Я уже писала. что если не будет в ближайшее время напечатана моя повесть" Старомодная девица или еще раз про любовь", то я опубликую ее на своем канале. Но в июле она была вышла в одном из журналов. поэтому. не нарушая редакционную этику, я публикую другой рассказ. Надеюсь он войдет в новую книгу, которая планируется на следующий год.
Тонкий психолог.
Катя знала точно, что лично она произошла от инопланетян, а не от каких-то там «макак». Поэтому любила себя безмерно. Поссорившись в очередной раз с мужем и обидевшись на весь свет, она решила поехать в отпуск на горнолыжный курорт.
Катерина не умела кататься на лыжах вообще, но в жизни надо попробовать все!
Теперь надо решить, кого можно было совратить таким заманчивым предложением.
Большинство подруг замужем, остальные – «подъемные» в пределах своей остановки.
«Только Галка», – решила Катя.
Ставя перед собой цель, она шла без лишних эмоций, меняя в процессе, тактику и правила игры. Если не выходило получить желаемое, то чувствовала себя обманутой, но удивительно то, что почти все, что она хотела, она получала. Катерина была твердо убеждена, что если она кому-то сделала в жизни что-то хорошее, то те просто не имеют прав ей отказывать ни в чем.
Галка тоже относилась к тем, за кем числился должок : в свое время Катя помогла ей устроиться на хорошую работу.
«Сопротивление бесполезно», - подумала о подруга. Столько еще ласковых слов, наверно, одна девушка никогда не говорила другой, и лед тронулся.
Спустя несколько дней, две подружки-веселушки уже сидели в вагоне. Поезд должен был уже вот-вот отправиться, как в купе вошел молодой человек
«Ну и физиономия!»- подумала Катя.
Каждый человек в душе эстет и что -бы там ни говорили, и каждому хочется, чтобы его окружали симпатичные люди.
А парень был чуть выше среднего роста, с тускло-рыжеватыми волосами и с большим яга образным носом, что касается его глаз, то они были невыразительными до такой степени, что высказывание о глазах как о «зеркале души» никоим образом не относилось к данной персоне.
Тихо застучали колеса. Минут десять прошло в молчании.
- Вы, конечно, едете в горы? - решила начать разговор Катя
- Конечно, – он усмехнулся. Голос у него был приятный.
- Да уж, умный вопрос,- пробурчала Галка.
- А почему и нет?- Катерина широко распахнула глаза. Она иногда любила поиграть в шаловливую девочку.
Постепенно разговор все-таки завязался. И странное дело – во время общения Катя почувствовала обаяние молодого человека. Уже не замечая его некрасивости, девушки слушали наблюдения Павла по поводу, кто и как любит проводить отпуск. В Катерине постепенно стал просыпаться интерес к попутчику. Тут надо сделать некоторое отступление.
Дело в том, что Катерина была замужем. Замуж она вышла по дурости. Ее избранник был очень красив и он знал себе цену. Многие девицы хотели заполучить его в мужья. Однако вышла замуж за него Катерина. Первый год она была горда собой и счастлива. На второй она заметила, что ее избранник скуп до безобразия и, все еще не забыв холостяцкую жизнь, продолжал волочится за женским полом.
Нельзя было также сбрасывать со счетов его мамочку. Ты была из той породы матерей, которые, родив одного сыночка, отравляют жизнь всем, кто его окружает. Каждые выходные и праздники муж проводил у нее вместе с сыном от предыдущего брака. Места для невестки тамо не было: вселенная крутилась вокруг «святой» троицы. А на третий год их совместного существования она его разлюбила. И сразу почувствовала себя свободной.
Катерина было твердо убеждена в том, что хранить верность надо только любимому человеку, а когда человек, который не сумел сберечь твои чувства, теряют смысл. Катерина в душе уже давно готовилась к новой любви.
Больше всего ее умиляло то, что, когда она потеряла к мужу интерес, тот вдруг стал ее любить заботливо и нежно, но для нее это уже не имело смысла.
Разговор был прерван, вошедшей в купе, девушкой. Есть такое слово «вертлявый». Новая попутчица сразу заполнила собой все пространство. Все у нее было шарнирное, даже очки на маленьком остром носу. Гиды и руководители групп туристических фирм - это особая категория женщин. Они все умны и очень проницательны. Эта же считала себя красавицей. Повертев глазами, и выдав за пять минут важную информацию, она кокетливо улыбнувшись в сторону Павла и выбежала из купе.
