- Я хочу, чтобы твой ребенок так тебя оставил на старости лет, - мама не могла пережить, что я вышла замуж и съехала

Без отца я осталась, когда мне был 21 год. Тогда мама сильно переживала, что наша трехкомнатная квартира опустела. Она просила меня быть с ней рядом, поддерживать ее.

Я старалась делать для матери все, что было в моих силах. Но я не думала, что все зайдет так далеко.

В 27 лет я собралась замуж. Моим избранником стал Артур. У него была своя квартира, куда он предложил мне перебраться.

- Как ты можешь меня бросать? - не могла перестать плакать мама. – Нельзя тебе переезжать. А если мне плохо станет? Кто мне тогда будет помогать? Соседи? У них своих дел нет? - Мама, я должна как-то личную жизнь устраивать, - ответила я. – Я к тебе приходить буду обязательно.

Вышла замуж за Артура, стала жить с ним. Про маму я не забывала, навещала ее. Муж не был против, не мешал нашему общению. Но я видела, что он хотел бы чаще видеть меня дома. Когда у нас родился Глеб, моя жизнь стала напоминать день сурка. Каждый день я должна была ездить к маме. Она этого требовала, говорила, что в декрете мне никуда не надо. Поэтому я могу ее навещать. С ребенком каждое утро я ехала к маме. Там я готовила еду, убирала. Пока я ходила в магазин, мама сидела с малышом. Вечером я ехала домой, там подавала все мужу. От усталости я валилась с ног, но мама не желала этого понимать и не делала ничего, чтобы облегчить мою участь.

Однажды Глеб заболел ангиной. И это стало отличным поводом для мамы напомнить нам о том, как плохо в нашей двушке.

- У вас там сырость, сквозняки. Переезжайте ко мне. В моей трехкомнатной всем места хватит. И я буду все время рядом, смогу помогать с внуком.

Я хотела отказаться, но мама была слишком настойчивой. Под ее натиском даже мой муж сказал, что нужно собирать вещи и переезжать.

- Так будет проще, - добавил Артур. – Маму твою все равно не получится переспорить.

Только переезд не решил нашу проблему. Мама, когда мы стали жить с ней, начала делать бесконечное количество замечаний Артуру. То он не там обувь поставил, то он слишком поздно ложиться, то ребенка он не так на руки берет.

- Я не могу так больше, - сказал Артур. – Я уезжаю из этого дурдома, а ты делай все, что хочешь.

Конечно, я поехала за Артуром. Мама тогда плакала, пыталась напирать на то, что у нее слабое здоровье, что она не должна оставаться одна. Я не стала поддаваться, переехала обратно в двушку к мужу. Но мама не остановилась. Она продолжила донимать меня звонками. Из-за ее постоянного вмешательства мы с Артуром ругались все чаще. В итоге мы решили, что нужно разводиться.

- Как хорошо, что вы дома, - сказала мама, когда я переехала к ней после развода. – Теперь вы будете досмотрены, мне будет спокойно.

Я хотела снять квартиру, но поняла, что не смогу потянуть арендную плату за нее. Поэтому я и выбрала жизнь в отчем доме.

С мамой я прожила 4 года. Потом я познакомилась с Давидом. Он был вдовцом, воспитывал дочку. Жил он в коттедже, куда через полгода наших отношений и позвал меня переехать.

- А замуж за меня выйдешь? – спросил Давид.

Конечно, я согласилась на брак с этим мужчиной. Он был добрым, хорошим, надежным. А еще он принял моего сына, наладил с ним доверительные отношения. Это для меня было крайне важно.

- Как ты можешь меня бросать? – завела старую песню мама. – Я хочу, чтобы твой ребенок так тебя оставил на старости лет. Представляю, как ты тогда запоешь. Не смей уходить! Прошу тебя!

Но я не стала поддаваться уговорам мамы. Я сказала, что буду устраивать свою жизнь.

- А если ты и дальше будешь шантажировать меня и пытаться разжалобить, то я оборву с тобой все контакты.

Мама так и не поняла моего призыва. В итоге я была вынуждена прервать с ней общение. Я не хочу, чтобы и этот мой брак она разрушила своими контролем и вмешательством.

Недавно мне звонила мамина соседка. Она сказала, что у мамы со здоровьем все хорошо, но ходит она хмурая, мрачная.

- Не знаю даже, что и делать, - добавила Зинаида Константиновна. – Но ты не дергайся. Если что-то срочно нужно будет, я позвоню тебе.

Соседка оказалась более адекватной, чем моя мама. И я рада. Теперь мне спокойно и за маму, и за свои отношения с Давидом.