Среди тех, кто наблюдает за современной цивилизацией, мало кто сомневается в том, что мы живём в эпоху, которая сочетает в себе клинические черты патологического нарциссизма и неблагоприятные, клинические проявления пограничного расстройства личности. Эта эпоха глобализированная. Данные утверждения, в равной степени, можно применить к Китаю, России, Соединённым Штатам, Израилю, Турции, Венгрии и Австралии. Будет неправильно говорить о том, что некоторые культуры и общества являются невосприимчивыми к этим воздействиям. Эти воздействия всеобъемлющие и неумолимые. Они пронизывают каждый аспект нашей жизни.
Мы создали такую цивилизацию, которая, одновременно, является как глобальной, так и совершенно патологической. Да и не только патологической, но и патогенной в том смысле, что она способствует рождению и развитию психических заболеваний у людей, которые подвергаются воздействию этой цивилизации. Люди являются составными частями и ингредиентами данной цивилизации. Сегодня мы обсудим нарциссические и пограничные черты нашей современной, постмодернистской цивилизации.
Постмодернизм – это понятие, отражающее структурно сходные явления в мировой общественной жизни и культуре второй половины двадцатого века и начала двадцать первого века. Часто интерпретируется как то, что пришло на смену модернизму.
У меня, на канале, есть более длинные и подробные разоблачения этой же темы в плейлисте под названием «Современная цивилизация». Кроме того, если вы хотите узнать больше о концепции идентичности и её связи с различными аспектами, например, такими как воспоминания, то перейдите в описание под этим видео. В описании есть три ссылки на видео, которые я рекомендую посмотреть, если вас волнуют вопросы идентичности.
Я предполагаю то, что современная, постмодернистская цивилизация, наша эпоха или время, в котором мы живём, построены на трёх элементах: текучесть, непорочность и внеисторичность. Итак, текучесть означает отсутствие постоянства в параметрах, измерениях, аспектах и элементах, характеризующих любую отдельную вещь. Непорочность – это тенденция вести себя таким образом и думать таким образом, как подростки. Поэтому, в психологии существует такое понятие, как ПУЭР АЕТЕРНУС, которое обозначает вечного подростка мужского или женского пола.
И, наконец, внеисторичность означает, что каждый день как новый день. Прошлого нет. Либо оно высмеивается, отвергается, переосмысливается, переписывается или вовсе игнорируется. Это, своего рода, отвращение к прошлому, злокачественная осознанность или, если хотите, погружение в настоящее, исключающее прошлое. Внеисторичность подразумевает то, что мы воссоздаём себя или самовоспроизводимся. Мы не являемся результатом чего-либо или кого-либо, предшествовавшего нам. Мы появляемся целыми и завершёнными. Мы являемся агентами нашего собственного формирования и творения.
Мы являемся нашими собственными богами. Это возвращает нас к Ницше и к эпохе Возрождения. Нет никаких сомнений в том, что текучесть – это ядро, основная черта, ключевая философская конструкция или измерение современной цивилизации. Гендер изменчив. Даже пол, который, как принято считать, биологически предопределён, становится всё больше изменчивым. Мы считаем социальные, сексуальные и поведенческие сценарии абсолютно изменчивыми, и что они не зависят от контекста. В том смысле, что это мы сами всё контролируем, согласовываем своё поведение и каждый раз достигаем консенсуса. Ни общество, ни какая бы то ни была сила извне ничего нам не диктуют.
Роли, включая гендерные, являются изменчивыми. Даже возраст изменчив. 60 лет – это новые 40 и так далее. Эта текучесть, постоянный поток, неопределенность, склонность к переосмыслению посредством контроля за нарративом, переписывание себя в любой момент, постоянная реактивность на изменяющиеся внутренние обстоятельства, а не на внешние, является ключевой чертой нашей цивилизации.
Реактивное состояние – это острые аффективные реакции, шоковые расстройства психики в результате психических травм.
И она сочетается с непорочностью. Непорочность – это такая склонность действовать или думать, как подросток. Непорочность, конечно же, текучая по определению. Подростковый возраст является самым изменчивым периодом в развитии личности человека на протяжении всей его жизни. Мы, люди, больше всего изменчивы в раннем детстве, а затем в подростковом возрасте. Итак, текучесть и непорочность – это две стороны одной медали.
Эти оба явления подразумевают внеисторичность. Если вы являетесь текучим, тогда ваше прошлое не имеет значения, потому что вы можете определить себя или переопределить себя в любой момент. Если вы являетесь подростком, непорочным в своих мыслях, чистым в своём самообладании и поведении, то вы постоянно будете находиться в движении.
