Миф о массовом насилии советских солдат над немками, часто приписываемый "либералам" или "западной прессе", получил неожиданное подкрепление из дневника советского офицера-сталиниста. Далеко не все знают, что одним из источников, способствовавших распространению этих утверждений, стали записи ветерана Великой Отечественной войны Владимира Натановича Гельфанда.
Его фронтовой дневник, изданный на русском, немецком и шведском языках, содержит откровенные и лишенные цензуры подробности быта и боевой жизни солдат. Именно на эти записи ссылаются некоторые западные СМИ, когда затрагивают тему насилия в Германии в конце войны.
Сам Гельфанд был боевым офицером, начавшим свой путь на фронте в 1942 году в звании сержанта и командира минометного отделения. Он воевал на южном фланге "Харьковского фронта", где его часть была окружена и разбита. Гельфанду с несколькими бойцами удалось вырваться из окружения и соединиться с 62-й армией.
Гельфанд воевал под Сталинградом в качестве командира минометного отделения, вступил в партию, был назначен заместителем командира взвода по политической работе. О том, что он был ярым сталинистом свидетельствует его дневник. Вот запись, где Гельфанд, вероятно на эмоциях, выражает огромную любовь к вождю:
Все награждают его такими горячими аплодисментами и любовью, что просто трогательно становится со стороны. Да, он заслужил их, мой Сталин, бессмертный и простой, скромный и великий, мой вождь, мой учитель, моя слава, гений, солнце мое большое (Источник: Владимир Гельфанд. Дневник 1941-1946)
И таких записей в дневнике довольно много. Но перейдем непосредственно к части, которая говорит о насилии над немецкими женщинами. Гельфанд пишет во многом без сожаления. И это обусловлено, скорее всего тем, что сами немцы уничтожили практически всю его семью на оккупированной территории.
Первый раз Гельфанд упоминает немецкий женский батальон:
Позавчера на левом фланге действовал женский батальон. Их разбили наголову, а пленные кошки-немки объявили себя мстительницами за погибших на фронте мужей. (Источник: Владимир Гельфанд. Дневник 1941-1946)
Без сожаления он пишет, что:
Не знаю, что с ними сделали, но надо было бы казнить негодяек безжалостно. Солдаты наши предлагают, например, (описание изощренной казни в мемуарах Владимира Натановича) и другое, но я просто бы их уничтожил.
Тут нужно отметить, что "женские батальоны" действительно существовали в конце войны в качестве вспомогательных подразделений и назывались "помощницы вермахта". Такие "батальоны" не участвовали в боевых действиях за исключением частей ПВО. Там они были вооружены пистолетами для самообороны. В общем первая история про "мстительниц за погибших мужей" кажется немного сомнительной.
Но смотрим дальше, второй случай тоже касается женского батальона. Этот бой, якобы, произошел уже в марте 1945 года у города Бернлихет. Советские десантники хорошо окопались и решили подпустить неприятеля поближе. Их крайне удивило, что перед ними появились "солдатки". Интересно, что немецкие женщины шли впереди стройными рядами, а позади них шли немецкие мужчины:
Женщины шли стройными цепями: одна, вторая, третья, и стреляли из автоматов. Четвертая и последняя цепи состояли исключительно из мужчин. Наши молчали. (Источник: фронтовой дневник Владимира Натановича Гельфанда).
Приказа стрелять пока не было. И немки шли довольно уверенно. Они ведь никогда еще не участвовали в реальных боях. Возможно, что война казалась им легкой прогулкой. Они начали с близкого расстояния расстреливать нашу пехоту:
Женщины обнаглели, подходя, в упор обстреливали нашу пехоту. Они подступили совсем близко, и, казалось, были у цели. (Там же)
Но тут красноармейцы получили разрешение открыть огонь. И вся бравада и геройство немок сразу улетучились:
Но вдруг пронеслась сзади их пронизывающая волна пуль. Как снопы, атакованные с флангов, падали убитые, и медленно, неуклюже опускались к земле, смешавшиеся ряды «воинов». С флангов не переставали стучать по врагам пулеметы, и женщины, как одержимые, в страхе и панике бросая оружие, кинулись бежать в непростреливаемое место на улице города — в надежные руки: наши солдаты встретили женщин с удовольствием, ненавистью и торжеством. А несчастные «вояки», многим из которых не было и 17 лет, испуганно жались друг к другу и плакали: «Ой, готе, готе, готе» (боже). (Источник: фронтовой дневник Владимира Натановича Гельфанда).
