Мы сыграли свадьбу в августе 2021 года и вскоре начали планировать ребёнка. Я работаю учителем в школе и хореографом в танцевальной студии, поэтому мы рассчитывали время так, чтобы я могла отработать до мая, продержаться в июне, родить в июле и частично выйти на работу уже в сентябре.
Я стала внимательнее следить за питанием: исключила вечерний бокал вина и другие не самые полезные привычки. В конце октября мы начали активно пытаться зачать. Я так хотела малыша, что после каждой близости бежала в аптеку за тестом, хотя понимала, что результат не может появиться сразу. И вот в начале ноября, собираясь утром на работу, я сделала очередной тест — и проявилась вторая полоска. Муж ещё не понял, что происходит, да и я решила перепроверить позже. Через два дня я пошла в платную клинику, где меня поздравили — беременность подтвердилась. Затем я отправилась в женскую консультацию, где царила совсем иная атмосфера: никаких поздравлений, все нервные и занятые. Я сделала УЗИ, сдала анализы и встала на учёт.
Вся беременность протекала прекрасно: не было ни токсикоза, ни плохих анализов. Я не придерживалась строгих диет: пила газировку (без неё не могла), ела жареное мясо, приправы, уксус, чипсы, сладости — всё это оставалось в моём рационе. Работала я до восьмого месяца, уже без танцев. Весь июнь каждый день ездила за рулём, за покупками для малышки, гуляла, несмотря на духоту.
На 34-й неделе на приёме в ЖК сделали КТГ, и я заметила, что сердцебиение ребёнка несколько раз падало со 150 до 96. Врач предложила перестраховаться и вызвала скорую. Я чувствовала себя хорошо, но начала паниковать. Муж был на важном совещании и не брал трубку, документов для больницы при себе не было. В итоге в пятницу вечером меня отвезли в 70-й роддом. Осмотрели, сделали КТГ и сказали: «Будем ложиться!» Я расплакалась — мы с малышкой были в порядке, просто нагулялись в жару. К счастью, всё обошлось: мы пролежали до вторника, ждали анализы, делали КТГ без каких-либо медикаментов. Мы выспались, отдохнули, и нас отпустили. С того момента я решила быть осторожнее и меньше ездить.
На 36-й неделе врач в ЖК сказала, что головка ребёнка опустилась низко, а по УЗИ вес малышки опережает срок на неделю. «Жди через неделю-две», — сказала она. С 15 июля мы жили в ожидании. Все вокруг твердили, что живот опустился и, раз я всю беременность была активна, рожу вот-вот. ПДР стоял на 27 июля. С одной стороны, мы с мужем уже ждали не дождались, я уставала, начались отёки, но очень хотелось, чтобы по гороскопу малышка была Львом, поэтому надеялись, что она родится до августа.
Настало 27 июля, а ничего не происходило. В ЖК сказали, что шейка не готова, хотя уже 40-я неделя. Давали направление в роддом. Я сначала хотела подождать, попросила направление с открытой датой. Мечтала, как у многих: начались бы схватки дома, разбудила бы мужа, сказала, что мы рожаем, и поехали бы счастливые в роддом. Но я начала переживать: вдруг воды зелёные, или малышка запуталась в пуповине? В итоге мы поехали в роддом. Направление было в 8-й, но я не хотела туда — после 70-го он стал почти родным, да и отзывы о 8-м были не очень. Решила сделать УЗИ, посмотреть ситуацию и, если всё хорошо, вернуться домой.
В приёмном отделении настаивали: плод крупный, отёки, срок большой — надо ложиться. Хотя с ребёнком всё было в порядке. Обстановка была недружелюбной, но я старалась не обращать внимания и сохранять позитивный настрой. Перед осмотром меня попросили сходить в туалет, а через 15 минут дали банку для мочи и велели пить воду у кулера. Потом выдали бритву и сказали побриться в тесном туалете, хотя я была в платье и не планировала сразу рожать.
После всех процедур меня оформили и положили в патологию беременных (это было 28 июля). Лежала там несколько дней, делали капельницы от отёков. Почти каждый день меня осматривали, но шейка всё не была готовой, открытия не было. Я уже просила простимулировать.