Вы исследуете себя, открываете себя в любой момент, и ваши ответы не обязательно должны согласовываться с вашими предыдущими ответами или будущими. Текучесть – это другое название непорочности, а непорочность является одним из аспектов текучести. Оба они подразумевают внеисторичность, а не историю. Патологический нарциссизм является внеисторичным, потому что подразумевает диссоциацию.
Диссоциация – это разделение, при котором тело хранит опыт и действия, отделённые от сознания. Это состояние приводит к нарушению взаимодействия между памятью, идентичностью, восприятием, эмоциями, движением и поведением.
Идентичность – это эпифеномен, возникающий из воспоминаний.
Эпифеномен – это побочное явление, сопутствующее другим явлениям, но не оказывающее на них никакого влияния. Термин, применяемый для истолкования сознания как совершенно пассивного, а потому не играющего никакой существенной роли: «Мир воздействует на нас, и мы только эпифеномен этого воздействия на малую точку».
Без воспоминаний нет идентичности. Вопрос остаётся открытым, возможны ли воспоминания без идентичности, но нет сомнений в том, что не существует идентичности без воспоминаний. Если процесс формирования долговременной памяти нарушен, например, диссоциацией, которая является защитным механизмом, а также нарушен пробелами в памяти и конфабуляциями, которые пытаются их заполнить, то, конечно же, об идентичности не может идти речи.
Конфабуляции – это ложные воспоминания, в которых факты, бывшие в действительности либо видоизменённые, переносятся в иное (часто в ближайшее) время и могут сочетаться с абсолютно вымышленными событиями.
Будет состояние фрагментированной идентичности, когда отсутствует ядро идентичности, отсутствуют организующие и объяснительные, герменевтические принципы.
Герменевтика – это искусство толкования, теория интерпретации и понимания текстов, в том числе текстов классической древности.
Возникает то, что мы называем диффузией идентичности.
Диффузия идентичности – это статус эго-идентичности, при котором молодой человек или девушка могут переживать или не переживать кризис идентичности, связанный с выбором карьеры или идеологических убеждений. Но, тем не менее, он (она) не делает определённого выбора или ещё очень далёк от того, чтобы сделать выбор.
Из-за того, что все нарциссы и все люди с пограничным расстройством личности страдают от диссоциации, и у всех них нарушены память и тест на реальность, такие люди являются внеисторичными. Они просыпаются утром свежими и новыми. Нет ничего общего со вчерашним днём или с прошлым годом. У нарциссов нет чувства личной непрерывности. Они разрозненные. Патологический нарциссизм включает в себя постоянное самосоздание, самовоссоздание, перевоплощение, переосмысление и сопутствующее этому неповиновение: «Я уникальный и особенный. Я могу не только формировать себя, меняя облик, но и являюсь своим собственным творцом. Поэтому, я богоподобный».
Пограничные личности, в этом смысле, очень похожи на нарциссов, но у них отсутствует этот яркий элемент грандиозности. Из-за того, что как у нарциссов, так и у пограничных людей присутствует размытие идентичности, то они постоянно меняются. Так как они не могут определиться с единой, основной идентичностью, которая сохраняется на всю жизнь, даёт чувство преемственности и, следовательно, личную ответственность, подотчётность, способность планировать будущее и помнить прошлое, то это делает их вечными подростками.
И эта непорочность делает их внеисторичными. У них нет истории. Вот почему нарциссы пребывают в шоке, когда их призывают к ответственности за совершённые действия. Последствия проступков им чужды, потому что они не сохраняют чувство преемственности с тем, кем они были год назад. Если бы нарцисс совершил какое-то преступление несколько лет назад, то он был бы возмущён тем, что его наказывают сейчас. Потому что, он уже не тот человек, которым был раньше. Нет общей истории. Есть только огромная диссоциация. Нет никаких воспоминаний, а следовательно, нет никакой идентичности, которая могла бы связать воедино всё его прошлое, настоящее и будущее.
Нарциссизм и пограничное расстройство личности – это внеисторичность, текучесть и непорочность. Основные черты и структурные элементы современной цивилизации – это ключевые клинические аспекты как патологического нарциссизма, так и пограничного расстройства личности. Я постоянно упоминаю понятие «диффузия идентичности». Диффузия идентичности – это отсутствие стабильности или фокусировки на том, как человек видит себя в рамках того, что мы называем самовосприятием. Элементы идентичности человека постоянно меняются, трансформируются и преобразуются. Как я уже говорил, такой ход вещей очень распространён как при пограничном расстройстве личности, так и при нарциссизме.
