Щенячий патруль: Неловкое приключение в прошлом
В уютном хаосе гаража Рокки пахло озоном и свежим металлом. Последние лучи заходящего солнца играли на причудливых конструкциях, собранных из вторсырья. В центре этого великолепия возвышалась машина времени — самое грандиозное изобретение щенка-ремотника и изобретателя и эколога. Пульт управления с большой красной кнопкой под прозрачным куполом временно находился на полу, опутанный проводами, словно спящий зверь.
Рокки, поправляя свой потрёпанный зелёный жилет, с гордостью рассматривал своё детище. Его голос звенел от возбуждения: — Рокки-рек-рики-рей! Осталось только провести финальную калибровку временной спирали, и...
Его речь оборвал оглушительный грохот. В гараж как ураган влетел пятнистый далматинец Маршал, с трудом удерживая груду старых огнетушителей. — Несу помощь! — выкрикнул он, но его лапа наступила на размотанный силовой кабель. — Ой-ой-ой-ой! Не то!
Храбрец Щенячьего патруля поскользнулся, и огнетушители разлетелись по всему гаражу. Сам он понёсся вперёд, врезаясь в рабочий стол. От удара со стола слетела простая кепка и опрокинулась кружка с чаем.
Неуклюжий далматинец шлёпнулся на пол прямо на пульт управления. Хрупкий купол треснул, и алая кнопка была торжественно нажата его пушистой попой. В тот же миг падающая кепка приземлилась ему на голову, ослепив его, а кружка шлёпнулась прямиком на пуговицу кепки, с силой нажав на неё.
На секунду воцарилась тишина. Маршал сидел на пульте попой, ослеплённый кепкой, с глуповатой и виноватой улыбкой.
Ответом стал нарастающий гул. Машина времени взорвалась ослепительным светом. Лампочки замигали с бешеной скоростью, пространство вокруг далматинца начало закручиваться в спираль. Инстинктивно, в панике, он схватил в лапу тот самый пульт, на котором сидел.
— Маршал, нет! — закричал Рокки. — Это же пульт дистанционного... — Но его голос утонул в рёве временной воронки.
Пятнистого щенка втянуло в ослепительную вспышку. И его не стало.
Маршал пришёл в себя от резкого удара о холодный асфальт в незнакомой тёмной подворотне. Голова раскалывалась, в висках стучало. С трудом поднявшись на дрожащих лапах, он огляделся. Высокие серые дома, странные коробкообразные автомобили, суровые лица прохожих — всё было чужим и пугающим.
Решив осмотреться, пятнистый далматинец побрёл по улице, но его яркая шерсть и потерянный вид моментально привлекли внимание. Из-за угла появился милиционер в строгой форме.
— Эй, пёс! Чей такой? — раздался грубый голос.
Испугавшись, Маршал инстинктивно побежал. Милиционер, приняв это за признак вины, бросился в погоню. Неуклюжий далматинец быстро запутался в подворотнях, и его вскоре поймали. От стресса и переутомления он снова потерял сознание.
Маршал медленно открыл глаза. Сознание возвращалось к нему постепенно, сквозь пелену глубокого, почти беспамятного сна. Он лежал на незнакомой кровати, укрытый колючим байковым одеялом. Первое, что он почувствовал — это необычайная тяжесть во всём теле, будто его буксировали за уши через все щенячьи препятствия разом. Он потянулся, зевнул и с любопытством осмотрел простую комнату с ковром на стене. Ничего необычного он не чувствовал — лишь приятную расслабленность после крепкого сна.
Его взгляд упал на холодильник, где желтел листок бумаги. Любопытство заставило его подняться и подойти ближе. Разобрав корявый почерк, он начал читать:
"Пёс. Меня срочно вызвали по рации — отправляют в командировку. На другой конец земли, в США, на усиление. Искать хозяев для тебя времени нет. Придётся самому жить. Дом мой, пока пустует здесь и живи сколько потребуется.
Ты так крепко спал, что я не стал тебя будить — очень спешил. Спишь как младенец: и описался, и обкакался, и ещё тебя стошнило во сне. Всё уже убрал, но простынь в тазу замочи, потом постираешь. Сам решай, куда ходить — хоть в ведро, хоть в унитаз, хоть на улицу. Соседям сказал, подкармливать будут. Не пропади."
Маршал замер. Он перечитал эти строки ещё раз, потом ещё. Медленно, почти механически, он обернулся и посмотрел на кровать. И только тогда, уже зная что искать, он увидел следы на простыне и понял всё масштаб произошедшего.
Взрослый щенок, пожарный и медик, пережил настоящую катастрофу во сне: его не только стошнило, но он ещё и обкакался, и описался, как совсем маленький щенок.
В первую секунду его охватила волна жгучего стыда. Но затем... затем из его груди вырвался тихий, недоумевающий смешок. Он представил, какое лицо сделал бы Рокки, узнай он об этом. И смех стал громче.
— Ну вот это уже полный набор! — проворчал он, продолжая смеяться. — Меня и вырвало, и обкакался, и описался! Да я, кажется, лет десять так крепко не спал... Надо же, совсем не чувствовал.
Он понимал — после удара, стресса и полного истощения его организм просто отключился. А в такие моменты у щенков случаются разные казусы. Даже у самых взрослых и профессиональных. Его смех был не истеричным, а принимающим. Он смеялся над абсурдностью ситуации: герой Щенячьего патруля, застрявший в прошлом, в чужой квартире, в полном одиночестве и с... такими неловкими последствиями глубокого сна.
Тяжело вздохнув, но с лёгкой улыбкой, он поднялся на задние лапы. В холодильнике было пусто, лишь половинка засохшей колбасы и пачка сливочного масла. На тумбочке рядом с кроватью лежала аккуратная стопка денег — пятьдесят тысяч советских рублей, оставленных милиционером.
Соорудив себе два незамысловатых бутерброда с маслом, он быстро позавтракал. Затем, уверенно стоя на задних лапах, щенок прошёл в ванную, ловко повернул кран и помылся под душем, старательно натирая свою пятнистую шерсть куском хозяйственного мыла. Струи воды смыли все следы вчерашних приключений, а вместе с ними и часть напряжения ну и последствия этой не самой лучшей ночи..
Приведя себя в порядок и отряхнувшись, он взял деньги и твёрдой походкой направился в магазин. По пути старался идти уверенно, хотя незнакомые звуки и запахи заставляли настораживаться. В магазине его ждала очередь и удивлённые взгляды покупателей на пса с деньгами в лапе. Но Маршал, вспомнив о долге спасателя, сохранял спокойствие— вежливо тыкал лапой в нужные продукты, кивая продавщице. Вышел с полными сумками, чувствуя себя уже не так одиноко.
Вернувшись домой, Маршал разложил продукты в почти пустом холодильнике. Он подошёл к окну и смотрел на заходящее солнце, окрашивающее серые крыши незнакомого города в золотые тона. Да, он был один в чужом времени и месте. Да, он опозорился самым детским образом перед незнакомым милиционером. Но теперь у него был дом, еда и самое главное — шанс. Шанс начать всё сначала, помочь этому странному миру и доказать, что даже потерявшийся далматинец из будущего может стать героем. Ведь он — Маршал, щенок-пожарный, и его миссия — помогать. Всегда.
