😌Семья профессора Лунёва ежегодно отдыхала в одном подмосковном посёлке, природа в посёлке была изумительной.
Сосны, простиравшиеся вокруг живописного озёра, наполняли пространство чистым целебным воздухом, вызывая истинное восхищение и наслаждение. Каждое утро профессор отправлялся на берег озера, предвкушая встречу с чудесным моментом рыбалки, чувствуя особое удовольствие от тихого спокойствия природы.
Местные мальчишки сразу полюбились профессору, поделившись своими секретами ловли рыбы.
Своей рыбалкой, профессор радовал только кота,
добыча ограничивалась лишь маленькими пискариками.
Но он не унывал, его устраивал сам процесс. Рано утром, по росе, да на зорьке.... .
Каждый день начинался с приятных звуков деревни: вдали мычал стадо коров,
Посёлок по-тихоньку просыпался, уже слышалось мычание коров, прогоняемых пастухом на зелёные пастбища.
Профессор обожал наблюдать это время, просыпались не только люди, но и сама природа. Вставало солнце, постепенно нагревая воздух, землю и озеро. Досыпал он днём, часто лёжа в гамаке, прикрывшись газетой.
😌Вместе с профессором в посёлок неизменно приезжали жена Татьяна Львовна и любимый внучок пятилетний Фёдор.
Обычно с ними ещё приезжала их домработница, молодая девушка. Но в этом году она вышла замуж за красноармейца и укатила с ним на новое место службы.
Поэтому Татьяна Львовна старалась найти себе помощницу по хозяйству из местных.
Ей в этом помогла хозяйка дачи, у которой они её снимали.
Тогда гостеприимная хозяйка дачи взяла инициативу в свои руки и представила молодую девушку Фаину, уверяя, что та окажется идеальной помощницей.
Девушка была плотного телосложения, круглое веснушчатое лицо, у неё была рыжая коса до пояса, простое доброе лицо и ещё , как показалось Татьяне Львовне очень суровый взгляд.
При разговоре девушка сильно гундосила, как говорили, т.е. говорила в нос. На ней было видавшее виды платье, штопанное в нескольких местах, изрядно потёртое, но чистое.
Девушку звали Фаина, ей было 28 лет.
Фаина сказала, что она местная и что она девица.
На дворе тогда было лето 37 -го года.
Выбирать не приходилось и Татьяна Львовна согласилась. Фаечка, как стали её звать в семье профессора, приходилось многому обучать.
Но она была старательная , терпеливая и чистоплотная. Это устроило всю семью.
😌Хозяйка подарила Фаечке приличное платье и белый передник. И Фаечка прослезилась.
Ведь ей никогда никто ничего не дарил, только родители, когда привозили подарки с ярмарки.
Но это было так давно, с тех пор она видела унижения, непосильную работу и страх за свою жизнь.
И с этих моментов началась долгая и преданная работа Фаечки в этой семье. Именно с этой семьёй она свяжет всю дальнейшую свою жизнь, разделит горести и радости и будет с ними до конца своих дней, но об этом они тогда ничего ещё не знали.
Время от времени в гости к родителям приезжал сын профессора с женой, это были родители Феди.
Сын также любитель порыбачить, хотя рыбацкий талант обошёл стороной обоих мужчин.
Они втихую скупали у местных мальчишек крупную рыбу, чем доставляли им массу удовольствия, домашним выдавали за свою. Фаечка, как местный житель, прекрасно понимала происходящее, но молчала.
Об этом она расскажет Татьяне Львовне, лишь спустя долгие годы, сидя вдвоём в московской квартире, вспоминая беззаботные времена молодости, полные тепла и счастья.
В выходные дни было весело, приезжали друзья, на веранде пили чай с выпечкой, которую выпекали Фаечка под руководством Татьяны Львовны.
Каждые выходные в семье Лунёвых проходили весело и оживлённо. Приезжали близкие друзья, которым открывались двери гостеприимного дома. Здесь собирались за большим столом, украшенным ароматной домашней выпечкой, приготовленной руками самой Фаечки под чутким руководством Татьяны Львовны. Выпекались разнообразные вкусности: пышные пироги, румяные блинчики и мягкие булочки. Ведь профессорша привозила с собой большой запас муки, обеспечивая гостей разнообразием угощений.
За вечерними беседами гости увлекательно рассуждали обо всём на свете, обменивались мыслями и впечатлениями. Под аккомпанемент гитары звучали любимые песни, стихотворения вслух передавали красоту русской речи. Веселье достигало своего пика, смех и шутки распространялись повсюду.
И всё было бы ничего в жизни Фаи, если бы не её старшая сестра Глафира.
