«Так… дресс-код: кожаные штаны, что-то безумное сверху и эффектная обувь…» — Марина почесала затылок. Дожили… Её дорогая подруга, кажется, сошла с ума. И, по всему видать, хочет утянуть их со Светкой за собой.
Всё началось с того, что в Лериной жизни всё шло слишком гладко. Настолько, что даже стесняешься рассказать друзьям. Ну а что? С работой всё отлично, начальство ценит, процессы идут. Петька — муж — всячески балует. Дочка Алиса приносит из школы четвёрки и пятёрки. Поэтому на каждых посиделках с подружками Лера всё больше помалкивала и слушала других. У Марины не прекращались американские горки с её Сашей, а Светка вообще головой повредилась: ударилась в йогу, да бог знает во что ещё, уверяет, что не секта, а философия. О, как! И хоть подругам она безгранично доверяла и знала, что они за ней и в огонь, и в воду, но как-то всё боялась, что прилетит ей «ответочка» от судьбы, если слишком много болтать о том, что у тебя всё — тьфу-тьфу-тьфу — хорошо.
Но, как бывает с каждым красивым фасадом, за ним всегда есть что-то, что владельцы показывать не хотят. Нет-нет, да грыз Лерку один червячок: больно уж гладко и сладко всё в её жизни. Слишком спокойно, что ли. Идёт, бывало, по улице, глянет на беспечного субъекта, отдыхающего на лавочке, и что-то внутри как сожмётся. И захочется ей плюнуть на всё да залечь вот так же. И не переживать, что другие подумают. Так не хватало иногда этой простой, беспечной, безрассудной лёгкости.И вот как-то раз, в один из таких вот моментов, проходила она мимо метро. Центр города, лето, у выхода из павильона кучкуется молодёжь — безразмерная одёжка, все мрачные, чёрные. И нахлынули на Леру воспоминания об её собственной удалой юности.
Вспомнила, как сидели с Маринкой на школьном крыльце на выпускном. С бутылкой вина. Знать бы, откуда она тогда у них взялась! Рассвет, молодость — и все дороги для них открыты. Петьку вспомнила, как он, смущаясь по привычке, но очень прицельно шёл к ней, чтобы пригласить на танец. Кажется, даже выпил для храбрости. «Эх, молодость…» — подумалось Лере, и вдруг её пронзила мысль: «А что, если нам с девчонками немного стариной-то тряхнуть?»
Выхватила телефон из кармана и давай набирать Маринку:
— Аллё! Привет, Маришк! Не отвлекаю?
— Здарова. А ты чего голосом? Не люблю звонки, знаешь же…
— Ой, слушай, я прямо на пять минуточек, — легкомысленно выпалила Лера, которая, напротив, предпочитала быстрые звонки долгим перепискам в мессенджерах.
— Ну, говори уж. Раз всё равно отвлекла, — проворчала то ли задумчиво, то ли недовольно Марина. У неё, в отличие от отпускницы на том конце провода, был рабочий день.
— Так вот, слушай: у меня тут идейка одна возникла. Ты скажи, что ты делаешь в субботу?
В трубке повисло напряжённое молчание.
— Очень хороший вопрос… Пока не знаю. Есть небольшие планы, но могу переиграть, если что, — ответила в конце концов Марина.
На самом деле всё она знала. Её далеко не прекрасный принц опять не сказал ничего конкретного. И хоть она обещала девчонкам поставить точку в отношениях с ним, да так и не смогла. Было стыдно произнести вслух, что она снова «даёт вытереть об себя ноги», как ей говорит Лерка.
Лера тоже всё понимала. Маринкин кавалер был тем ещё фруктом. Появлялся, как утренний туман над речкой, а потом так же и растворялся. Лере было совершенно непонятно, что та в нём нашла. Морочит девчонке голову уже с год, а она всё верит ему да верит. Ну что за беда…
Молчание немного затянулось, потому что Лера судорожно взвешивала в голове, выдать ли Маринке очередную тираду насчёт горе-любовника или притвориться, что она ничего не поняла.
— Ну, здорово. Тогда смахивай пыль со своего браузера: время для онлайн-шопинга. Пришлю всё чуть позже. Давай!
— Боже, что ты удумала?
— Не-не, не скажу пока. Нужно сперва всё обдумать чуть получше. Просто освободи субботу, хорошо?
— Хм… Ну, ладно… Давай, на связи тогда. Жду подробности. Текстом!
«Господи, вот дурында. Что она удумала? Хорошо хоть не стала опять лечить меня насчёт Сашки», — подумала Марина и снова взяла телефон. И хоть звонки она и не любила, но набрала Свету.
«Ну-у-у, Светка, ты где там? Опять чакры свои чистишь, что ли…»
— Да-да! Я слушаю вас, дорогая! — послышался наконец в трубке Светкин голосок. Маринку каждый раз немного бесила эта жизнерадостность подруги. Чёрт бы её побрал, просветлилась так крепко, что аж бесит.
— Хэллоу. Тебе Лерка не звонила?
— Не знаю, я пытаюсь медитировать, но никак не получается. То мама отвлекает, теперь ты вот. Поговорим — и авиарежим включу.
— Да хоть чёрта лысого включай, — буркнула Марина. Все эти медитации и прочая дребедень были ей непонятны и чужды. — Ну, ладно. Не знаешь, так не знаешь. Иди просветляйся. До связи тогда.
— Случилось что ли что-то? Ты чего такая хмурая? А Лерка чего?
— Да ничего, нормально всё. Пойду дальше работать. Давай.
— Ну, давай… Напишу тогда, если что. Пока-пока, — и Светка упорхнула в свой обещанный авиарежим. А дальше и вовсе улетела всем разумом куда-то к звёздам.