В мире, где миллиардеры летают на частных джетах, покупают острова и строят небоскрёбы, появляется человек, который, будучи когда-то одним из богатейших в стране, сегодня просит государство выделить ему пару миллионов долларов — «чтобы хоть немного был похож на миллиардера». Это не сатира. Это Герман Стерлигов — бывший миллионер, экс-олигарх, основатель первой в России товарной биржи, а ныне — фермер, живущий в лесу, где у него нет машины, есть блохи, а слуг — ни одного. И при этом его всё ещё называют миллиардером. И он, мягко говоря, возмущён.
«Опять меня многие крупнейшие СМИ хором в один день назвали "миллиардером"», — пишет он в своём Telegram-канале с оттенком сарказма и горечи. — «Понятно, что без отмашки хором никто не работает».
Он знает, что ярлыки лепят не просто так. И предлагает государству сделку:
«Выделите мне хотя бы пару миллионов долларов, чтоб я хоть немного был похож на миллиардера. А то у меня даже машины уже несколько лет нет — не могу себе позволить». Добавляет: «Ну и слуг бы поднанять хоть немного, а то сам колочусь по хозяйству с утра до вечера».
От Красной площади к палатке в лесу: падение олигарха
Чтобы понять, насколько драматичен путь Германа Стерлигова, нужно заглянуть в 1990-е. Тогда он был одним из первых, кто ухватил момент после распада СССР. Вместо того чтобы стоять в очередях за колбасой, он создал кооператив «Пульсар», организовывал концерты, а затем — уже всерьёз — основал первую в России товарную биржу «Алиса». И стал миллионером в первый же день её работы. У него был офис на Красной площади — в здании, где когда-то жил военный министр Львовский. Огромные окна, вид на Спасскую башню, роскошь, статус, власть. «Царский уровень, реально», — вспоминает он.
Но, как он сам говорит, «уже уставать стал от бессмысленности существования». Встречи, переговоры — и так каждый день. Жизнь, как он выражается, «неинтересная». И когда в 2004 году его не допустили до президентских выборов — якобы из-за того, что подписи не были нотариально заверены, — он потерял всё. По его словам, он вложил в рекламную кампанию всё состояние. И после отказа ЦИКа остался ни с чем.
«Я даже сначала расстроился, — признаётся он, — а потом утром проснулся: в целом, думаю, всё нормально. Жизнь продолжается».
Он уезжает из Москвы. Продает дом на Рублёвке. Покупает за пять тысяч долларов старый домик в Можайском районе — тот самый, в котором вырос. Но вскоре его сын Сергий, тогда ещё маленький, начинает ругаться матом — от доярок, которые «кроме как матом разговаривать не умели». Стерлигов не колеблясь: собирает семью и уезжает в лес. Там, на поляне, начинает строить дом. Живут в палатке. Летом. Осенью... Даже зимой.
Сожжённый дом и блохи как "знак свыше"
Жизнь в лесу, как он рассказывает, была не просто аскетичной — она была тяжёлой. Дом, который он построил, был сожжён дотла. «Враги», — говорит он. Причина? Он назвал одну женщину «колдуньей» при её муже. Те приехали и подожгли. «Мы стали жить в этом маленьком домике, — вспоминает Стерлигов, — новый мне не на что было строить уже». Но, как он утверждает, это было к лучшему: «Так бы мы бы там завязли». Через три года у них появились блохи. «Прям завелось такое количество невообразимое, что мы все были в блохах». Жена тогда спала в тракторе. Блох не удавалось вывести. И тогда семья начала молиться: «Господи, определи нас куда-нибудь». И, по его версии, Бог их услышал. Они переехали в Слободу — место, которое он сам создал, как убежище для православных, живущих по канонам.
Сейчас он говорит: «Мы здесь очень хорошо живём вот уже 17 лет или около того. Просто каждый день праздник, слава Богу». Но это «хорошо» — без электричества, без телефона, с ручным трудом и строгими правилами.
"Слобода": утопия или секта?