Родители оставили двоим сёстрам добротный дом.
Старшая сестра влюбилась в местного парня и быстро вышла замуж. Парень этот был из многодетной семьи. В их доме помимо отца и матери было ещё три брата, у двоих были семьи и дети. Народу, как говорили негде яблоку упасть.
Вот и присмотрел этот парень Глафиру, а что - дом хороший, в доме только младшая сестра и получается он в доме хозяин.
О Семёне, как звали парня, ходили не очень приятные слухи, поговаривали, что он часто захаживал в дом к одной вдовушке, которая жила с двумя детьми на окраине посёлка. Но сестра, юная Глафира, упорно игнорировала любые предупреждения и советы старших.
Семён быстро освоился в новом жилище, уверенно ощущая себя полноправным владельцем.
С этих дней для Фаи началась нелёгкая жизнь.
Муж сестры постоянно попрекал девушку, называя её нахлебницей, и регулярно позволял себе грубые высказывания и рукоприкладства. Вся тяжелая бытовая нагрузка ложилась исключительно на хрупкие плечи несчастной девушки.
Ей пришлось брать теперь на себя все обязанности, уборка всего дома, стирка белья, уход за животными, выращивание овощей в саду и приготовление пищи. Отдыхая после тяжёлого трудового дня, сестра предпочитала проводить время в объятиях супруга, пренебрегая всеми бытовыми проблемами.
Жизнь Фаечки стала невыносимой пыткой.
Родственники жили далеко и сами сталкивались с собственными жизненными трудностями. Двоюродные братья, зная о ситуации, обещали помощь, но девушка молча терпела издевательства, боясь вызвать конфликт.
Фая подрасла и сестра с мужем понимали, что в дом может прийти ещё один хозяин, и это им было очень не выгодно.
Сестра работала дояркой и распространяла специально сплетни о неуклюжисти Фаи, что она лентяйка, спит до обеда, ничего не умеет и не хочет делать. У сестры скверный характер, говорила Глафира, любит спорить и плохо соображает.
Такая репутация отпугивала женихов, и бедняга осталась одна, никому ненужная.
Забот заметно увеличилось, когда у Глафиры стали появляться дети. Первой родилась девочка Наташа, она часто плакала по ночам, но сестра не спешила
подойти к плачущему ребёнку, рассчитывая, что это обязательно сделает Фая.
Детский крик резал сердце Фаи, вызывая глубокую жалость к малышки.
Дети у Глафиры сыпались как из рога изобилия.
К тому времени, когда Фая пришла работать в семью профессора, у сестры уже подрастало шесть малышей.
Муж сестры, обнаглевший Семён, к тому времени пристрастившийся к выпивке, регулярно любил покалачивать Глафиру, она постоянно ходила в синяках, фингал мог прилететь и в глаз. Она убегала от него, стараясь спрятаться от жестоких нападок гневливого супруга.
Но ведь доставалось и Фаечке, пьяный Семён мог и ей треснуть. Его угрозы становились страшнее с каждым разом, доходя порой до того, что он хватался за нож.
Единственным лучиком света для неё была племянница Наташа, которая также страдала в семье, где ей тоже доставалось от отца. Напиваясь, тот кричал, обвиняя родных в том, что они прожигают его средства, делая его жизнь мучительно тяжёлой. Между супругами существовал глубокий разлад: Семён продолжал посещать женщину-вдову, живущую неподалёку, оставляя жену одну в собственном страдании.
Летний сезон продолжался, всё шло своим чередом.
Фая и Татьяна Львовна нашли общий язык.
Татьяна искренне привязалась к Фаечке и задумывалась о том, чтобы увезти её с собой в столицу.
Единственное препятствие представляла Глафира, , привыкшая получать финансовую поддержку от Фаечки, деньги, которые давали сестре за работу.
Требовала, чтобы та ей ещё помогала в домашнем хозяйстве работать, ведь дома она не справляется, ей тяжело, а сестра охамевшая не хочет помочь.
Фая понимала, что многие заботы её сестра переложила на плечи дочери, но что она могла сделать. В глубине души она понимала, что если не вырвется сейчас, то она так и останется батрачить на семью сестры, где нет ни капли благодарности, только одни упрёки и унижения.
Татьяна Львовна подарила Фаечке свою кофту, чему она была очень довольна, ведь у хозяйки плохих вещей не было. Эта вещь олицетворяла внимание и любовь, столь необходимые ей в течение долгих лет одиночества. Татьяна регулярно делала сюрпризы Фаечке, покупая ей разные приятные мелочи: бывая на ярмарках, хозяйка и Фаи привозила подарки, это были ленты, платки, однажды она привезла ей тёплую шаль и отрез на платье.