Общих тем у попутчиков оказалось мало, поэтому вскоре все дружно улеглись спать.
В те годы Катерина любила путешествовать. Если проходил месяц и она сидела дома, у нее начинался внутренний зуд нетерпеливости
Львов ей понравился, хотя она не любила старые города. Казалось, что дома в этих городах впитывают в себя души тех, кто жил за толстыми стенами.
Город светился от снега, но ощущение чего-то гнетущего не проходило.
Наконец все загрузились в автобус, который начал петлять по горной дороге, ведущей к их турбазе.
Осмотрев находящихся в салоне людей, Катерина дала каждому оценку, и впоследствии была горда собой: переоценкой заниматься не пришлось. Она в то время почитывала популярную литературу по психологии и считала себя «знатоком человеческих душ».
Три-четыре девицы - в возрасте от 18 до 19 лет - в каждом молодом человеке видели потенциального жениха. Молодая пара, увлеченная друг другом до такой степени, что сразу не определишь: то ли они любовники, то ли молодожены, но оказались любовниками.
Яркий белокурый красавец с задатками альфонса, посматривал с интересом на юных девушек. В течение двух недель, он позволял им ухаживать за собой : кормить, поить, не тратя самому ни копейки, и каждая из них думала, что именно она избранница его большего сердца.
Был еще один интеллектуал и красавец- амбал, но остальные вошли общей массой в новый «коллектив».
Гостиница, привлекательная снаружи, внутри оказалась заполненной развалившееся мебелью, в неухоженных номерах, а отсутствие горячей воды должно было компенсироваться видом из окна на мрачный лес и горы, покрытие снегом.
Катерина не любила природу. Летом ее раздражала вся эта жужжащая, летающая, кусачая насекомая братия. Зима - скрытой опасностью скользких улиц: и осенний дождь, изображающий из себя мокрый снег, делающий из прохожих мокрую курицу.
Утром к гостинице подъехал автобус. Из него вылез щупленький инструктор, весь какой-то неказистый и ужасно неопрятный.
- Цивилизацией здесь и не пахнет, - прошептала Галка на ухо Кате. – Ты, вообще-то, обратила внимание, что, пока мы ехали, ни в одном дворе не было пикантного домика?- Бань я тоже не видела.
-Так, я вижу: многим придется брать лыжи напрокат, - неожиданно для своей конституции басисто протянул инструктор, прервав разговор подружек.
Надо отметить, что половина группы была полностью экипирована в красочные костюмчики и вооружена фирменными лыжами, вторая половина группы, состояла из новичков.
Народ стал рассаживаться по местам в автобусе. Катя заметила Пашу.
- Садись с нами.
Он обрадованно кивнул головой.
Пока автобус, повизгивая тормозами, поднимался в гору, инструктор что-то мямлил себе под нос. Наконец - первая остановка. Голос инструктора опять неожиданно обрел силу.
- Эта гора для тех, кто не умеет кататься, и здесь же находится пункт проката. Остальные едут дальше, - произнес он членораздельно.
- Девчонки, я дальше, - Павел изобразил на лице улыбку.
- Естественно, кто же в этом сомневался бы, - кивнула головой Галка.
-Он что, тебе не нравится? - спросила Катя, как только автобус отъехал.
- Это он тебе может только понравиться. Ты же любишь экспериментировать,- ответила.
Катя промолчала. Подруга была явно не в духе.
В пункте проката, надрываясь на тяжелой и ответственной работе, находился местный здоровяк с усами и с жадными глазами до прелестей туристок.
Лыжи предлагались старые, добитые и ужасно дорогие. Посовещавшись, подруги решили оплатить одну пару, благо, размер обуви был одинаков. Взяв по одной лыже в руки, Галка с Катей решительно направились в сторону подъемника.
К ним бодро подскочили два инструктора.
- Ну что, девчата, бум учиться?
- Бум, – в тон ответила Катерина.
Однако, когда она понаблюдала за лихими пируэтами спускающихся лыжников, ей стало тоскливо и захотелось вернуться в номер, просто лечь на кровать и спокойно созерцать эти крутые спуски из окна.
