Разведка Советского Союза во время Второй мировой войны смогла получить информацию о Манхэттенском проекте, благодаря чему создание атомной бомбы в СССР заняло четыре года вместо пяти, как полагает директор Российского федерального ядерного центра — Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики (г. Саров, "Росатом") и Герой России Валентин Костюков.
В сентябре 1945 года в Чикагском университете состоялась секретная конференция под председательством его ректора Роберта Мэя Хатчинса, где центральным вопросом было обсуждение того, когда Советский Союз сможет создать свою атомную бомбу. Время, необходимое на это, оценивали по-разному, и те, кто считал сроки более длительными, ссылались на недостаточную развитость промышленного потенциала СССР.
Однако в недавнем прошлом выдающийся учёный, 64-летний физик и физикохимик Ирвинг Ленгмюр, нобелевский лауреат 1932 года и на тот момент заместитель директора исследовательской лаборатории компании "Дженерал Электрик", посетил СССР. Он отметил, что Советский Союз обладает огромными промышленными возможностями и уникальной поддержкой науки со стороны государства. Ленгмюр прогнозировал пятигодичный срок создания советской атомной бомбы, однако на практике это заняло четыре года, чему значительно способствовала добытая разведкой информация.
Об этом написал в своей статье в журнале "Национальная оборона" Валентин Костюков. Академический центр, основанный в 1946 году для реализации советского атомного проекта, разработал первые советские атомные и водородные бомбы.
Сегодня ВНИИЭФ является крупнейшим в России научно-техническим центром, успешно решающим задачи в области обороны, науки и народного хозяйства, основной задачей которого остаются исследования в области ядерного вооружения России.