Илья с женой привезли ей из Москвы ботики.
Это было для неё такое счастье! Такие проявления доброты бесконечно согревали душу Фаечки, наполняя её теплом и признательностью.
К их калитке часто приходили дети, девочка лет 10 с ребёнком, на вид лет пять. Детям хочется заглянуть туда, где тепло и уютно, где вкусно пахнет пирогами. Они долго стояли и смотрели, что происходит за забором.
На них обратила внимание Татьяна Львовна, дети были не ухоженные, на девочки было давно не стиронное платье, волосы были заплетены в косу, скорее дня два назад. У мальчика был тоже довольно чумазый вид.
В этот день Фая пекла пироги и Татьяна Львовна, положив несколько пирожков в кулёк, отдала их детям и они убежали.
Фая была недовольна, сказала, что не надо их баловать, они так и будут ходить выпрашивать.
Но Татьяне Львовне было жаль детей, ей тяжело было смотреть на эти худенькие лица. И она их продолжала баловать выпечкой. Дети оказались племянниками Фаи.
Иногда к Фаи приходила её племянница Наташа, девочки было 14 лет. Они садились в глубине сада и о чём-то беседовали, Фая угощала её чаем и пирогом. После её визитов, хозяйка замечала, что Фая была угрюмой и мало разговаривала.
Однажды она сказала, что ей жаль племянницу, которая много работает на всю эту ораву, что из-за них она не может ходить в школу.
Ну, а Семён продолжал гонять свою жену по всему посёлку. На это обратил внимание пятилетний Фёдор, играя и наблюдая мир вокруг себя.
Едва услышав крики, он бежал к забору и смотрел сквозь лаз на это зрелище. Его привлекает происходящее за забором, где слышатся крики и ругань.
Крики сопровождались непонятными для Фёдора словами из лексикона страшного дядьки.
В момент, когда родители Феди приезжали на дачу, он спросил у папы, что означают эти незнакомые слова.
Шоковое состояние этой образованной и интеллигентной семьи трудно было передать.
Вся семья ломала голову, где маленький Феденька смог узнать такую грубость.
Но однажды, когда профессор с газетой дремал в гамаке, а маленький Феденька лопаткой копал землю, послышались знакомые крики.
Бросив савок, Федор рванул к забору.
Картина маслом: женщина несётся прочь, взывая о помощи, за ней мужчина, грозя кулаком и обещаниями прибить- значения слов Фёдор не понял. Наблюдая за этой сценой, мальчишка не заметил, как женщина вдруг исчезает из виду, а мужчина останавливается, сердито матерится и, пошатываясь, уходит обратно.
Внучок, подойдя к профессору, ставит руки в боки, сказал: Вот, блин, не догнал. От неожиданности бедняга-дедушка чуть не выпадает из своего гамака. Теперь для семьи не было секретом, откуда их наследник обогащает свой детский словарь.
Лето подходило в концу, Татьяна Львовна уже намекала Фаи, что не желает с ней расставаться и предложила ей работу в их городской квартире.
Фая была не против, но хозяйка замечала в ней обеспокоенность и скрытую тревогу, но Фая говорила, что всё хорошо.
Вскоре слухи о переезде сестры дошли до Глафиры.
Эта новость привела её в ярость: лишившись бесплатной рабочей силы дома, она ожидала прибавления седьмого ребёнка. Под горячую руку Глафира обратилась к участковому с жалобами на семейку профессора, утверждая, будто они принуждают её сестру покинуть дом, пытаются украсть у неё любимую сестричку.
Глафира жаловалась участковому, говорила, что буржуи угнетают её сестру, хотят отобрать её у родных, чтобы она на них работала.
Участковый спокойно объяснил, что девушка свободна выбирать, кем и где ей работать, но сестра упорствовала, обвиняя во всём семейство Лунёвых, которые пользовались беззащитной девицей.
За два дня до переезда в город, Фаина исчезла.
Утром её в комнате не оказалось, не было вещей подаренных Лунёвыми. А её гардероб пополнился: два надоевших платья, ей отдала Татьяна Львовна, ей ещё подарили плюшевый жакет. Фаина искренне радовалась своему новому месту среди профессоровской семьи.
В Москву семья уехала без неё. Спустя месяц на пороге квартиры профессора Лунёва возникла Глафира. Не было понятно, как она до них добралась. Она выла на пороге во весь голос и требовала вернуть ей похищенную сестру, которую увезли насильно. Татьяна Львовна с трудом пригласила её в квартиру, долго объясняла, что Фаи у них нет, Глафира не хотела верить и твердила своё, что её спрятали и разлучили с родной сестрой.
