Комнатка под покатой крышей оказалась куда меньше, чем я ожидал. Обстановку разглядеть не смог, так как всё мое внимание сразу же захватила тонкая фигурка, укрытая белой полупрозрачной тканью. – Сударыня… – хотел было начать приличный разговор, но Софья вдруг перебила и заговорила странно: – Хоть разум мой тебя не знает, Душа моя изнемогает!.. Пытаясь сообразить, чтобы это могло значить, я взглянул на стол возле стены. Когда увидел там довольно большое овальное зеркальце, даже не удивился. А рядом с зеркалом лежали книги! Вот это уже интереснее. Настоящих книг я в этом мире еще не встречал. – Сударыня, у меня скорбные вести… – Я отвернулся от обнаженной красотки и подошел ближе к столу с книгами. С трудом разобрал названия на обложках: «Дъевица возлюбленна», «Съердце цветъ», «Ясть, молитися, любитъе». То ли Софья не услышала, что я ей сказал, то ли была слишком удивлена таким равнодушием к её прелестям, но заговорила еще жарче и образнее: – Паду же я на колени пред тобой! И что же дела