- Я не буду бесплатно помогать твоей матери с юбилеем, - не хотела я делать ничего для свекрови, которая меня годами оскорбляла

Работать удаленно я начала несколько месяцев назад. Я получила повышение, начальник разрешил мне только один день в неделю бывать в офисе.

Мне понравился такой формат работы, я наслаждалась тишиной и спокойствием. И мужу нравилось, что я дома. Митя много раз говорил мне, что я все теперь легко успею, что у нас всегда свежая и вкусная еда.

Атмосфера в нашей семье накалилась, за месяц до юбилея свекрови. Маргарита Вячеславовна не жила с нами, но умудрилась сделать так, что мы с мужем едва не поругались.

- Мама звонила, - сказал как-то после работы Митя. – У нее скоро юбилей, как ты знаешь, она пригласила на него гостей. Будет 30 человек. Она не рассчитала, поняла, что сама не справится, не потянет все материально и физически. Ты не могла бы помочь ей с подготовкой.

Если бы со свекровью у меня были нормальные отношения, то я бы помогла. Но тут дело обстояло так, что мне лишний раз не хотелось видеть Маргариту Вячеславовну. И муж об этом прекрасно знал.

- Есть специальные организации, которые помогают готовить, накрывать столы. Твоя мама может обратиться туда, заказать банкет. Они все приготовят, привезут, накроют стол у нее дома. - Но на это деньги нужны! А у мамы их нет лишних. Ты можешь ей оплатить все это, если сама не хочешь помогать. - Я не буду бесплатно помогать твоей матери с юбилеем. Ты знаешь, как она ко мне относится. Как после этого можно хотеть что-то делать для нее? Я платить за что-то я не буду тем более.

Митя не сказал ничего. Он ушел в другую комнату и не разговаривал со мной в тот вечер больше. И на следующий день мы не проронили ни единого слова.

С Маргаритой Вячеславовной я не просто так не ладила. У нас не было прямого конфликта, но все же обиды были. Свекровь с первого знакомства была настроена негативно по отношению ко мне. Она дала мне понять, что я - не та девушка, которая нужна ее сыну. Ей не понравилось во мне все: стиль одежды, манера говорить, образование, место работы. А больше всего Маргариту Вячеславовну раздражала моя высокая зарплата. Никак она не могла пережить, что я получаю больше, чем Митя.

- О детях надо думать, - любила говорить свекровь. – А ты строишь карьеру, которая не нужна никому. Какая в ней ценность?

А больше всего свекровь любила при мне говорить кому-то из подруг или родственников, что лучше бы ее сын женился на Тане из соседнего подъезда. Это меня особенно задевало. Я говорила Мите о происходящем, о том, что мне неприятно. Но муж не воспринимал мои слова серьезно. Ему казалось, что я преувеличиваю.

Маргарита Вячеславовна пришла ко мне через несколько дней после того моего разговора с Митей. И в руках у нее был букет цветов. Раньше она ко мне с такими презентами никогда не приходила.

- Я не думала, что ты мои слова и поступки так воспринимаешь, - сказала свекровь, когда мы сели пить чай. – Прости меня. Не понимала я, что говорю.

Мне показалось, что слова свекрови звучали искренне. Но в то же время я не спешила расслабляться. Я ждала просьбы. И она прозвучала.

- Помоги мне с юбилеем, - попросила Маргарита Вячеславовна. – У меня будут гости, мне не хочется упасть лицом в грязь. Обратиться мне больше не к кому. Мои подруги в возрасте, а сестра моя не особо хочет что-то делать. Ей больше нравится пользоваться тем, что другие дают.

Я увидела в свекрови слабую женщину, которая нуждается в помощи. И я согласилась организовать ее праздник. Но свои условия я поставила.

- Вы будете мне помогать с готовкой, а не командовать. Я продукты куплю, которые нужны.

Маргарита Вячеславовна была согласна на все. Она сказала, что будет помогать, не будет лезть с нравоучениями. Мне слабо верилось, что она сдержит свое слово, но она это сделала. А еще свекровь прямо за столом при всех гостях поблагодарила меня за такой чудесный праздник.

С тех пор мы с Маргаритой Вячеславовной нормально общаемся, разговариваем на разные темы. Даже в гости мы можем сходить друг к другу, когда захотим. Митя удивляется, хоть тут странного нет ничего. Его мать признала свои ошибки, извинилась, а я простила ее, потому что понимаю, что оступиться может каждый.