Но с трудом её убедили, предложив гостинцев и только после этого она наконец удалилась.
Ближе к Новогодним праздникам в квартиру Лунёвых постучали. Открыв дверь хозяева увидели на пороге истощённую женщину, очень плохо одетую. Она была в ветхом ватнике, дырявой серой шали и на ногах были стоптанные керзовые сапоги. Это был морозный декабрь.
Что тебе милая, спросила хозяйка, женщина молчала.
Татьяна Львовна прошла на кухню, взяла белую булку, намазала маслом и посыпала сахаром, подала женщине, затем вынесла ей банку горячего чая.
Но взгляд серых глаз не давал покоя, где она могла видеть их. И вдруг её осенила: так это же Фая.
Татьяна Львовна выбежала в подъезд, Фая прижимала к себе банку горячего чая.
-Фаина, вскрикнула она, женщина обернулась и зарыдала.
Отогревшись в московской квартире, Фаина поведала историю своего ухода. Времена были суровые, напуганная угрозами сестры отправить их в Сибирь, девушка решила уйти самостоятельно, опасаясь навлечь неприятности на тех, кто окружил её теплом и заботой. В отчий дом она решила больше никогда не возвращаться.
Она уехала в район, там строили швейный цех и Фая устроилась туда разнорабочий. Она поднимала тяжёлые кирпичи, замешивала раствор. Но рано или поздно, всё становиться явным, Добрые люди донесли Глафире.
Глафира нашла её , приходила , устраивала скандалы, требовала вернуться домой.
Кричала, что Фая припадочная и что за ней нужен присмотр, а кто как не родная сестра о ней позаботиться. Глафира утихомирилась, когда Фаина дала ей денег. Но люди вокруг стали уже косо посматривать.
Бедная Фая понимала, сестра её не оставит в покое.
Ночами она плакала в подушку и выхода из всего она не видела. И горше всего ей было, когда она вспоминала семью профессора Лунёва.
Ведь после смерти родителей к ней никто так по-доброму не относился.
Но по закону подлости неприятность одна не приходит, она всегда с подружкой.
Фаю ограбили, оставив ни с чем, забрали всё, что у неё было.
Сестра рвала и метала: раззявила дура рот, нет , чтобы отдать сестре на сохранение, а она доверилась чужим людям- орала сестра. Одолжив кое-какую одежду, Фая рискнула отправиться в путь.
И она решилась. Она сохранила самое главное, заветный адрес, какой ей дала на всякий случай Татьяна Львовна.
Как она добиралась до Москвы, это отдельная история, как шла пешком, просила еду, как она искала улицу и вглядывалась в лица людей, надеясь найти знакомые лица..
Наконец она в тёплой московской квартире, среди этих добрых людей, которые ей стали очень близки и дороги. Вся семья Лунёвых тоже рады были её видеть и приняли её в семью на правах домработницы.
Жизнь потекла своим чередом. Летом семья решила сменить место отдыха.
Они сняли дом в дачном посёлке в 10 километрах от соснового бора. Там и отдыхали ежегодно до начала войны.
Племянница Наталья за лето смогла пару раз навестить тётку, Глафира прийти не решилась.
Фая смотрела на племянницу и сердце у неё сжималась. Она испытывала тяжесть на душе: хрупкая фигура, утомленные глаза, исхудавшие плечи и покрасневшие ладони свидетельствовали о тяжелой работе и лишениях. Сердце Фаи разрывалось, осознавая,какая судьба ждёт её, если вовремя не вмешаться.
Фая делилась своими переживаниями с Татьяной Львовной. Говорила, что мать не жалеет Наталью, и как вытащить её оттуда не знает.
На выручку, как всегда, пришёл глава семьи. Он предложил устроить Наталью в кондитерский цех, пока есть возможность и для приезжих есть общежитие. В 17 лет, Наталья сбежала из дома.
Также, как когда-то свою сестру, мать и Наташу не оставила в покое, борьба матери за власть над дочерью не закончилась. Она требовала постоянно от неё денег. Однажды Наталья сказала, что отдала всё, что могла, больше нет. Приехав к дочери в общежитие, мать ругала её на чём свет стоит и обвиняла в жадности, что не может помочь семье.
Этого Глафире было мало, она пошла жаловаться на бессовестную дочь начальству, чтобы они её поругали и присовестили. На прощанье мать сказала, что не хочет её видеть и, чтобы ноги её в родном доме не было. Наталья плакала и не знала, что от стыда делать.