Приближался день икс. Вечером 2 августа мне поставили катетер для размягчения (пробка отошла почти за неделю до этого). В 20:00 начались хорошие схватки. Я обрадовалась: думала, что рожаю. Позвонила мужу и маме, сказала: «Ура, начинается!» Врачи посоветовали немного полежать — катетер должен был выпасть, что означало бы открытие матки. Я легла — и всё затихло.
Утром меня повели на осмотр. Врач сама вытащила катетер, сказала, что стало лучше, но недостаточно: открытие всего на два пальца. Сказали, что надо рожать. Сделали клизму и отправили в родовое отделение.
В 10 утра 3 августа прокололи пузырь. До 13:30 схватки были терпимыми, а потом я готова была лезть на стену. Ещё посоветовали распустить волосы — якобы так рожу быстрее. Волосы лезли в лицо, было жарко и больно.
В 14:00 осмотр показал раскрытие всего 2–3 см. Процесс шёл медленно. Меня оставили, я сходила с ума от боли, в голове крутилась обида на всех мужчин, которые через это не проходят.
Около 18:00 пришёл анестезиолог делать эпидуральную анестезию. Мы с ним хорошо пообщались, пока он готовился и ставил укол. Я проспала с анестезией около двух часов и ничего не чувствовала. Боль ушла, и я уже забыла, как мучилась.
Но анестезия стала отходить. По идее, после неё я должна была начать рожать, но нет. При осмотре открытие было всего 4–5 см, что за такое время — мало. Мне поставили капельницу с препаратом, я уже плохо соображала, добавляли анестезию, чтобы я не сходила с ума.
Около 22:00 врач снова посмотрела: открытие 5–6 см. Очень медленно. Она сказала, что, видимо, придётся делать кесарево.
Осмотры сопровождались такими комментариями, что в обычном состоянии я бы развернулась и ушла или ответила. Компетентность врачей была под вопросом. Но сил не было, я уже думала лишь о том, чтобы всё поскорее закончилось, и была готова на кесарево, лишь бы не чувствовать боль.
В итоге в капельницу добавили что-то ещё, и дело сдвинулось. Часа в 23:00 открытие было уже 8–9 см. Я обрадовалась, что рожу до полуночи. Меня стали уговаривать рожать самой, говорить, что всё хорошо. Я собралась с мыслями, понимая, что осталось немного.
Около полуночи снова осмотрели: полное открытие, но шейка не сглажена. В капельницу добавили но-шпу для размягчения. Анестезия почти отошла, я снова билась от боли. Добавили немного анестетика. Сказали, что ребёнок опускается, всё хорошо, но потуг не было.
Меня посадили на специальный стул с дыркой, чтобы стимулировать опускание. От эпидуралки я не чувствовала правую ногу, с трудом села. Волосы лезли в лицо, было больно, в боксе казалось, что температура под 40. Врачи ходили по коридору, возмущались, что я всё не рожу, хотели отдохнуть, обзывались.
Стул не помог. Меня положили обратно на кровать, велели тужиться. Дали в руки ноги, но я не могла их держать. В общем, потужились-потужились, и ребёнок вышел в родовые пути. Меня пересадили на кресло, и там началось. Тужилась из последних сил, перед глазами всё плыло. Врачи даже тормозили меня, говоря, чтобы не спешила.
И вот в 00:55 4 августа, слава Богу, родилась наша малышка: 3960 г, 54 см. Врачи подняли её и спросили: «Кто там?» Я дрожащим голосом, со слезами на глазах, ответила: «Александра». Весь персонал, пока обтирал, измерял и взвешивал, пел песню из фильма «Москва слезам не верит» про Александру. Обстановка стала тёплой, все подобрели.
С 10 утра до моих родов сменилось три бригады, и роды принимали уже нормальные врачи. Не без грубостей, но лучше предыдущих. У меня на глазах полопались сосуды, у малышки на глазках тоже — мы долго были без вод, и она очень старалась появиться. Но это мелочи. Дочка здоровенькая, а я была как в тумане.
Мужу позвонила минут через 40, когда меня уже обработали и укрыли одеялом. В 3 часа ночи нас перевели в палату, мы лежали одни. К вечеру 4 августа я более-менее пришла в себя, нога отошла, голова прояснилась.
В итоге мы ждали нашу малышку с 15 июля, а родилась она только 4 августа. Но несмотря на все трудности в родах, мы планируем как минимум ещё одного ребёнка. Но уже в другом роддоме.
