«Бугония»: Рецензия Киноафиши
Истина где-то рядом: инопланетный ремейк Йоргоса Лантимоса.
Йоргос Лантимос начинал как нишевый автор: один из его первых фильмов «Клык» стал сенсацией исключительно в среде синефилов. Довольно быстро амбассадор греческой странной волны сместил камеру с лиц соотечественников на узнаваемых мировых звезд вроде Колина Фаррелла. Чем активнее Лантимос ориентировался на зарубежного зрителя, тем дальше уходил от холодной поэтики своих первых картин. Водоразделом послужило первое сотрудничество с Эммой Стоун, в которой режиссер нашел свою главную музу, а его кино стало фаворитом широкой публики и «Оскаров».
После бескомпромиссной победы на Венецианском кинофестивале 2023 года с «Бедными-несчастными» Лантимос позволил себе менее амбициозный проект, походящий на творческий междусобойчик. Пока фильм о Белле Бакстер лежал на монтажном столе, а мир был охвачен пандемией, он объединился со сценаристом своих первых фильмов Эфтимисом Филиппу и снял «Виды доброты». Это альманах из трех историй о том, как одни люди используют других. Картина вызвала спокойно-положительную реакцию на желание мужчины побаловаться в приятной компании, заодно рассказав о человеческих пороках с изрядной долей телесности и иронии. «Бугония» продолжает этот вектор, представляя собой камерную работу без размаха предыдущих фестивальных хитов Лантимоса.
Экстравагантный автор «не для всех» после большого успеха внушил опасения, что он превратится в мейнстримного Уэса Андерсона. На экране те же лица (Эмма Стоун и Джесси Племонс), тот же стиль (от геометричного сказочника из Америки Лантимоса отличает приверженность к широкоугольным камерам и выкрученная контрастность картинки, на которой особенно горят волосы его рыжих звезд). Ни «Виды доброты», ни «Бугонию» нельзя назвать безоговорочными удачами. Первый выглядел отпуском режиссера, от второго ожидалось возвращение к привычному размаху, которого не произошло. Подтвердится ли эта тенденция следующей работой, долго ждать вряд ли придется — Лантимос начал стабильно выпускать новинки каждый год.
Герметичность «Бугонии» связана не только с ограниченным актерским составом и количеством локаций, но и с выбором материала. Впервые Лантимос берется переснимать чужое кино — корейскую хоррор-фантастику «Спасти зеленую планету!». Впервые он не был подключен к проекту сразу — изначально им занимался Ари Астер. И оригинал, и ремейк рассказывают о мужчине, убежденном, что все беды в мире и его жизни в частности — результат вмешательства пришельцев. Вычислив в руководительнице фармкорпорации космического засланца, он похищает ее и пытками уговаривает отправить его на Андромеду, чтобы попросить императора оставить Землю в покое.
Хоть оригинальная картина не пользуется большой известностью, от режиссера с громким именем ждали радикального переосмысления темы. Но и сюжетно, и даже целыми кусками диалогов Лантимос следует проторенной дорогой первоисточника. Выгодно отличает ремейк, помимо несравнимого бюджета, чувство ритма. Корейский фильм пытал и заложника, и зрителя мнимым саспенсом. Лантимос же делит повествование на две части, где в первой дотошно представляются герои, а во второй на зрителя стремительно обрушивается жанровая жестокость, что превращает фильм в американские горки.
Главная находка аттракциона — Джесси Племонс. Несмотря на обилие крупных планов Эммы Стоун, фокус на ней рекламной кампании и даже бритье налысо прямо в кадре, именно Племонс выдает одно из лучших выступлений в карьере. Его роль представляется калейдоском прежних образов: от простока-семьянина из «Других людей» до безумного убийцы из «Падения империи». Даже оператор систематически подчеркивает его значимость. С помощью нетипичного кадрирования в диалоговых сценах Племонс всегда находится в центре экрана, пока его партнер вытеснен на самую границу.
Выполнено это и в сюжетных целях. Персонаж Племонса становится собирательным образом человечества: любовь и забота в нем заглушены скорбью, страхом, жестокостью и одержимостью. Заслуживает ли такой вид спасения? В финале Лантимос не сводит все к иронии, а прямо задает этот экзистенциальный вопрос. Если оригинал высмеивал безнадежность нашей планеты, то грек, оглядываясь на реальность сегодняшнего дня, всерьез это признает. Потому название картины со «Спасения» меняется на «Бугонию», предсказывая смерть одного вида ради процветания другого.