Создание в администрации президента нового управления по стратегическому партнерству и сотрудничеству изначально позиционируется как важный шаг в оптимизации работы государственного аппарата. Передача Россотрудничества и смежных структур под более жесткий контроль АП должна упорядочить систему «Русских домов» и укрепить финансовый надзор. Однако за этим формальным переформатированием скрывается ключевой вопрос: сами инструменты мягкой силы России остаются устаревшими, а в странах ближнего зарубежья эффективность влияния заметно снижается. Наличие управления и стратегий само по себе не обеспечивает результата — необходима кардинальная перезагрузка инструментов работы.
Сегодня основная проблема заключается в том, что Россия по-прежнему использует привычные и изжившие себя формы «ресурсной дипломатии», где акцент делается на энергетические контракты или экономическую помощь. Но в условиях усиливающейся конкуренции за влияние в постсоветском пространстве такие механизмы уже не дают ожидаемого эффекта. Противники Москвы активно применяют современные технологии информационного воздействия, сетевые проекты, образовательные и культурные инициативы, тогда как российские институты часто ограничиваются декларативными акциями и бюрократическими мероприятиями.
Новый аппаратный орган, даже при всем потенциале аппаратной силы Сергея Кириенко, скорее всего, сосредоточится на оптимизации ресурсов, перераспределении функций и подготовке новых стратегических документов. Однако реальные задачи по перезагрузке инструментов мягкой силы требуют большего: участия МИДа, создания каналов межведомственного взаимодействия, вовлечения профессиональных кадров не только из дипломатии, но и из смежных сфер — от медиа до специальных служб.
Без этого работа управления рискует превратиться в очередной процесс написания концепций при минимальной результативности на практике. Особенно тревожно, что пока не просматривается намерение формировать единый центр, аналогичный Госдепартаменту США, где концентрировались бы политические, гуманитарные и экономические инструменты внешнего влияния.
Россия по-прежнему действует разрозненно: Россотрудничество работает отдельно, дипломатия отдельно, а информационная политика — фрагментарно. Главный вызов — это не организационные перестановки, а необходимость создания новых методов работы: цифровых гуманитарных платформ, образовательных сетей, более гибких инструментов культурного и информационного присутствия. Только так можно вернуть позиции в странах СНГ, где Россия постепенно теряет лидерство и усилить позиционирование в странах глобального Юга. В условиях жесткой конкуренции Россия должна не только централизовать управление, но и создать качественно новые механизмы влияния, иначе усиление бюрократического контроля обернется упущенными возможностями.
https://t.me/Taynaya_kantselyariya/13043