Эрик Эриксон в своей работе «Эго-психология» предположил, что это может быть возможным результатом так называемой стадии «идентичность против спутанности идентичности».
Стадия «идентичность против спутанности идентичности» – это пятая стадия психосоциального развития, протекающая в подростковом возрасте (12-18 лет), которую описал Эрик Эриксон. На этом критическом этапе подростки исследуют своё самоощущение, пробуя разные роли, ценности и убеждения, чтобы сформировать устойчивую личностную идентичность. Успешный результат приводит к формированию устойчивого самоощущения, а неудача приводит к спутанности ролей, вызывая неуверенность в будущем и непонимание своего предназначения.
После этой стадии, человек выходит с неопределённым чувством идентичности и путаницей относительно того, кто он есть. Сюда относятся мечты, желания, установки, цели, ценности, убеждения, приоритеты и предпочтения. Всё вышеперечисленное является неопределённым, нет ощущения реального и ощущения того, что что-то принадлежит конкретному человеку. Такой человек не считает всё это своими характеристиками. Всё ощущается как нечто внешнее, привнесённое или исходящее извне. Поэтому, как нарцисс, так и человек с пограничным расстройством личности – отчуждённые. Отчуждение является ключевой чертой современной цивилизации.
Люди, как заметил Маркс, чувствуют себя отчуждёнными. Они ощущают оторванность не только от реальности, от других людей, но и от самих себя. С одной стороны, отчуждённость ведёт к самоатомизации, а с другой стороны, ведёт к психическому заболеванию.
Атомизация – это распад на отдельные, не связанные друг с другом частицы или единицы. Это проявляется как в физическом мире (например, превращение жидкости в мелкие капли и вещества в отдельные атомы), так и в обществе, где это означает ослабление и распад социальных связей между людьми, ведущий к их разобщению, изоляции и ориентации на индивидуальные интересы.
Есть отличное определение психического заболевания – быть оторванным от себя, быть чуждым себе, быть отчуждённым от себя. Между вашей разделённой сущностью горит яркий свет. Вы не можете инвестировать или влиять на что-то, потому что нет психической энергии. Концепция «Я» похожа на вымышленный рассказ, сценарий или фильм, а не на то, что это ваша жизнь. Вы живёте не своей жизнью, а проживаете историю, написанную кем-то, кто мог бы быть вами, но у вас нет с этим человеком ничего общего и нет преемственности.
«Идентичность против спутанности идентичности» является пятой фазой из восьми, относящихся к психосоциальному развитию по Эриксону. Другое название «идентичность против спутанности ролей». Это кризис идентичности, который случается в подростковом возрасте. На этом этапе человек переживает то, что Эриксон назвал «психосоциальный мораторий».
Психосоциальный мораторий – это период в жизни человека, чаще всего в юности, когда он временно освобождается от серьёзных социальных и профессиональных обязательств, чтобы свободно экспериментировать с различными ролями, ценностями и идеологиями, чтобы сформировать свою взрослую идентичность и найти своё место в обществе.
Это период времени, позволяющий экспериментировать с социальными ролями. Сегодня человек один, а завтра – совсем другой. Причём роли могут быть взаимоисключающими. Сдвиг в убеждениях и ценностях дезориентирует и кружит голову. Очень трудно смотреть на подростка и видеть в нём отдельную личность. Человек примеряет на себя разные роли и идентичности, находясь в разных группах, прежде чем сформирует целостную, позитивную идентичность, которая даст ему возможность, в будущем, вносить вклад в развитие общества.
Человек может иногда идентифицировать себя с такими группами людей, которые будут формировать в нём негативную идентичность. Он может идентифицировать себя с экстремистскими или радикальными группами, которые исключают других людей. А через исключение формируется негативная идентичность. В любом случае, какое бы решение ни выбрал подросток, оно никогда не будет постоянным. Его решение постоянно меняется. Переключение личности – это обычное явление для подростка. Да и вообще, подростки очень запутаны в своём ощущении идентичности.
Это типичное состояние современной цивилизации. Взрослые люди страдают от путаницы идентичности, находясь в состоянии кризиса идентичности. Изначально, в психологии, мы предположили, что кризис идентичности – это фаза жизни, которая отмечена экспериментированием, изменением, конфликтом, появлением новых ценностей, а также отсутствием преданности привычным ролям в обществе, особенно в работе и семейных взаимоотношениях. Эрик Эриксон утверждал, что кризис идентичности является естественной и даже желательной фазой в подростковом возрасте. Потому что, подросткам приходится пройти через период кризиса идентичности, а затем выйти из него с сформированной, целостной идентичностью.
