Декабрь 2014 года был, мягко говоря, непростым временем для России и особенно для тех, у кого бизнес был привязан к рублю. История с Сергеем Галицким — основателем и бывшим владельцем сети «Магнит» — это идеальный пример того, как макроэкономические штормы бьют по самым крупным кораблям.
Так в чем же суть? Галицкий действительно потерял 600 миллионов долларов?
Да, но не в том смысле, что он пришел в свой сейф, а он пуст. Эти потери были «бумажными» или, как говорят финансисты, «капитализационными».
Представьте себе. У вас есть квартира. Сегодня ее рыночная стоимость — 10 миллионов рублей. Вы — миллионер на бумаге. Завтра в вашем районе прорвало трубу, затопило подъезды, и новости об этом разнеслись по всему городу. Теперь подобную квартиру в вашем доме готовы купить уже только за 8 миллионов. Вы не стали беднее на 2 миллиона наличными, вы просто стали беднее в теории, потому что ваш актив (квартира) теперь стоит дешевле.
Теперь перенесем это на ситуацию Галицкого:
1. Что было его «квартирой»? Его главный актив — это пакет акций компании «Магнит», которой он владел. На тот момент он был одним из богатейших людей России именно благодаря стоимости этих акций.
2. Что сыграло роль «прорванной трубы»? Две вещи, которые ударили одновременно:
Из-за падения цен на нефть и введенных санкций за пару дней он потерял к доллару огромную часть своей стоимости.
Паника на фондовом рынке. Акции — это доли в бизнесе, который работает в России и получает прибыль в рублях.
В итоге инвесторы начали массово продавать акции российских компаний, в том числе и «Магнита». Спрос упал — цена акций полетела вниз.
Что в итоге произошло за те самые двое суток?
Курс доллара взлетел примерно на 20-25% (а за весь декабрь — гораздо сильнее).
Акции «Магнита» (как и многих других компаний) продолжили падать.
Bloomberg, ведущее мировое финансовое агентство, ведет расчет состояния миллиардеров в режиме реального времени. Их алгоритмы просто перемножили:
Количество акций «Магнита» у Галицкого на новую, сильно снизившуюся цену одной акции в долларах.
Разница между той суммой, что была два дня назад, и той, что получилась теперь, и составила те самые $600 миллионов.
Галицкий не продавал свои акции. Он не переводил эти «потери» в реальные деньги. Для него, как для стратега и основателя бизнеса, это была временная бумажная бухгалтерия. Его бизнес — магазины, склады, логистика — никуда не делся и продолжал работать.
Так что это история не о том, как у человека из кармана выпало 600 миллионов, а о том, как глобальные экономические потрясения в одно мгновение могут «сжечь» колоссальные бумажные богатства, заставляя весь мир задуматься о хрупкости даже самых мощных активов.