#Воскресныечтения
(знаю, вы соскучились!)
Голуби брачного мира
В театре Драмы показали эскиз спектакля «Любовь и голуби», который не вышел из рамок, но вылетел
В томском театре Драмы два дня шла театральная лаборатория Comedy Ulёt. Молодые режиссеры со всей страны показали эскизы к спектаклям на основе всем известных советских комедий: «Девчата», «Покровские ворота», «Служебный роман», «Любовь и голуби». Сказать новое слово в драматургическом материале, который моим поколением разобран на цитаты, крайне сложная режиссерская задача, но один из молодых режиссеров справился.
Это случилось сегодня вечером, когда пермяк (это важно) Дмитрий Огородников выдал эскиз к знаменитой пьесе «Любовь и голуби», которую написал его земляк по рождению, и сибиряк по месту жительства Владимир Гуркин. Но переплюнуть меньшовских, киношных голубей, казалось, невозможно: Юрский, Гурченко, Михайлов – звезды первой величины. Фильм тоже нарочито условен, как и театр, нежизненно пасторален, любим всеми за простую и понятную историю: поехал деревенский мужик впервые в жизни на курорт, да и согрешил с городской по пьяни. Бросил в деревне семью, детей, голубей, а счастья нет. Решил вернуться, как всякий добрый и бесхарактерный человек. Тут его и застало прощение.
В этой муке разлуки с семьей мы и видим Васю в майке-алкоголичке в начале эскиза. Занавес принципиально открыт и страдания Васи, бесконечно курящего «Беломор», продолжаются всю недолгую интермедию к эскизу. Организаторы рассказывают, что такое театральная лаборатория и как можно проголосовать за понравившийся эскиз, чтобы он стал полноценным спектаклем. Но едва смолкают вступительные слова, Вася (убедительно простоватый Виталий Огарь) в этом вращающемся круге ада-сцены начинает вспоминать, как он собирался на этот проклятый курорт, как напился в баре вместе с кадровичкой Раисой Захаровной (Екатерина Мельдер) и как свершилось его грехопадение под осуждающие взгляды голубей: Вячеслав Радионов, Антон Антонов, Елена Саликова. Это невероятное птичье трио становится отдельной сюжетной линией в спектакле. Они курлычат в минуты общих фраз, приносят водку в сцене примирения, предупреждают голосом человеческим об опасности адюльтера, прыгают на панцирной сетке от счастья, изнемогают в сцене никак не могущих примириться Васи и Нади (Татьяна Темная). Великая условность театра делает людо-голубей настоящими героями спектакля, тогда как в фильме они всего лишь вспомогательный пернатый материал.
Режиссер и актеры не боятся повторять когда-то найденные в фильме гениальные интонации, потому что главный ход уже найден, он оригинален и разворачивает действие в совсем другие дали. Поэтому объяснения с Раисой Захаровной в пустой ванне-реквизите из постановки «Грозы», становятся цитатой в цитате, а уж намек на то, что эта ванна взята из спектакля по Островскому, вызвала хохот в продвинутом зале и улыбку даже у главного «грозного» режиссера Драмы Олега Молитвина.
В ходе обсуждения эскиза звучали, конечно, душные претензии, вроде «старушки сейчас не ходят в трениках» (та же неподражаемая Елена Саликова в роли Бабы Шуры), но Дмитрий Огородников знает, в какой глубокий пермский культурный слой он залез красной вязанной шапочкой своей героини: это Светка и Жанка из знаменитой команды КВН «Парма» говорят устами Бабы Шуры: «Вот помру, а тебя на похороны не приглашу»!
Теперь, когда, уверен, «Любовь и голуби» получили наибольшее количество зрительских лайков, надо подождать их полноценной постановки. Очень хочется, чтобы «голубей» не постигла участь «Варшавской мелодии», эскиз которой так и протух в томской Драме после гастролей Школы-студии МХАТ. Тем более, что никаких идеологических препятствий для «голубей» нет, разве что голубиную почту могут счесть намеком на перебои с мобильным интернетом, да водка с куревом показались кому-то из зрителей токсичными. Но все мы не из ЗОЖ вышли, а финал скрепный, счастливый, воссоединяется семья, и посмотреть на премьеру спектакля «Любовь и голуби» очень хочется.
Это ведь не похороны, поди пригласят
