Любопытная свекровь пришла сразу после свадьбы, чтобы узнать подробности обо мне и всех родственниках

Дверной звонок стал неожиданностью. Через глазок я увидела улыбающееся лицо своей новой свекрови, Ирины Витальевны. Мы с Максимом поженились три дня назад, он был на дежурстве в больнице, а я, как обычно, готовила отчёт за своим домашним столом.

— Марина, родная! Решила заглянуть на огонёк, — она вплыла в прихожую и вручила мне банку малинового варенья. — Посекретничаем.

Я наивно полагала, что речь идёт о чашке чая и двадцати минутах вежливой беседы.

Устроившись в кресле, она без предисловий начала допрос.

— Ну, как у вас с финансами? Максим говорит, твоя зарплата в этом диджитале… шаткая? — её взгляд выискивал пыль на полках.

— В диджитал? Всё стабильно, Ирина Витальевна. Но суммы я обсуждаю только с мужем, это наше общее правило.

— Правила, условности… — она махнула рукой. — А дети? Планируете когда? Я уже готова в бабушку с головой окунуться!

Меня передернуло. Мы с Максимом только начали жить вместе, до этого был год сложных отношений на расстоянии.

— Мы ещё не успели обсудить даже медовый месяц, не то, что детей, — попыталась улыбнуться я.

— Обсудите с моей помощью! — парировала она.

Дальше были вопросы о моих родителях, их зарплатах, о том, почему мой брат до сих пор не женат. Она выжала из меня три часа жизни, и только потом, с видом благодетельницы, удалилась. Мой рабочий день был безнадёжно разрушен.

— Она просто хочет наладить контакт, — вечером убеждал меня Максим. — До свадьбы не было времени нормально пообщаться.

— Общение — это когда спрашивают «как настроение?», а не «какая у тебя кредитная история?».

Я надеялась, что её любопытство удовлетворено. Но через два дня она снова сидела на моём диване.

— Твой отец… после развода не женился? — допытывалась она. — Наверное, тяжёлый характер?

Терпение моё лопнуло.

— Ирина Витальевна, если вам так интересны подробности жизни моего отца, вот его номер. Звоните, спрашивайте. Он любит поболтать.

Она на секунду опешила, но не сдалась.

— А брат твой…

— Простите, мне срочно нужно доделать работу, — встала я. — Иначе мне грозит серьёзный разговор с начальством.

— Ты что, выгоняешь меня? — наивно удивилась она.

— Нет, конечно. Отдыхайте, смотрите телевизор. Но я работать обязана.

Максим снова отмахивался. Тогда я предложила устроить воскресный ужин. Накрыла стол, Ирина Витальевна вела себя безупречно: говорила о театре, о новых книгах, была остроумна и легка.

— Видишь, какая мама многогранная? — радовался Максим.

— Именно это меня и пугает, — призналась я. — На людях — одна, а наедине со мной — совсем другая.

Он лишь посмеялся. А во вторник звонок повторился. Я не хотела открывать, притворившись, что сплю. Но мой телефон взорвался её звонками, и я, проклиная всё на свете, пошла открывать.

— Твой брат… с кем он сейчас встречается? Девушка у него есть? — начала она, едва переступив порог.

— Есть. Её зовут Катя, — буркнула я.

— А кто её родители? Чем занимаются?

Я обернулась и, глядя ей прямо в глаза, спросила сладким голосом:

— Ирина Витальевна, а вы за отца Максима вышли замуж девственницей? Или до него у вас был серьёзный опыт?

Она поперхнулась собственным слюной.

— Я… что?.. Как ты смеешь!..

— А что? Мы же теперь семья. Мне важно знать ваши моральные устои и генетические ресурсы, которые вы передали моему мужу, — не отступала я, сохраняя ледяное спокойствие.

Она побледнела, схватила сумочку и вылетела из квартиры.

Максиму она пожаловалась, что я невоспитанная хамка. Но он лишь пожал плечами:

— Мама, ты же сама говоришь, что хочешь стать нам ближе. Вот Марина и решила узнать о тебе побольше. Разве не логично?

Больше она не приходила без звонка. А звонки стали случаться всё реже. Говорят, она жаловалась соседке, что я — мегера и невестка-наказание. Меня это устраивало. Я получила свой мир обратно. А если её обида когда-нибудь закончится… что ж, у меня в запасе ещё есть пара очень каверзных вопросов.