На плите настаивался свежесваренный борщ, и по кухне разносился густой аромат свеклы, чеснока и лаврового листа. Бабушка пододвинула поближе кастрюлю, налила борщ в две глубокие тарелки, положив в каждую сверху ложку сметаны. Я нарезала свежий хлеб и уселась напротив. – Ба, – начала я, размешивая ложкой сметану, – а если никто не узнает… это все равно грех? Она подняла брови: – Это ты о чем? – Ну вот… – я покрутила ложку в руках. – Допустим, списала на контрольной. Или шоколадку съела чужую. Если никто не заметил – значит, и не виновата? Бабушка усмехнулась, но не так, как я ожидала. Не снисходительно, а как-то грустно. – Думаешь, если тебя никто не видел, то и Бога не было рядом? Я пожала плечами. – Но ведь другие-то люди не узнают. Бабуля поправила на столе скатерть, отломила корочку хлеба, обмакнула ее в борщ и только потом заговорила: – Смотри. Вот если я спрячу мусор под ковер, никто, может, и не заметит. Но я-то буду знать. И каждый раз, проходя мимо, буду помнить. А ковер этот м
«А если никто не узнает – это все равно грех?»
10 сентября 202510 сен 2025
1297
1 мин