Проект «Слобода» — это не просто деревня. Это идеологическое пространство. Туда можно приехать, но только если ты готов соблюдать дресс-код: женщины — только в юбках до пола, мужчины — без пирсинга, серёг и «языческих атрибутов» вроде татуировок. Мобильные телефоны запрещены. Интернет — почти не используется. Связь с внешним миром — через Telegram, но ведётся она, как ни странно, с помощью спутникового интернета. Да, есть ирония: тот, кто призывает отказаться от технологий, сам ими пользуется, чтобы доносить свои идеи.
Стерлигов — не просто фермер. Он идеолог. Он считает, что города — это «газовые камеры» для населения. «Раньше были газовые камеры в фашистских лагерях, — говорит он, — а сейчас мегаполис — это такая огромная газовая камера для всех». Он уверен: «Человечество вымирает стремительно». Никакой эволюции нет. По его подсчётам, Земле 7533 года — с момента сотворения Адама. Современный научный прогресс — «заср*нный» и вредный. Люди «жрут химию, гадят химией, болеют раком». А город нужен только для «утилизации населения».
Звучит как фантастика. Но для его последователей — это истина.
Семья, развод и наследство: когда вера разрушает узы
Семья Стерлигова — это отдельная драма. Он прожил с женой Алёной 30 лет. У них пятеро детей. Но в 2024 году он объявил, что они развелись. Причина — религиозная. Он назвал жену «пущеницей и еретичкой». «Пущеница» — устаревшее слово, означающее женщину, вышедшую замуж после развода. По его пониманию, это грех. «Она мне не жена, — говорит он, — это посторонняя женщина. Слушайте, это вас не касается». Он даже не хочет обсуждать бывшую супругу. Для него она — вне закона, вне семьи, вне церкви.
Но не только жена. Он лишил наследства троих своих детей: дочь Пелагею и сыновей Арсения и Пантелеймона. Все они — «еретики». Почему? Потому что не живут по его правилам. Пелагея, например, вышла замуж за сыровара Олега Сироту — по решению отца. В браке родилось четверо детей. Но потом они развелись. Пелагея говорила, что бывший муж подавал в суд, чтобы уменьшить алименты, и требовал вернуть автомобиль. Она называла отца «деспотичным», а свою жизнь — «под контролем».
Алёна Стерлигова в интервью Валерии Гай Германике рассказала, что узнала о разводе через третьих лиц. Что её оставили «ни с чем». Позже вышла книга — «Мужем битая. Что мне пришлось пережить с Германом Стерлиговым» — где она откровенно описывает годы подавления, страха и зависимости.
Хлеб "для своих" и магазин для «содомитов»
Сегодня Стерлигов живёт на продаже хлеба, сыра и другой продукции собственного производства. Его сеть магазинов «Хлеб и соль» — это не просто торговые точки, а часть идеологии. Цены? Завышенные. Хлеб — от 650 рублей, сыр — за 85 тысяч. Почему? «Покупателей это волновать не должно», — заявил он. Потому что, по его мнению, это «для чужих и еретиков». «Своим» он отдаёт бесплатно.
Но самое странное — это его магазин для «содомитов». Да, он открыл отдельную лавку — «из милосердия». «Ну а что им, с голоду дохнуть?» — объяснил он. Но цена? В 4 раза выше обычной. Хлеб — 16 тысяч рублей. Сметана — дороже 40 тысяч. Это не помощь. Это издевка. Или, может быть, провокация?
Личность, которую невозможно игнорировать
Герман Стерлигов — не просто экс-олигарх. Он явление. Он говорит о Боге, но не ходит в церковь, считая её «впавшей в ересь». Он использует древнерусское летоисчисление — от сотворения мира. Он мечтал найти библиотеку Ивана Грозного. Он верит, что Земля плоская? Нет, он не говорит этого. Но он отрицает эволюцию. И считает, что человечество уже вымирает.
Он — противоречие. Он живёт в лесу, но снимает видео для YouTube. Он призывает к аскезе, но просит у государства миллионы. Он говорит о любви к ближнему, но лишает наследства собственных детей.
Но при этом — его слушают. Его видео набирают миллионы просмотров. Его посты читают тысячи...