Всем добра!
Друзья, предполагалось, что публикации историй из дневника Юлии будут выходить в соответствии с датами дневника. Но по многим причинам так не получается🤗
Надоедливо жужжала муха. Периодически опускалась на моё лицо, с чрезвычайно самодовольным видом прохаживалась по носу и, когда я смахивала её рукой, недовольно улетала.
Не в силах противостоять мушиному натиску я откинула одеяло. Резко поднялась и села на кровати. Часы показывали шесть утра. Как рано! Я посмотрела в окно. Во дворе копошась в пыли кудахтали куры, а петух, устроившись на заборе, собирался очередной раз оповестить ленивых о подъёме. Переведя взгляд на соседнюю кровать Августы, я увидела, что сестра ещё спит. В запасе как минимум пол часа свободного времени.
Осторожно ступая по прохладному деревянному полу и постоянно оборачиваясь в сторону Августы, я подошла к открытому деревянному шкафу, выкрашенному в белый цвет.
Проведя пальцами по корешкам книг, взяла одну, раскрыла на первой попавшейся странице и вдохнула знакомый старинный запах книги.
«Ах, как хорошо!», - подумала я, надеясь немного почитать в утренней тишине.
Не успела закутаться в одеяло, как Августа соскользнула с кровати.
- Доброе утро, сестричка! – сказала она, стягивая с меня одеяло. – Давай подвигайся!
Устроившись рядом и взглянув на раскрытые страницы, Августа спросила:
- Что читаешь?
- Ещё ничего. Собиралась полистать сказки Пушкина, пока ты спала.
- Ну, теперь я уже проснулась, и мы пойдём завтракать! Чувствуешь, как пахнет блинами с клубничным вареньем? Вкуснота!
Словно услышав слова сестры, в комнату вошла бабушка, как всегда улыбающаяся, в белом накрахмаленном фартуке и убранными под косынку волосами.
- Уже проснулись, мои внученьки! Ранние вы пташки, оказывается! Не изменили привычке вставать с лучами солнышка.
Быстро переодевшись и умывшись на улице холодной водой из подвесного бочка, в который каждый день бабушка набирала воду с колодца, мы пришли на кухню, где на деревянном столе красовались два небольших блюда, наполненные ароматными блинами.
- Итак, - сказала бабушка, наливая нам в кружки тёплого молока, - расскажите, как вы добрались? А то вчера, когда приехали, было уже поздно для расспросов.
- У нас такое в поезде приключилось! – оживившись воскликнула Августа.
- Нет, - перебила я, - давай по порядку. Начнём с того, как мы встретились с Крёстным на вокзале.
- Хорошо, тогда ты первая говори, - согласилась сестра.
- Договорились, а ты продолжишь.
Бабушка улыбнулась. Подперев голову руками принялась внимательно слушать.
- Выпрыгнув из автобуса, - начала я, - мы прошли к железнодорожному вокзалу.
Сердце, ожидая встречи с Крёстным, выстукивало бешеные ритмы. Волнение выплёскивалось за край. Наблюдая за вечно жизнерадостной сестрой, я чувствовала её переживания.
В какой-то миг глаза уловили среди беспрерывно спешащих людских потоков знакомое лицо.
- Лука! - не выдержав крикнула я во всё горло, схватила Августу за руку и помчалась к Крёстному, расталкивая недовольно шикающих на нас людей.
Он заметил бегущих крестниц и успел сделать лишь пару шагов, когда мы налетели, повиснув у него на шее.
- Хорошие мои девочки, Юлия, Августа, я безумно рад вас видеть! – говорил Лука Кузьмич.
- Как же я соскучилась! – воскликнула Августа сильнее прижимаясь к Крёстному.
В купе мне и Луке Кузьмичу досталась нижняя койка. Августа расположилась на верхней. Когда мы расставили по местам чемоданы и принялись ждать отправления поезда вошёл человек назвавший себя Иваном Андреевичем. Пройдя в купе, он долго не мог пристроить небольшую деревянную коробку.
- Поставьте её сюда, возле моего чемодана, - предложила Августа указывая рукой под койку.
Попутчик на секунду задумался, а потом махнул рукой сказав:
- Ай, ладно, спасибо! Думаю, там ей будет хорошо и спокойно.
- Кому спокойно? Коробке? – не удержалась Августа.
- Ну конечно коробке! Кому же ещё, - сказал Иван Андреевич и смущённо добавил:
- Просто я неправильно выразился…
Несмотря на некоторые странности, касающиеся загадочной коробки, попутчик оказался человеком добродушным и общительным. Он распаковал съестные запасы, выложил на столе несколько пакетов с песочным печеньем и предложил нам угощаться. Купив чая у проводника вагона, мы долго сидели, разговаривая о незатейливых вещах, таких как погода, море и виды за окном.
Легли спать рано. Я заснула сразу, убаюканная размеренным стуком колёс поезда, уносящего нас к родному полуострову…
- Всё, моя очередь, - вставила Августа.
