Утром, после завтрака, паломники взяли благословление у наместника скита и получили от него краткий инструктаж, как по табличкам найти дорогу к вершине. Многие тропинки, ведущие из монастыря в монастырь, пересекались, надписи на табличках были сделаны – одни на греческом, а другие на латыни. Все это затрудняло подъем. Конечно, имелась карта со всеми тропинками, строились планы, но, как известно, на Афоне нельзя ничего загадывать, все здесь происходит так, как захочет Пресвятая Богородица.
Набрав перед походом воду в святом источнике и оставив в скиту вещи, купленные в Карее, батюшка Стахий и остальные паломники начали тяжелое восхождение. По дороге сменяли друг друга несколько климатических поясов. Внизу – лишь камни, выше – тропические деревья с лианами, огромные эвкалипты, которые было невозможно обхватить руками, дальше тропинка пролегала среди зарослей колючих кустарников с плодами, похожими на маленькие желуди. Удивительно, но змей, которых так много на Афоне, паломники на своем пути так и не встретили. Жара в горах сделалась просто непереносимой, и если бы не легкий свежий ветерок, набегавший снизу, со стороны моря, можно было элементарно задохнуться. Переходить с валуна на валун в неудобной, неприспособленной для этого обуви, да еще с рюкзаком за плечами, делалось все сложнее, все чаще приходилось останавливаться, чтобы хоть немножко передохнуть. Особенно тяжело приходилось батюшке. Поднимаясь все выше, паломники увидели небольшое каменное строение, а неподалеку от него - строящийся храм. Это означало, что они прошли лишь половину пути, именно здесь находился высокогорный скит Панагия, относящийся к Великой Лавре. По преданию, сюда поднялась Пресвятая Богородица и услышала Божий глас, чтобы Она не поднималась выше.
В доме, разделенном на несколько комнат с двухъярусными кроватями, жили албанцы, которые строили храм. Электричества не было, поэтому дом отапливался печью-камином. Для работы использовался бензиновый генератор. Поразительно, как малыми силами строился этот Дом Божий – строители добывали из горы белый мрамор, из него делали кирпичи, а арматуру и цемент им привозили на осликах. Здесь же, в горе, было сделано углубление для собирания дождевой воды и конденсата.
По традиции, всякий, приходящий в Панагию, звонил в колокол, весящий около 15 кг. Многие оставались здесь ночевать, с тем, чтобы набраться сил и продолжить восхождение следующим утром. На общем совете батюшка Стахий и остальные решили, что нужно двигаться дальше. Уже вечерело. Батюшка сильно устал, поэтому шли очень медленно. Другие группы, со спортивной экипировкой, давно обогнали их и скрылись из вида. Натруженные ноги то и дело скользили по камням. Неожиданно нога батюшки Стахия попала в расщелину, подвернулась. Испытывая из-за травмы сильную боль, дальше идти самостоятельно батюшка не мог. Отцу Сергию и Павлу пришлось вести его под руки. В сравнении с первой частью дороги, вторая оказалась еще более сложной. Пятна краски на камнях, обозначавшие тропу, в сумерках были едва различимы. С наступлением темной южной ночи искать пятна приходилось уже с фонариком. Далеко вдали виднелась вершина горы, слышались разговоры на сербском и немецком... Но как дойти до вершины?! Карманный фонарик светил все слабее… Видя отчаяние окружающих, батюшка Стахий остановился и решительно произнес: «Идите наверх одни. Я пересижу здесь, на камнях. Заберете меня утром».
Один из немецких туристов, уже поднявшихся на гору, заметил бедственное положение, в котором оказались паломники. Как позже узнал батюшка, его звали Герхард. Сверху, от храма Преображения Господня, он решил спуститься к ним вниз. Герхард спускался не по тропинке, а коротким путем, по прямой. Для этого у него имелись замечательные трекинговые палки, по размеру, как лыжные. Эти палки изобрела немецкая фирма Leki специально для пеших походов, они оказывают неоценимую помощь альпинистам. Такие палки состоят из нескольких частей, вытягиваемых друг из друга, благодаря телескопическому механизму. Они разгружают корпус, уберегают от ненужных падений и травм, значительно увеличивают скорость движения. К тому же на ногах Герхарда были ботинки с шипами, а в руках - мощный горный фонарь, который он передал батюшке Стахию, чтобы тот мог светить себе под ноги. Сам же Герхард пошел впереди. Освещая своим фонарем дорогу, он показывал остальным короткий путь на вершину Святой Горы.
