Глава 65
Мурад с Айратом уже неделю как по делам были в Москве, и уже собирались возвращаться в Казань, когда неожиданно позвонил Малик и сказал, что они должны срочно прилететь в Эмираты.
В аэропорту Дубая их встречал эскорт из пяти автомобилей представительского класса и сам Малик ибн Хамир аль Тахия.
– Рад приветствовать самых дорогих гостей.
Они обнялись, потёрлись носами по арабскому обычаю.
– Фархад сожалеет, что сам не может встретить вас. Он сейчас с семьёй навещают старшего отпрыска в Англии. – Объяснил отсутствие друга Малик. – Но, а я не мог больше ждать, поэтому решил пригласить вас сюда. Как я уже говорил, нам удалось, наконец, поймать неуловимого иеродиакона. И теперь у вас есть возможность узнать всё из его уст и решить, казнить его или миловать.
– Он что-то рассказал из того, что мы ещё не знаем?
– Потерпи, мой друг, не столько терпел. Я не очень утруждал себя допросом. Так, спросил самую малость, но даже из этого сделал вывод, что нас ждёт очередной сюрприз.
Они, прошли в помещение, расположенное на нулевом этаже дворца, в котором чуть меньше года назад Малик допрашивал Вадима Воронько, похитившего Еву. Здесь ничего не изменилось. Всё та же мебель, единственный стул, небольшой стол с металлическими инструментами для пыток, и табурет посередине комнаты. Даже люди были те же, кроме того, который сейчас сидел на табурете. Хотя однажды он уже занимал этот трон, только тогда он был свидетелем.
Мурад не сразу узнал в мужчине иеродиакона Костаса Гатаки. Полтора года назад он выглядел немного иначе. Сейчас вместо длинного облачения с широкими рукавами, на нём был лёгкий летний костюм. С короткой стрижкой и небольшой бородкой он совсем не походил на служителя церкви.
Похоже его уже пытали, о чём свидетельствовало слегка отёкшее лицо и пятна крови на пиджаке.
– Узнаёшь? – беря в руки щипцы для пыток спросил Малик показывая рукой на трясущегося от страха иеродиакона.
Дамир отметил, что сейчас в глазах несчастного не было того затаённого издевательского блеска. Страх стёр его. Он понимал, что сейчас находится так близко к богу или может, к диаволу, как никогда раньше.
– Рассказывай всё что рассказал мне. – Приказал Малик, щёлкнув перед его лицом щипцами, похожими на те, которыми удаляют зубы, только в два раза больше.
Тот затрясся, задрожал как осиновый лист на ветру.
– Господин, я ни в чём не виноват. Это русский похитил вашу женщину. Это он пытался её отравить.
– Кто дал русскому порошок?
– Я не знаю.
– Если ты, погань, опять начнёшь юлить, я прикажу отрезать тебе член вместе с яйцами и буду наблюдать как ты жрёшь их сырыми. Отвечай. Что за порошок ты дал русскому?
– Господин, я правда не знаю, хозяйка сказала, что это снотворное.
– Почему так много.
– Оно слабое, поэтому нужно выпить всю дозу чтобы заснуть. Но я думаю, что это наркотик.
– Как зовут твою хозяйку?
– Бахи, её зовут Бахи.
– Где она живёт и откуда ты её знаешь?
– Она живёт в доме шейха Мурада ибн Камиль аль Найяха. Мы познакомились около двух лет назад. Это было так давно. Что я уже плохо помню. Она вместе с русской гуляла в парке в районе Аль-Кусейс. Она мне понравилась, и я понравился госпоже. Пока русская отвлеклась, а охранник и водитель были заняты тем, чтобы с ней ничего не случилось, мы немного поговорили, обменялись телефонами и стали встречаться.
– Как вы могли встречаться ты в Абу-Дей, она в Дубае?
– Это не так далеко, господин, когда есть автомобиль и скайп. Мы даже занимались любовью.
– Ничего себе и где это происходило? В машине? Или снимали отель?
– По скайпу.
– Как этим можно заниматься по скайпу?
– Моя Бахи та ещё выдумщица. – Гордо вскинув голову произнёс Костас Гатаки.
– Она всё придумала и научила меня заниматься этим на расстоянии. Мы включали видео, раздевались, затем ласкали себя. Бахи нравилось рассказывать, как ей приятно, когда мои руки на её теле, мой язык в её промежности и мой член в ней, ну вы сами знаете, как это происходит, мы оба кончали, это просто невероятно…
– Извращенцы.
– Мы не делали ничего лишнего.
– Так она молода твоя Бахи? Сколько ей лет?