Опять же на помощь пришло семейство Лунёвых.
Они предложили Наталье пойти учиться на курсы кройки и шитья, ей нравилось шить.
А, чтобы заработать на жизнь, пойти в их ЖК работать дворником. Наталья согласилась, тем более ей дали отдельную маленькую комнатку, чему она была безмерно рада. Дверь в комнату находилась под лестницей, и окна были невысоки от земли.
Соседей рядом не было и это было так удобно, ведь девушка была там хозяйкой. Со своей тетей они договорились, что о переменах, родственникам от греха подальше, сообщать не будут. Так прошёл год.
Весть о начале войны застала Лунёвых на даче.
Семья вернулась в Москву. На фронт отправился сын Илья, за ним и его жена, её знание языков и должность переводчицы понадобилась стране.
Зимой, когда немцы рвались к Москве, эвакуировался институт, где работал глава семьи.
Фая оставалась в московской квартире.
Она устроилась санитаркой в госпиталь.
В 43-м вернулись из эвакуации Татьяна Львовна с внуком. Профессор трагически погиб, возвращаясь домой вечером, в тихом переулке получил смертельное ножевое ранение.
Ещё одним ударом стал приход извещения из военкомата: весной 1943 года Илья числился пропавшим без вести.
Потеря близких наложила отпечаток на Татьяну Львовну, сделав её заметно старше и потерявшей интерес к жизни. Рядом с ней осталась лишь Фая, нежно поддерживающая хозяйку, а также восьмилетний внук Фёдор, ставший центром её переживаний.
И Татьяна Львовна потихоньку начала приходить в себя, понимая, что она теперь глава семьи.
Отношения с Фаей незаметно переросли в дружеские. Ведь теперь их было только двое и они были в ответе за Фёдора.
Теперь уже с помощью Наташи, Татьяне Львовне
удалось устроиться в контору помощником заведующего жилищным управлением района.
Было не легко, но они были втроём.
А в 46-м из Берлина вернулась невестка, Елена.
Я часто размышляю, что события имеют свойство завершаться закономерно, и каждый получает воздаяние за поступки.
Когда-то Глафира, желая заполучить дом изгнала из него свою сестру. Семён, желая быть хозяином, тоже пришёл в дом с хитростью. Дом, построенный их предками, ничего не простил и расставил всё по своим местам.
Семён вернулся в 42-м без левой руки, он уже не поднимал руку на жену и не гонял её по всему посёлку. Тем не менее, страсть к алкоголю осталась прежней.
Зимой 1946-го года он умер, замерзнув ночью, уснув на ступеньках собственного дома.
А через десять лет, ушла из жизни Глафира, упав в подвале и получив травму головы. Её нашли только утром следующего дня.
Московская квартира жила своей жизнью, Фёдор закончив медицинский институт работал хирургом,
Елена преподавала в институте.
Татьяна Львовна и Фая пекли по выходным пироги, также на пироги слетались друзья.
Это были не просто посиделки, также спорили, смеялись, рассказывали житейские истории и обсуждали научные доклады, московские и все мировые новости.
Связь двух женщин крепла годами, они превратились в единое целое, полагаясь друг на друга и создавая семейный уют. Даже манера одеваться и держать себя у Фаи формировалась под влиянием хозяйки: элегантные туфли, шляпки, шарфы — она старалась подражать стилю Татьяны Львовны.
Фёдор женился и в 60-году появились двойняшки.
Профессорская квартира и дом вновь ожил детским смехом.
А через двенадцать лет скончалась Татьяна Львовна. Для Фаи это стало большой утратой, и долгие вечера она проводила у окна, погружённая в воспоминания прошлого.
Воспоминания роились в памяти и не отпускали.
Фаина дождалась внуков от двойняшек и успела помочь воспитать.
Проходили годы, здоровье Фаи ухудшалось, слабело зрение, сил оставалось меньше. Сын обеспечивал регулярную помощь по дому. Хотя она уже не вела активную деятельность, память о прошлом сохранялась ярко. Оставшиеся дни Фая провела в спокойствии и тепле семейной любви, любимой всеми членами семьи. Дети считали её своей бабушкой.
Фаина ушла из жизни тихо, до конца дней находясь в движении и своей памяти. Она слегла за два дня до кончины, Фёдор, как врач всё понимал.
В 2001 году, прожив долгую жизнь, Фаина Ивановна покинула этот мир в возрасте 92 лет, достойно завершив земной путь в кругу профессорской семьи Лунёвых, ставших ей настоящей семьей.
Следите за моими новостями.👋
Присоединяйтесь!😊 Буду рада подписке.