Парадокс, дворец графа Шереметева, а усадьба – Останкино. За дворец и усадьбу взялись более чем капитально. Накрывают куполом, для реставрации
Усадьба Останкино - это и дворец, и театр, и музей. Причём, деревянный! В жизни, не поверишь, глядя на дворец, что он из дерева, а между тем … Причём Николай Шереметев построил дворец-театр к 1795 году, а сегодня, 2025 год, то есть в июле этого года деревянному дворцу-театру исполнилось 230 лет. Прилично. Причём здание не отапливалось, а в нашем климате, с его сезонными перепадами, с точкой росы каждый второй день и прочими поедающими дерево чудесами это было бы фатально, но изначальное качество дерева и штукатурка, отчасти, спасает и спасло.
При реставрации будут менять нижние венцы, они были подтоплены, увы. Менять потолочные и несущие балки, тщательно сохраняя всё, что живо и оригинально. Даже стены расчищаются до оригинальной, исторической штукатурки и окраски, внимание, XVIII века.
Там, где надо наносить краску, деться некуда, много чего не сохранилось, краску наносят по историческому образцу, не меняя при этом фактуру стен. Она была и останется слегка шершавой. Реставраторы любимого мною Сиятельного Санкт-Петербурга и по прежнему купеческой Москвы, счастливы. Дворец-театр загрузил их интереснейшей работой. Потрясающий паркет восстанавливают до начального дворцового блеска. Оконные рамы дворца, двери и прочее, прочее, прочее. Есть к чему приложить золотые руки, тренированные и на петербуржских, и на московских дворцах и усадьбах, и на деревянном серебре Кижей.
Примерно понимая, как реставраторы работают с деревом, то просто мастерами во дворце не обходятся, важен материал и его подготовка. Дерево, на замену, должно быть ровно таким, как было изначально. Для сохранившегося материала, масса работы микологам и энтомологам. Одни следят и вычищают дворцовое дерево от грибного мицелия, другие от насекомых питающимся этим деревом. Вычистив, подготовленное дерево закатывают защитным раствором, чтобы не гнило, не ели и не горело, по возможности.
Про сборку-разборку, работу плотников, сохранение каждой родной для дворца дощечки – отдельный разговор. Работа плотника – это симфония топора и таланта, а на таких объектах – большой симфонический оркестр умелых рук и тяжёлой палочки дирижёра. И это только основа, основа роскоши убранства, сохранённой сквозь войны и революции, сквозь «перестройку» парадной роскоши деревянного дворца, открытой и доступной для всех нас.
От предчувствия результатов реставрации, на губах появляется вкус мёда. Ждём, волнуемся.