Недавно был в родной деревне. Проездом, как обычно, но заодно решил дочери показать места, где рос. По дороге из Курска свернули с асфальта на некогда оживлённую улицу.
Вот мой бывший дом. Новые хозяева следят за ним. В душе потеплело. Захотелось вдруг зайти прогуляться по комнатам. Проехали.
Поворот налево, и вот она - школа. В ней учился и работал учителем после университета. Пятнадцать лет уже закрыта. Заросла бурьяном и клёном. А смотри-ка, яблоня все растёт возле порога. За её ветвями - разбитые стекла.
А следом - библиотека. Крыша перекосилась. Сквозь чудом уцелевшие стекла видны пустые книжные стеллажи.
Прекрасно помню конец 80-х. В библиотеке всегда были читатели. В основном, люди брали газеты и журналы. От «Весёлых картинок» до «Роман-газеты». А «Крокодил» библиотекарь Нина Васильевна никому домой не давала. Дескать, вот стул и стол. Садись и читай. Слишком спрос большой на этот журнал был. Помню еще стопку «Советского экрана» с вырванными страницами и вырезанными фотографиями.
Из книг, кроме детективов и фантастики, популярны были зарубежные классики. Джон Стейнбек, Теодор Драйзер. Но деревенские женщины чуть ли не охоту устраивали за четырёхтомником Джона Голсуорси «Сага о Форсайтах».
- Живут же люди! - сдавая книги, вздохнула как-то при мне одна из читательниц.
Валентина Сергеевна, худрук сельского клуба, часто брала Антона Павловича Чехова и Бернарда Шоу. Отрывки из их произведений обязательно играла на сцене каждую субботу местная молодёжь.
Заходили в библиотеку не только читатели. Заглядывали на огонек старушки по дороге домой из магазина, спрашивали, что нового в газетах пишут. Просили газеты мужьям на курево.
Вечерами, раз в месяц, устраивались чаепития. Люди делились впечатлениями о прочитанных книгах, читали стихи, разгадывали кроссворды. Только после такого мероприятия можно было получить номер газеты или журнала с кроссвордом или шахматным этюдом.
Идя на работу и возвращаясь с неё, библиотекарь Нина Васильевна по возможности обходила дома должников, которые задерживали книги на месяц.
Списанные газеты и журналы приносила в сельпо. Положит, например, подшивку «Знамени» за 1975 год. Кому надо? Берите! Брали, конечно же. Печку разжигать. А потому стеснялись брать больше одного номера сразу.
А потом... потом пошли сериалы - и женщины забыли про «Сагу о Форсайтах». Стали появляться в домах видеомагнитофоны - мужская часть населения забыла дорогу в библиотеку. Последними ушли дети, но только когда школу закрыли.
Библиотека и школа. Они так и стоят рядом, полуразрушенные.
В девяностые вдруг стало стыдно читать. Не раз я слышал о себе, что дурачок, и даже хожу в библиотеку. Причем слышал такое от взрослых, что уж говорить о сверстниках…
Школа и библиотека. Образование и культура. Два столпа могучего народа. Библиотеку закрыли, к слову сказать, на год позже школы. И остались в деревне бурьян да клён. Да горький запах полыни.