- Ну, кто первый?
- Я,- вдруг неожиданно вызвалась Галка.
- Ваша первая задача - уметь ухватиться вот за этот крючок под названием «бюгель», - жизнерадостно продолжил один из инструкторов. - Ясно?
- Ясно.
- Показываю.
Галка упорно пыталась зацепиться за тяжеловесный крючок, но тот упорно уплывал у нее прямо перед носом. Не выдержав ее манипуляций, инструктор встал с нею рядом. В этот момент девушка поскользнулась, а инструктор, желая ей помочь, наклонился к ней и в ту же минуту получил бюгелем по шее. От боли он весь скорчился и утратил жизнерадостность.
- Сашко, теперь ты займись этими специалистками, а то они меня инвалидом сделают.
Потратив несколько часов на подъемы и спуски, которые через раз завершались столкновением с забором, за которыми паслись овцы - подруги выдохлись
- Поехали, больше не могу! - взмолилась Галка.
Новоявленные лыжницы стояли все в снегу. Глаза устали щуриться от яркого снега. Уходя, Катя панибратски поинтересовалась у инструктора:
- Сашко, а забор для чего, чтобы овец не травмировали?
- Во-во, не только для этого, а чтобы вот такие лихие спортсменки еще и ближайший лес по щепкам не разнесли.
Приблизительно так проходила первая половина каждого дня их отпуска в горах. Ну, а о вечере - разговор особый...
Впервые в жизни она отдыхала зимой на горнолыжном курорте, и больше всего ее поразил контраст между отдыхающими на море и теми, кто был одержим горами.
Ее поражала широта интересов отдыхающих. Катя никогда раньше не чувствовала себя так свободно в чужом обществе. И ей, любительнице поболтать, было интересно проводить время в интеллектуальных беседах.
Никогда - после этого отдыха, она не чувствовала столько к себе неприкрытого мужского внимания. Все мужчины были готовы ей услужить, все, кроме Павла. Он был приветлив, доброжелателен, но держался как бы отстраненно ото всех.
- Да он вообще какой-то странный,- при попытке разузнать о привычках Павла, сказал его сосед Виталик.
- По-моему, он верующий. Шепчет что-то по утрам и вечерам, мяса не ест, говорит, что пост.
- Да, скоро Пасха, - задумчиво протянула Катерина.- Но он еще слишком молод для такой сильной веры.
- Какое там! - фыркнул Виталий.- Ему около тридцати. Хорошо сохранился, видно, из-за постов. Не ест, не пьет, на женщин не смотрит.
- Ну, не надо,- возразила Катя. - Шампанское он пьет. Сама видела.
- Так это его единственная божественная слабость,- заключил Виталий.
Ночью, лежа в постели, Катя твердо решила:
- Все, будем соблазнять Пашеньку.
- А на фига?- сонно протянула Галка. - Он же ни на кого не смотрит.
- Вот потому что не смотрит, поэтому и будем. Кто может устоять перед нашей несравненной красотой?
- И молодостью, – подхватила Галка. Немного помолчав, она продолжила: - - Вообще-то в нем что-то есть, но он же такой страшненький! Ужас просто! Лучше займись Виталиком или этим амбалом - Юркой.
- Нет, там все просто и банально.
- Правильно, а мы выберем, где страшно и ужасно,- закончила прения Галка и, повернувшись на бок, сладко зевнула.
Катерине не спалось. Она просчитывала в голове тактику своего поведения. Любит Бога - будем говорить о возвышенном. Так как не существует в природе мужчины, который не любит слушать и говорить исключительно о себе.
И подруги начали действовать заодно. На тот период они в самом деле оказались очень близки. Катерина же внутренне чувствовала себя очень одиноким человеком. Несложившиеся отношения с мужем, холодная отчужденность с матерью и собственное высокомерие благоприятствовали такому состоянию.
Кто ее любил, так это бабуля. Бабулечка, которая откладывала копейки с мизерной пенсии, млела от счастья, покупая внучке обнову. Бабулечка знала, что ее Катя - самая-самая лучшая на свете, а этот скупердяй- муж, да и все остальные, недостойны ее королевы. И из всех подруг внучки она выделяла Галку, потому что та думала точно так же, как и она о муже Катерины.