– Я не спрашивал, думаю может двадцать или двадцать пять.
Малик смотрел на мужчину с нескрываемым презрением. Похоже рассказ несчастного произвёл на него неприятное впечатление. Он подошёл к Мураду спросил на арабском.
– Тебе не кажется, что у него крыша протекает? Рассказывает такие вещи, от которых воротит. Я сомневаюсь, что нормальные люди могут заниматься этим по скайпу.
– Похоже ты прав. Взгляни в его глаза, они как у помешенного.
– Похоже у него с головой не всё в порядке, – произнёс Дамир подходя ближе к друзьям. – Сам посуди, служит при храме там на секс запрет, а здесь включил видео и перед глазами промежность, мастурбируй сколько хочешь. Охи, ахи, стоны опять же.
–Думаешь, он говорит правду? –повернулся к Дамиру Малик.
– Не сомневайтесь. Стоило ему заговорить про девку и секс, как он поплыл. Ты разве не заметил?
– Мне наплевать как он ублажает себя. Другой вопрос кто эта Бахи? – прервал их Мурад.
– Надо узнать кто она. В доме нет ни одной женщины с таким именем.
– Может она солгала и у неё другое имя?
Малик вернулся на прежне место и продолжил допрос.
Пока иеродиакон нёс всякую чепуху Мурад никак не мог сообразить кто же такая Бахи, которая живёт в его доме на острове, и по приказу которой едва не отравили Еву. Этот мужчина скорее всего врёт. Или же Армина назвалась другим именем.
– Расскажи, кто научил тебя лжи, которую ты нам рассказывал прошлый раз. Только помни, что русский, которому ты давал указания от имени госпожи, у нас в камере. Ты можешь встретиться с ним в любую минуту. Он рассказал нам всё как было, поэтому если ты скажешь хотя бы одно лживое слово тебя ждёт мучительная смерть. Тем более что твою хозяйку уже допрашивают другие люди. Она говорит, что не давала тебе никаких поручений, ни о чём не просила. Выходит ты всё придумал сам. Поэтому за всё отвечать придётся тебе одному. Но если расскажешь правду, ничего не утаишь возможно, я пощажу тебя. Думай быстрей и начинай говорить.
Мурад встал и подойдя ближе стал прислушиваться к разговору, вернее к допросу, который умело вёл Малик.
– Я ничего не придумал. Я полюбил госпожу, мы занимались сексом она никогда мне не отказывала, поэтому я не мог не выполнить её просьбу. Она попросила, и я пришёл к вам. Я должен был выглядеть убедительно.
– Это она научила тебя, как вести себя на допросе и как оговорить Еву?
– Да, каждое слово я выучил наизусть и повторил несколько раз, чтобы моя госпожа осталась довольна.
– Что именно в твоих словах было ложью?
– Всё. Я видел русскую только один раз, когда святой отец совершал обряд, я подошёл сзади и сфотографировал. Фотографию отослал Бахи. Больше я её не видел. Остальное время женщина проводила в домике, а мужчина уходил.
– Ты же, наверное, подсматривал, они занимались сексом?
– Я не видел. Но думаю, не занимались. Женщина была вялой и всё время спала. Мужчина давал ей снотворное или наркотики, я приносил ему немного порошка, но что это было не знаю.
– У тебя есть фотография Бахи, или она запрещала фотографировать её?
– Она была против, но я сфотографировал, когда первый раз увидел её с русской в парке. А потом, ещё раз, когда мы занимались любовью. Госпоже было так хорошо со мной, когда мы занимались этим, что она ничего больше не замечала.
– Где твой телефон?
– Его забрали ваши люди.
– Твоя госпожа объяснила зачем хочет убить русскую?
– Да, Бахи сказала, что русская собирается занять её место в сердце хозяина, а оно должно принадлежать только ей, моей госпоже, потому что она много лет служит ему. И только она достойна быть его женой.
– Тебя это не обижало?
– Нет, Бахи обещала, что после никаха возьмёт меня в дом и мы будем заниматься любовью, когда её муж и господин будет отсутствовать.
– Почему ты называешь её госпожа?
– Она так велела.
Через минуту Малик рассматривал фотографии в смартфоне бывшего иеродиакона. Пролистал, нашёл те, о которых говорил несчастный.
Повернул телефон к мужчине.
– Она?
– Да, господин, это моя любимая, моя хозяйка и моя госпожа.
Помедлив немного, Малик переслал фотографии женщины Мураду, а сам подошёл к Дамиру, чтобы и тот смог увидеть, кто в доме Мурада помимо Армины так ненавидел Еву, что готов был убить.