- Нет, ещё немного продолжу, а потом уже ты, - не согласилась я, возобновляя рассказ. – Ночью я проснулась от какого-то непонятного шороха и скрежета. Казалось, он доносится снизу. Свесившись, заглянула под койку. Деревянная коробка, стоявшая возле чемодана Августы, было прогрызена. Из корявой дырочки торчала узкая морда с тонкими белыми усиками. Я резко выпрямилась, чуть не ударившись головой о верхнюю койку. Быстро вскарабкалась наверх к сестре и принялась её будить.
- Августа, представляешь, из деревянной коробки попутчика нос торчит!
- Чей нос? - сонно пробормотала она. – Попутчика нос из коробки торчит?
- Да нет, усатый!
Августа села и заинтересованно посмотрела вниз. Сон как рукой сняло. Прижавшись друг к другу мы слушали то затихавший, то снова возобновляющийся скрежет.
- Вроде затих, - сказала я.
- Значит, нос либо вылез, либо оставил попытку выбраться из коробки, - проговорила сестра, достала из-под подушки фонарик и осветила им купе.
Луч фонаря скользнул по Ивану Андреевичу, мирно посапывающему наверху, опустился ниже и замер на одеяле Крёстного…
- Там, - громко перебив меня подхватила сестра, - сидела, умывая нос передними лапками, большущая серая крыса! Она показалась чрезвычайно огромной, не похожей на тех чёрных юрких грызунов, что я когда-то видела. Её чёрненькие прищуренные глазки поблёскивали в свете фонарика. Перебирая по спящему Крёстному розовыми лапками с остренькими коготками, она направилась в сторону столика. Направив луч на лицо Луки, я с Юлией громким шёпотом принялась его звать.
- Лука! Лука Кузьмич, проснитесь!
- Что случилось? – так же тихо ответил он.
- Там… это…
- Крыса! – неожиданно крикнул Крёстный и пулей взлетел к нам на койку.
- Ну всё, дальше буду говорить я!
- Хорошо, - милостиво согласилась Августа, разрешая мне возвратиться к рассказу.
- Как только Лука Кузьмич оказался рядом с нами, сестра, смерив его внимательным взглядом, задумчиво сказала:
- А я думала только взрослые тётеньки боятся крыс… Вы же доктор, хирург!
- Вообще-то, страх присущ всем живым организмам, независимо от рода деятельности, - сказал Крёстный с опаской поглядывая в сторону грызуна, копошившегося под тонким одеялом.
По прошествии пятнадцати минут крыса высунула свой усатый нос. Принюхавшись, не торопясь выбралась из-под простыней. Пробежала по койке волоча за собой длинный розовато-серый хвост, взобралась на столик, неторопливо принявшись грызть оставленное после вечернего чаепития печенье. Мы неотрывно следили за всеми движениями наглого грызуна.
- Посмотрите какая она толстенная, раскормленная! Сразу видно, в довольстве жила и ни в чём не нуждалась, - заметила Августа.
- Мне кажется, - сказала я, - что нужно как-то поймать крысу, иначе нам придётся сидеть здесь всю ночь. Сейчас только половина двенадцатого.
- Ну так вперёд, - весело ответила сестра, - крыса точно ручная, иначе вряд ли бы она ехала в коробке нашего попутчика. Слезешь вниз, возьмёшь её на руки и посадишь обратно.
- Почему сразу я?
- А кто? Лука Кузьмич, Вы же не пойдёте? Нет? Я так и думала. Придётся тебе, Юля! Ты сама предложила.
- Нет, я против! Лучше разбудим Ивана Андреевича, пусть сам своего питомца на место возвращает.
Августа согласилась. Около получаса мы пробовали разбудить хозяина грызуна. Громко произносили его имя, светли фонариком на лицо, даже кинули подушку. Попытки не увенчались успехом.
- Бесполезно, - подытожил Крёстный. – Придётся ждать утра. Позвать проводника мы тоже не можем, вдруг крыса выскочит в коридор и устроит переполох во всём поезде. Да и особого смысла в этом нет, вряд ли кто-то, кроме Ивана Андреевича сможет нам помочь…
Всю ночь просидели мы наверху, недовольно посматривая на крысу, которая, съев печенье, принялась умывать мордочку. Хитро поблёскивали прищуренные глазки. Её внешний вид явственно говорил о внутреннем удовлетворении и превосходстве над трусливыми человеческими созданиями. Насытившись и приведя себя в порядок, крыса шмыгнула на койку Луки Кузьмича и уютно устроилась в простынях.
Наконец, с первыми лучами солнца проснулся попутчик. Он удивлённо посмотрел на нас и, выслушав ночную историю, спокойно слез с койки.
- Я так и думал, что Пушинка что-нибудь учудит, - с улыбкой проговорил он, поднимая крысу.
- Ничего себе Пушинка! – воскликнула Августа. – Вы посмотрите на её размеры! Она же толстенная!
- Неправда! Она очень пушистая, меховая. Хотите подержать?
- Нет, нет, я на слово Вам верю! – испуганно согласилась Августа.
В остальном путешествие прошло спокойно, более нас ничто не тревожило. Я закончила рассказ и попросила у бабушки добавки блинчиков.
Благодарю за прочтение!💖