Первые пару вечеров они приглашали Павла в гости для того, чтобы тот, как опытный горнолыжник, поделился опытом с новичками.
Ему, видно, было скучновато, и он охотно откликался на их предложения. А чтобы затянуть его посещение, у гостеприимных хозяек всегда, случайно, находилась бутылка шампанского. Слова Виталика о слабости Павла к этому напитку была взята на заметку.
Катя умела слушать, а рассказчик Павел оказался неисчерпаемым. По профессии он был архитектором, и, по видимому талантливым, так как его часто премировали поездками за рубеж на всякие конкурсы. О каждой стране, где он побывал, Павел рассказывал ярко, в нем чувствовался вкус и интерес к жизни.
Как-то в один из вечеров зашел разговор и о вере.
- Вы не думайте, что я родился уже с верой в душе. Было время, я вел такой образ жизни, что вспомнить стыдно. Масса друзей, женщин. Сколько было всего выпито! И вдруг в один момент все рухнуло.
- Как это рухнуло? - удивилась Катя. - Веселье либо есть, либо - его нет.
- Ну, вот так получилось, - смешался Павел.
- Продолжай, - ласково подбодрила Катя.
У Галки лицо стало настороженным.
- Поздно уже, - сказал Павел, засобирался и весь как-то потух.
При чем здесь вера? Но дискутировать, на ночь глядя, на эту тему Кате не хотелось.
Утром, когда собирались ехать кататься, Катерина спросила подругу:
- Ну что, дорогая, пора делать ход конем?
- Как это?- не поняла та.
- Мы не поедем сегодня кататься, а останемся здесь. И если нами заинтересовались, то наше отсутствие в автобусе должно тех граждан, озадачить и встревожить.
- Гениально!- воскликнула Галка. - И, честно говоря, лыжи мне твои осточертели.
- Правильно, - рассмеялась Катя.- Мы устроим банно- постирочный день.
Горячая вода отсутствовала в номерах, видно, со дня строительства гостиницы. Полдня ушло, чтобы нагреть воду кипятильниками, кое-как помыться, постираться и еще пару часов, чтобы поболтать с официантом Колей, который уговаривал их есть сбитые сливки порцию за порцией. Наступил час возвращения автобуса. Результат превзошел все ожидания.
Первый появился Виталик, озабоченный состоянием здоровья Катерины. За ним последовал Юрка, потом прискакала руководитель группы. В общем, в их комнате побывала почти вся мужская часть их горнолыжного коллектива. Павел не появился.
- Да…. - начала было Галка, но тут раздался стук в дверь.
Это пришел Павел. Катя еле сдержалась, чтобы не посмотреть в сторону подруги победоносным взглядом.
- Девчата, с вами все в порядке? - но смотрел он только на Катерину.
- Естественно, Пашенька, - заворковала Галка.- Мы просто решили немножко отдохнуть от суеты и мирских забот.
Она томно вздохнула. Павел улыбнулся
- Это тоже надо иногда делать.
Он повернулся к Катерине.
- Катя, мы тут договорились в котельной, чтобы нам разрешили помыться.
- А я что, немытая должна ходить? - прохныкала Галка.
- Ну что ты, Галочка, я, естественно, и тебя имел в виду. Так что через десять минут я захожу.
- Мы идем? - голос у Галки посерьезнел.
- Естественно, - отозвалась Катя. – Любовь, чистая вдвойне - это что-то значит.
Котельная оказалась на редкость грязной и с одной единственной тусклой лампочкой. В углу что-то сидело в тулупе и заячьей шапке, и к тому же смертельно пьяное.
- Ну вот, мойтесь, а я подожду вас в баре, - предложил Павел.
-Ты что, уйдешь и оставишь нас наедине с этим чудовищем?! - в один голос завопили любительницы гигиены.
- Это не чудовище. Это Богдан.
- Да … - промычало в углу. - Это твои девки?
- Мои, мои, - успокоил его Павел.
- Тогда пусть моются.
- Паша,- Катерина смотрела на него с укором, - мы что, при нем будем раздеваться?
- Он же ничего не соображает.
- Нет уж, встань к нам спиной и закрой нас от него.
- Хорошо.
- Это твои девки? - опять зашевелился Богдан в углу. - Правильно, пусть моются. Девки должны быть чистые.