Ну а дальше в дневнике сказано, что немок разбили на три группы. Первая группа из двух человек, самая малочисленная, это русские девушки. Их сразу расстреляли. Вторая группа, это жены немецких офицеров. С ними тоже особо не церемонились. Оставили только третью группу - молодых незамужних девушек, которые стали трофеем для красноармейцев:
Из третьей группы стали растаскивать «трофеи» по домам и по койкам, и там, на протяжении ряда дней, вели над ними непередаваемые на бумаге эксперименты. Немки боялись, не сопротивлялись, и во избежание надругательств более старших по возрасту бойцов, сами упрашивали с собой спать тех, кто помоложе. (Источник: Владимир Гельфанд. Дневник 1941-1946)
Тут стоит сразу отметить, что Гельфанд не видел этого всего воочию. Все это ему рассказал сержант Андреев, который, якобы, во всем этом участвовал. В дневнике так и написано:
Старший сержант Андреев прибыл. Во время марша он отстал, испытал массу приключений, побывал в танковом десанте, но затем оказался в руках контрразведки, которая его немного «повозила» и направила в наш батальон, но в стрелковую роту. Теперь он пришел к нам в гости и я с интересом слушал его рассказ. В боях за город Бернлихет он встретился лицом к лицу с контратаковавшим женским батальоном неприятеля. (Источник: Владимир Гельфанд. Дневник 1941-1946)
Итак, нам достоверно известно, что Гельфанд встретился с сержантом Андреевым, который отстал на марше, был вызван в контрразведку и, после этого, рассказал историю о "женском батальоне", который атаковал наших десантников с оружием в руках.
Но, как уже было сказано выше, не существовало боевых женских батальонов. Были редкие исключения, когда немецкие женщины участвовали в боях. Чтобы не быть голословным, вот цитата:
Однако не только страх быть убитой терзал молодых девушек, но и опасения, что им самим придется кого то убивать. Элизабет Циммерер рассказывает о своих переживаниях: «Это было ужасно. Я помню момент, когда я взяла противника на прицел. Мне оставалось только нажать на спуск. Но я не сделала этого. Я просто не смогла». (Источник: Гвидо Кнопп. "Дети Гитлера")
Если кто-то не верит немецким мемуарам, то в воспоминаниях Нины Ильиничны Ширяевой (Бондарь) - командир танка Т-34, есть момент, где она разговаривала с пленной немецкой девушкой, механиком-водителем немецкой "Пантеры" и "убежденной эсэсовкой".
Так что отдельные случаи использования женщин в боях вполне могли быть. Так же считает автор книги "Женские вспомогательные службы Германии во Второй мировой войне" Гордон Уильямс:
Многим женщинам приходилось нести службу и принимать участие в таких акциях, которые могут быть расценены, как боевые действия.
Так что резюмируя можно сказать, что да, случаи насилия действительно были. Иногда довольно жестокие. Советское командование активно с этим боролось. Виновных наказывали очень сурово, применяя, в том числе, и расстрел. Никаких "двух миллионов" немок, конечно же не было. Скорее всего речь идет о нескольких тысячах, если опираться на данные военных трибуналов.
В тех или иных мемуарах периодически встречаются случаи описывающие подобное насилие. Однако это либо истории рассказанные одним человеком другому без подтверждения, как мы видим в двух случаях про "женский батальон" у Гельфанда. Либо единичные случаи, которые выдают за повсеместные.
На данный момент все "исследования", которые говорят о "миллионах жертв" (а некоторые феминистские организации озвучивают цифры в 15–20 миллионов) не имеют под собой никаких подтверждений. Цифры там взяты с потолка и умножены в несколько раз. А спорить с домыслами и с предположениями существенно сложнее, чем с фактами. Факты можно опровергнуть, зато домыслы и мифы показываю необычайную живучесть.