И вот она – заветная цель – паломники стояли рядом с храмом Преображения Господня. Сверху, по всему периметру Афона, среди непроглядной тьмы, едва светились крупные монастыри, кажущиеся отсюда точками. Зато соседние полуострова, где вовсю развлекались курортники, заливали потоки электрического света. Именно за этот наш мир, чтобы он не провалился в тартарары, молились по ночам афонские монахи…
С вершиной Святой Горы связано удивительное предание. Согласно ему, здесь, в храме Преображения Господня, свершится последняя литургия перед самым Концом Света. И совершат ее 12 незримых афонских старцев, живущих в труднодоступных местах Афона, в высокогорье. Рассказывают, что когда уходит из жизни один из них, то бесследно исчезает кто-то из известных монахов-насельников. Братство забирает его на замену. В 1950 году Паисий Святогорец, заблудившись на Афоне, повстречал удивительного старца, предположительно одного из двенадцати, который утешил его, указал дорогу, а затем исчез, будто испарился...
Вершина Афона сложена из чистого мрамора. Несколько ниже ее, в трещинах скал, растет «неувядаемый цветок Божией Матери». Монахи говорят про этот цветок, что он чрезвычайно милый, похожий на розу, только меньший по размеру.
Маленькая церковь в честь Преображения Господня занимала почти все пространство верхней площадки. Батюшка Стахий и остальные вошли внутрь храма. Он освещался лишь лампадами, при их свете был различим самодельный деревянный иконостас. Усталые туристы, которые пришли сюда раньше, уже крепко спали, расположившись на дощатом полу, ближе к центру. Свободными оставались лишь крайние места. Стараясь, по возможности, не беспокоить спящих, паломники начали аккуратно разворачивать спальные мешки, взятые в Свято-Пантелеимоновом монастыре. От неизбежного шуршания послышалось недовольное бормотание на немецком. Перед сном отец Стахий с сыном, отцом Сергием, отслужили благодарственный молебен о благополучном путешествии. Павла переполняли радостные чувства. Он решил не ложиться спать, а всю эту ночь молиться в стасидии. Под утро в храме сделалось очень холодно. И без того чуткий сон паломников стал совсем прозрачным. Ноги Павла закоченели в шлепанцах и ему ничего другого не оставалось, как обмотать их полиэтиленовыми пакетами, только это не помогло. Ранним утром зазвонил будильник. Не выдержав холода, Павел быстро забрался в спальный мешок, но, не проспав и пяти минут, встал, а следом за ним и остальные.
Паломники, признательные за оказанную им вчера помощь, хотели еще раз поблагодарить Герхарда, но, странное дело, среди немецких туристов его не оказалось, и где он ночевал, когда ушел, никто не знал…
Отец Стахий не взял разрешение на служение литургии, нужны были Святые Дары, антиминс, поэтому утром он и отец Сергий отслужили молебен.
В дар храму Преображения Господня сын батюшки - Василий - принес в своем рюкзаке большой медный подсвечник, подаренный о. Стахию на День Ангела, который он оставил в храме, а сам батюшка - Евангелие, церковный крест и облачение.
После утренних молитв и завтрака паломники набрали воды, которая собиралась в выдолбленной площадке. В воде плавал мелкий сор, попадались камешки, но батюшка Стахий благословил ее пить, сказав, что на Святой Горе – можно, ведь Сама афонская Игумения, Экономисса, заботится об утолении жажды паломников – над вершиной Афона неизменно стоит благодатное облако.
Позже, по приезде со Святой Горы, батюшка Стахий не раз с воодушевлением повторял, что, когда на вершине через него проходило благодатное облако, он чувствовал отрадную прохладную влагу, особую благодать и незримое присутствие Матери Божией.