- Не стесняйся,- зашептала Кате подруге. - Встань передо мной, и Богдан ничего не увидит, а Пашенька, если что и заметит, так это ему только на пользу пойдет.
Лихорадочное мытье сопровождалось бормотанием пьяного Богдана, который все пытался выяснить: «чьи же это все-таки девки?» Катя просто кожей чувствовала, что Павел, все-таки не удержавшись, украдкой подсматривает за нею.
- В бар иди одна, - бросила Галка, блаженно растянувшись на кровати.
- А ты будешь скучать?
- Нет, я буду читать.
Павел не удивился, увидев Катерину одну. Она поразилась его настроению, он весь сиял, то ли от чистоты, то ли еще от чего-то. Они пили шампанское, мило ворковали, а потом целовались в застекленном холле. И в разгар поцелуев Павел счастливо выдохнул: «Тамара».
Катерина еле сдержалась, чтобы не отпрянуть от него.
-Что значит «Тамара»?- вкрадчиво спросила она, хотя в душе готова была убить.
- Господи, прости, - на нем не было лица.
- Нет уж, говори, - ласково теребя ему волосы, протянула Катя.
- Помнишь, я тебе рассказывал о своей жизни?
- Помню.
- И вот я встретил девушку. Она молода, ей всего двадцать лет, я полюбил ее, - он замолчал.
- Ну, продолжай. Ее зовут Тамара?
- Да, и я понял, что недостоин ее.
- Но твоя жизнь, которую ты считаешь порочной, была давно, и притом до нее?
-Ты права, но та жизнь была такая грязная, что я даже не могу дотронуться до нее. Не хочу пачкать.
«Ее он пачкать не может, а меня - пожалуйста», - со все нарастающей злостью, подумала Катя.
- У нее была сестра. Год назад она умерла, оставив двойняшек. И Тамара решила выйти замуж за вдовца, чтобы помочь воспитывать детей, а этот старый козел, конечно, не стал возражать.
- А почему вам не пожениться и не помогать воспитывать детей?
«Вот уж ситуация, глупее не придумаешь, - подумала Екатерина.- Должна давать советы насчет другой женщины мужчине, которого только что рассматривала в качестве потенциального любовника».
- Ты не понимаешь. Я недостоин ее!
- Да, не понимаю. Объясни!
- Вот уже пять лет, после того как со мной это случилось, я обратился к вере.
- А что с тобой случилось?
- Это случилось после моей загульной жизни. Я стал заниматься очищением не только души. Я соблюдаю все посты, каждый раз при этом уезжаю в Крым, вместе с парой знакомых живу в пещерах на берегу моря, наедине с природой. Читаю духовные книги. Я даже лыжами стал заниматься, чтобы укрепить дух. Мне страшно, а я все равно выбираю спуск покруче.
- Ну, я думаю, ты теперь отчистился до состояния младенческой души, - иронично заметила Катя.
- Да нет. Все не так просто, не так просто...
Павел как-то весь сжался и замолчал.
- Хорошо, - Катя встала. - Поговорим об этом завтра. Спокойной ночи!
Павел не ответил. Он как будто не слышал ее.
«Все не так просто, - ворочаясь с боку на бок, думала Катя. - Хотела легкий флирт без проблем, а получилась глобальная катастрофа без флирта».
Утром Катерина ничего не стала рассказывать подруге.
В последние дни перед отъездом программа отдыха не менялась. До вечера катались на лыжах, вечером - бар, потом - поцелуи. Павел не делал никаких попыток затянуть Катю в постель. То, что она ему нравилась, не было никаких сомнений. Он не отходил от нее ни на шаг, был предупредителен и просто светился изнутри. Однако временами Катерина ловила на себе взгляд Павла, в котором сквозила такая тоска, что у нее прямо обрывалось все внутри.
Как следствие увлечения шампанским закончились деньги. И после резкого разговора с мужем, до получения денежного перевода, все расходы на себя взял Павел. Ему доставляло удовольствие баловать Катю, а заодно и Галку чем-нибудь вкусным и делать маленькие подарочки.
Наступил день отъезда. Катя, увлеченная странным романом, дала адрес и Виталику. Уж больно нежно тот просил ее об этом маленьком одолжении! Адрес она дала материнский, хотя знала, что та при случае не преминет попрекнуть ее этим.
