратегом, и даже... создателем русской семафорной азбуки! Да-да, той самой азбуки флажками, которую разработал в 1895 году, и которой моряки пользуются до сих пор.
Мальчишка, который слышал зов моря в колыбельных
Николаев, 1848 год (кстати, не 1849, как часто пишут). В семье скромного прапорщика Осипа Макарова родился сын Степан. Казалось бы — обычная военная семья, каких тысячи. Но уже в детстве этот мальчишка был особенным.
Представьте: маленький Степа не играет в солдатики, как другие дети офицеров. Он часами сидит у окна, глядя на гавань, и что-то чертит в своих тетрадках. Что? Корабли! Он перерисовывает каждый увиденный в порту корабль, придумывает свои конструкции, мечтает о морских походах.
Родители поначалу не воспринимали всерьез детские увлечения. «Перерастет», — думали они. Но Степа не просто мечтал — он изучал. В 12 лет читал серьезные книги по судостроению, в 14 — знал наизусть все типы кораблей российского флота. И тогда родители поняли: это не детская прихоть, это призвание.
В училище: не гений, но упрямец
1864 год. Шестнадцатилетний Степан Макаров поступает в Морское училище в Петербурге. Здесь выясняется интересная деталь его характера: он не был вундеркиндом. Математика давалась трудно, языки — с боем. Но была одна черта, которая выделяла его среди сотен других курсантов.
Если что-то не получалось, Макаров не сдавался. Никогда. Однокурсники рассказывали позже: «Степа мог просидеть над одной задачей три дня подряд, но обязательно решит». А еще он обладал удивительным даром задавать «неудобные» вопросы преподавателям. «А почему корабль не может плавать во льдах?» — спросил он как-то на лекции по навигации. Преподаватель лишь махнул рукой: «Глупости, Макаров!»
Кто бы мог подумать, что через 30 лет этот же Макаров докажет обратное...
Боевое крещение
Молодой мичман Макаров после училища попал служить на Черноморский флот. Служба шла своим чередом, но коллеги быстро заметили его особый склад ума. Он постоянно что-то придумывал, улучшал и предлагал свежие решения для старых задач.
Пришедшая в 1877 году русско-турецкая война позволила проявить Степану Осиповичу свои несгибаемые таланты. Он был храбр и умел в командовании, но и это ещё не всё. Разработка нового типа мин нехило так насолила туркам.
Настолько, что они назначили награду за голову дьявольского русского изобретателя. В то же время Макаров уже обдумывал следующие проекты.
Ученый в адмиральском мундире
После войны Макаров мог бы спокойно дослуживаться до пенсии, получая награды и повышения. Но он выбирал путь, невиданный для русского флота — стал ученым-практиком.
Самое удивительное открытие он совершил в Босфоре. Все ученые мира ломали голову: как происходит водообмен между Черным и Средиземным морями? Макаров придумал гениально простой эксперимент. Он опускал в воду бутылки с красителем на разной глубине и наблюдал за течениями.
Результат ошеломил научный мир: оказалось, в проливе одновременно текут два течения! По поверхности — в одну сторону, по дну — в другую. Это открытие до сих пор называют «правилом Макарова».
А еще он в свободное время изобретал новые типы броневых плит, разработал теорию непотопляемости кораблей и создал русскую семафорную азбуку в 1895 году. Да, ту самую, которой сигнализируют флажками!
Безумная идея, которая казалась фантастикой
Зима 1897 года. Кронштадт скован льдом. Контр-адмирал Макаров стоит на берегу и смотрит на заледеневший залив. Экономические потери от ледовых блокад колоссальны — Россия по полгода не может пользоваться северными портами.
И тут его осеняет идея, которая многим кажется бредовой: а что если построить корабль, который сможет ломать лед?
«Степан Осипович, опомнитесь! — говорили ему коллеги. — Лед толщиной в несколько метров, твердый как камень. Никакая сила его не сломает!»
Но Макаров уже видел решение. Он засел за изучение физических свойств льда, консультировался с лучшими инженерами, делал расчет за расчетом. И родилась гениальная концепция: корабль не должен пробивать лед — он должен взбираться на него и ломать своим весом!
«Ермак» — железный богатырь, опередивший эпоху
1898 год. На английской верфи спущен на воду корабль-гигант, характеристики просто впечатляли:
- Длина — 97 метров,
- Мощность — 10 000 лошадиных сил,
- Вес — 8 000 тонн.
Но главная особенность — в форме носа. Вместо острого, рассекающего воду носа — скошенный, чтобы корабль мог вползать на льдины.
Первые испытания Ермака в Финском заливе прошли на ура. Он ломал двухметровый лед, как орехи, и Макаров чуть не плакал от счастья – его задумка сработала!
Забавно вот что. Когда Ермак впервые показал себя на льду, на палубе собрались одни скептики, да еще и адмиралы. Все ждали, что ничего не выйдет. Но когда ледокол прошел там, где все остальные бы застряли, все просто замолчали от удивления. А потом как начали хлопать!
Макаров мечтал об Арктике и верил, что если Ермак справился с заливом, то дойдет и до самого Северного полюса.
В первой экспедиции в Арктику в 1899 году Ермак дошел до Шпицбергена, но до полюса – никак. Льды там оказались крепче и опаснее, чем он думал.
Но Макаров не расстроился. Наоборот — понял, что открыл новую эпоху. Он уже видел будущее: целая флотилия ледоколов прокладывает России постоянный путь через Северный Ледовитый океан.
Человек, который не умел отказываться от долга
1904 год. Русско-японская война. Обстановка на Дальнем Востоке катастрофическая — русский флот заперт в Порт-Артуре, моральный дух упал.
Можете представить состояние Макарова? Ему 55 лет, он в зените славы, у него масса планов и проектов. «Ермак» только-только доказал свою состоятельность, нужно строить новые ледоколы, развивать арктическое мореплавание...
Но приходит телеграмма: «Назначаетесь командующим Тихоокеанской эскадрой. Немедленно выезжайте в Порт-Артур».
Макаров мог бы отказаться — его возраст и заслуги это позволяли. Но он собирает чемоданы. Долг превыше всего.
Последний выход в море
С появлением Макарова в Порт-Артуре атмосфера изменилась моментально, все моряки знали и уважали отважного адмирала.
Степан Осипович сразу взялся за дело:
- поднимал боевой дух матросов,
- разрабатывал новую тактику и готовил планы прорыва блокады.
Макаров всего за полтора месяца вернул русскому флоту веру в победу.
1904 год. В последний день марта крейсер Петропавловск покинул порт в последний раз. Около десяти утра раздался взрыв – японская мина, и корабль пошел ко дну. Один из самых сильных кораблей русского флота утонул в мгновение ока, всего за пару минут. Макаров погиб вместе со своим кораблем. Ему было всего 55 лет...
Наследие, которое переживет века
Император Николай II сказал тогда: «Потеря Макарова невосполнима». И это была правда. Человека такого масштаба больше не появилось.
Но главное детище Макарова — ледокол «Ермак» — пережил своего создателя на 59 лет! Корабль служил до 1963 года, а принципы его конструкции легли в основу всего современного ледоколостроения.
Сегодня российские атомные ледоколы — самые мощные в мире — круглогодично водят караваны по Северному морскому пути. Мечта Макарова о постоянной арктической навигации полностью сбылась.