Этот опыт приводит к зрелости. Он даёт возможность отказаться от многих эгоистичных ролей и идентичностей, которые являются эгодистоничными.
Эгодистония – это психическое состояние, при котором человек в острой форме испытывает неприятные переживания, вызванные наличием у него какого-либо определённого нетипичного индивидуального свойства, от которого он хотел бы избавиться. Например, непринятие собственной гомосексуальности.
Это те самые роли, с которыми человек чувствует себя некомфортно. Это понятие было расширено. На данный момент оно включает в себя и кризис среднего возраста. Другие периоды отмечены переменами и неопределенностью. Но сейчас мы находимся в такой ситуации, когда целые коллективы, цивилизации, общества, культуры, и каждый отдельный человек, находящийся в них, захвачены, поглощены и завоёваны кризисом идентичности. В наши дни нигде нет стабильности идентичности. Не за что держаться. Нет архимедовой точки опоры.
Архимедова точка опоры – это метафорическое понятие, означающее «взгляд снаружи», точку, из которой можно увидеть объективную или «истинную» картину чего-либо. Также – это неподвижная точка в рычажной конструкции, на которую опирается рычаг для совершения механической работы.
И это серьёзная проблема. Существует так называемая «модель статуса идентичности».
Модель статуса идентичности – это психологическая концепция, предложенная Джеймсом Марсия, описывающая уровни развития самосознания человека, основанная на двух параметрах: наличии или отсутствии кризиса идентичности (периода исследования и сомнений в себе) и наличии или отсутствии обязательств (принятия на себя личностно значимых ценностей, убеждений и жизненных ролей).
Это расширение пятой стадии «идентичность против спутанности идентичности» из восьми стадий психосоциального развития по Эриксону. Эта модель была предложена в 1966 году канадским психологом Джеймсом Марсией. Модель заключается в следующем. Существует четыре возможных статуса идентичности, которые человек может принять в подростковом возрасте. Каждый из них характеризуется разным уровнем исследования и приверженности конкретной идентичности. Таким образом, в идеале, развитие движется к «статусу достижения идентичности». Эта фаза характеризуется как исследованием идентичности, так и приверженностью к определённой идентичности. Это состояние связано со стабильной самооценкой и здоровым, психологическим функционированием.
Остальные три состояния идентичности заключаются в следующем. «Статус моратория» (я говорил о нём раньше). Для него характерны признаки исследования идентичности, и отсутствие приверженности к какой-либо идентичности. Следующий «статус залога», который выражается в приверженности к той идентичности, которую взрослые определили для подростка. Но, подросток не имеет возможности рассмотреть и исследовать другие варианты до принятия этого обязательства. Например, отец говорит вам: «Ты станешь врачом». Вы принимаете на себя это обязательство и не рассматриваете ничего другого.
И наконец, есть «статус диффузии», который означает отсутствие как исследования идентичности, так и приверженности к какой-либо идентичности. Наша современная цивилизация отказалась от статуса достижения идентичности. Даже, в какой-то степени, превозносит и приукрашивает остальные три статуса: статус моратория, статус диффузии и статус залога. Мы восхваляем, идеализируем и прославляем людей, которые пошли по стопам своих родителей и создали династию. Мы говорим молодым и пожилым людям, что они должны всегда исследовать и никогда не привязываться к чему-либо слишком сильно. Это очень плохо, потому что, в современном обществе, принято считать, что приверженность – это удушение или тюрьма. Исследовать – это прекрасно и полезно на протяжении всей жизни.
Текучесть становится не только фактором наблюдения, но и ценностью. Новая система ценностей в современном обществе требует гибкости или текучести. Хорошо быть непорочным или даже инфантильным. Внутренний ребёнок – это здорово. Не стоит зацикливаться на истории и на прошлом. Нужно быть осознанным и заземлённым в настоящем. Прошлое не может многому научить, потому что скорость перемен огромная. У прошлого мало чему можно научиться. Нужно быть немного нарциссичными и немного эгоистичными.
Нужно поставить себя на первое место. Нужно забывать прошлое и постоянно самосовершенствоваться, изобретая себя заново. Хорошо быть дерзким, потребителем и отвергающим авторитеты. Это сделает вас, в какой-то степени, уникальными. Так выглядят ценности, которые навязывает современная цивилизация. К сожалению, в психологии, мы считаем всё это, начиная с подросткового возраста, патологией. Любой человек со всеми этими признаками, который достиг 25-летнего возраста, является психически больным. Цивилизация, в которой мы живём, по большому счёту, именно такая.