Как женщина, бывавшая не один раз замужем, она была строга в вопросах морали.
Всю дорогу в поезде Павел лежал на верхней полке и молчал. Попрощавшись на перроне с группой, в том числе и с Галкой, Катя повернулась к Павлу.
- Ты проводишь меня?
- Да. Нам в одну сторону.
По странному стечению обстоятельств они жили в одном районе, на расстоянии одной трамвайной остановки.
- Лучше было остаться в горах, - с болью в голосе произнес Павел.
Катя внимательно посмотрела на него. Он стоял весь какой-то сгорбленный, с серым лицом.
- Мне выходить, - она обняла его и легонько поцеловала. - Ты мне звони.
Павел кивнул головой.
Бабулечка была в восторге. Ее Катерина была с ней. Такая красивая, с таким прелестным загаром на лице в разгар зимы!
Пичкая внучку фирменными плюшками, бабулечка жаждала услышать впечатления об отпуске. Катя же чувствовала в себе какое-то опустошение, как будто из нее вытянули все жилы.
- Бабулечка, все потом, потом. Не обижайся, родная!
- А своему альфонсику (так бабулечка называла Катиного мужа), небось, все расскажешь?
Катя усмехнулась. Вот ему-то, тем более, знать ничего не следовало.
Шли дни, приближался мужской праздник 8 Марта. То, что он мужской, наша страна доказывала годами. Мужчины пили и с чувством и достоинством выполненного долга за прекрасных дам. А дамам возразить на то, что они не прекрасны, не приходило в голову. Павел не звонил. Катерина же была самолюбива до безобразия, когда дело доходило до телефонных звонков. Пусть мир рушится, звонить первой она никогда не могла, по ее разумению, в этом присуствовал оттенок навязывания.
- Катенька, тебя,- позвала бабулечка.- Приятный мужской голос, - в ее глазах светилось любопытство.
Это был Павел.
У Кати выработалось несколько правил поведения с поклонниками. Одно из них гласило: никогда не упрекать и не спрашивать о долгом молчании, предоставляя другой стороне чувствовать вину перед таким чутким созданием, как Катерина. Павел начал говорить о большой занятости на работе.
- Я очень рада тебя слышать, - прервала она его.
На другом конце провода спало напряжение.
- Ты завтра не занята в семь?
- Конечно, нет,- радостно ответила она.
И не тратя больше времени на болтовню, они договорились о встрече.
Днем муж с виноватым видом преподнес ей букет из трех гвоздик, которые она терпеть не могла, а он, зная об этом, покупал их, исходя из экономии семейного бюджета, поинтересовался:
- Ты не будешь обижаться….
Не дав ему договорить, Катя весело чмокнула его в щеку.
- Ну, конечно, нет, милый! Мать - это святое.
Он встревоженно посмотрел на нее.
- В самом деле?
- Иди и не переживай.
Выпроводив наконец мужа, Катя стала собираться. Бабулечка ходила за ней по пятам, стараясь быть чем-нибудь полезной. Ее переполняла гордость. Это же надо, некоторые никак замуж не могут выйти, а ее золотце - просто нарасхват.
Павел ждал ее с роскошным букетом роз. Приятный контраст с чахлыми гвоздиками!
Они сидели в ресторане. И Павел, держа ее за руку, все говорил и говорил, как он скучал без нее. Молодые люди смеялись, вспоминая и Богдана, и ребят из группы, и остальные курьезные случаи. У Катерины стало легко на душе. Она добилась его внимания, а что будет дальше, ее не интересовало.
Дома бабулечка протянула телеграмму.
- Мать принесла,- заговорщицки проговорила она.
Телеграмма была от Виталика. Тот в самых нежных выражениях поздравлял ее с праздником и обещал скоро объявиться в их доблестном городе.
Этот день обещался запомниться, как день сюрпризов. Вернувшись от мамочки, муж заявил, что отныне все праздники и выходные он будет проводить с любимой женой.
«Неужели розы на него произвели такое впечатление?» - подумала Катерина, хотя о их происхождении тот даже не спросил.
Теперь Катя по вечерам вела бесконечные телефонные разговоры с Павлом, благо, муж всегда поздно приходил с работы.
- А что дальше? - как-то поинтересовалось у нее Галка.
- А что дальше? - недоуменно переспросила ее Катерина.
- Ты что, нашла себе телефонного друга? Вы не встречались больше?
- А зачем? Мне интересен процесс флирта, а не глубокие чувства.
Я же добилась своего.
- Не знаю, чего ты добилась, но, по моему разумению, если мужчине нравится женщина, он хочет от нее чего-то другого, а не телефонных разговоров по душам.
- Может, он считает, что не достоин меня? - предположила Катерина.
-Удивительно получается, - фыркнула Галка. - Потрепаться он достоин и тебя, и Тамарочки. А как дальше - он не достоин никого.
Катерина задумалась. В словах подруги чувствовалась доля истины. Припомнились его разговоры о самоочищении, о голодании в пещерах и о том, как раньше он любил женщин. А в самом деле, что же дальше? И она решила действовать.
Момент был выбран. Муж уехал на два дня в командировку, а сплавить бабулечку на вечер к подруге под предлогом, что потом она ей все расскажет, не составляло труда.
Павел словно что-то почувствовал, так как не сразу принял приглашение. Катерина могла уговорить любого. Недаром с самого детства она была запойной читательницей, поэтому словарный запас у нее имелся обширный.
Завершив обряд с шампанским, Павел засобирался домой. И тогда Катерина решила идти ва-банк.
-Ты уходишь? Ты не останешься? Ведь я же люблю тебя.
Он молчал.
- Что происходит? - в ее голосе зазвучала нота недоумения.
- Я не могу.
Шагнув к ней, Павел сильно прижал ее к себе.
- Прости. Я вообще больше ничего не могу.
Он резко отстранился и вышел. Заработал лифт.
Катерина осталась стоять в коридоре... Глупее положения у нее еще не было, но неожиданно, она почувствовала, что навязчивая идея по соблазнению Павла улетучилась вместе со звуком закрывшейся двери.
Прошло несколько дней, и телефонные разговоры с Павлом возобновились.
Увы, Катя чувствовала, что ее интерес к Павлу, вызванный его непонятностью и горным ландшафтом, пошел на убыль. Ведь существование Павла было рассчитано исключительно на нескучное время препровождения на отдыхе.
Потом произошла встреча с Виталиком. Эта была дань вежливости со стороны Катерины. Чем больше проходило времени после возращения, тем меньше интересовали те люди, которые окружали ее на отдыхе.
У Виталика все женщины делились на парикмахерш и на остальных. Катерина даже не пыталась узнать, отчего сложился такой классификатор. Девушка встретилась с ним из любопытства. Просто она вспомнила, что тот жил в одном номере с Павлом, и может, он сможет объяснить его поведение.
- Паша? - Виталик удивился. - Мы вообще там все гадали, чем это убожество могло тебя заинтересовать?
Виталий, видимо, не отличался добротой.
- Ну, насчет убожества это ты хватил, - передернуло Катю.
- Да, ты права, как человек он довольно интересный. Единственный его недостаток, да и то только перед прекрасными женщинами, это то, что он импотент.
Катя ожидала услышать все что угодно, но не это.
- Да, да. Он же тебе рассказывал, наверное, сколько он девчонок перепортил? Извини за грубость.
Катя пожала плечами.
- А потом раз - и все. Ему тогда лет двадцать пять было. И он решил, что это ему наказание за грехи. Отсюда все его заумные штучки о воссоединении с природой и иступленная вера в надежде, что, может, Бог его простит. Так что, моя дорогая, не с тем ты связалась, - рассмеявшись и довольный тем, что развенчал образ Павла, закончил тираду Виталик.
Больше Катя не встречалась ни с Виталиком, ни с кем-либо еще из их группы, кто мог ей что-нибудь сказать о Павле.
Разговоры же с самим Павлом постепенно сошли на нет.
Теперь, в минуты бесед, она чувствовала раздражение.
Может, замечательному Павлу требовались помощь, чтобы обрести веру в себя, или бескорыстная любовь?
Катерина же играла в чувства и желания. Ей никто не был нужен, и жертвовать собой она не собиралась ни для кого и ни для чего.
Правда, с годами, вспоминая эту историю, Катерина испытывала чувство неловкости, но, поразмыслив немного, списывала все на нечуткость молодости. Да ведь в конечном счете, она не сделала Павлу ничего плохого.
В горы она больше не ездила, а с мужем все же развелась.