- А почему ты его квартиру продала ради ипотеки, а не свою? - спросила у меня свекровь, когда мы переехали в трешку в центре города

Еще полгода назад мы с Андреем жили в однокомнатной квартире на окраине города. Она находилась в старом доме, который разваливался.

Тогда мы решили, что пора что-то менять. У нас были накопления, которые мы сделали, сдавая мою двушку. Их мы сложили с деньгами, которые нам подарили мои родители. Потом мы продали однокомнатную квартиру мужа. Все полученные деньги мы внесли в качестве первоначального взноса за трешку. Нам пришлось взять мизерную ипотеку, за которую мы рассчитаемся уже через полтора года. И платим мы ежемесячные платежи с денег, которые выручаем со сдачи моей квартиры. Условия получаются очень выгодные. У нас с мужем хорошие зарплаты, которых на все хватает. Мы копим на автомобиль, а также откладываем деньги на декрет. Все-таки в ближайшие несколько лет мы планируем еще и ребенка.

В один вечер мы с Андреем еще раз принялись проговаривать наши планы. И когда мы болтали, у мужа стал звонить телефон.

- Мама? Что-то случилось?

От Виктории Игоревны, моей свекрови, ничего хорошего ждать не приходилось. Она могла из всего сделать проблему. И в этот раз она опять нашла повод придраться и начать критиковать.

- Как вы могли, Андрей? – спросила свекровь. – Мне рассказала ваша бывшая соседка, что вы продали только твою однушку, а двушку Лизы продолжаете сдавать! Как ты повелся на такое? Твоя же жена тебя обманет! Останешься у разбитого корыта. - Мама, прекрати, - сказал Андрей. Мы вместе с Лизой приняли решение о продаже однушки. И не могли мы больше оставаться в одной комнате. Нам нужно пространство, если мы планируем ребенка. А мы его планируем, как ты знаешь. Не забывай, что мы гасим ипотеку деньгами с аренды Лизиной квартиры.

Свекрови сказать было нечего. И тогда она решила повернуть разговор в другую сторону. Виктория Игоревна стала обижаться, что у нее не взяли ничего на трешку.

- Помогли родители Лизы! А у меня почему не попросили ничего? Я тоже хотела бы поучаствовать в жизни сына. Получается, что ты – сирота какая-то. Вечно твоя жена на себя одеяло тянет! - Мама, или ты прекращаешь, или я кладу трубку и больше не поднимаю ее, когда ты звонишь.

Прекращать свекровь и не думала. Тогда Андрей положил трубку и заблокировал мамин номер. После этого мы стали жить спокойно.

Полгода пролетели быстро. Никто не тревожил нас, не поднимал нам нервы. Мы действовали по своему плану, смогли купить машину. Но в один день все снова перевернулось с ног на голову. К нам в гости пришла Виктория Игоревна. Она не предупредила, потому что не могла дозвониться.

- Мама? – удивленно спросил Андрей, когда открыл дверь. – Ты как здесь? - Пришла посмотреть, как вы устроились, на что ты променял память о бабушке.

Я поняла, что свекровь вновь собралась заводить разговор о квартире своей матери. Так и оказалось. Виктория Игоревна долго рассуждала о том, для чего бабушка завещала Андрею свою квартиру.

- Виктория Игоревна, - влезла в разговор я, - мы вместе с Андреем решили продать ту однушку. И я не давила на него. - А почему ты его квартиру продала ради ипотеки, а не свою? – спросила свекровь. – За твою больше денег можно было выручить.

Андрей стал объяснять маме, что его однушку было бы невыгодно сдавать, потому что она без ремонта и находится на окраине города.

- Не выкручивайся! – крикнула свекровь. – Ты мне лучше половину денег с продажи квартиры отдай. Она все-таки принадлежала моей матери. И мне полагается доля. - Но бабушка завещала эту квартиру мне, - напомнил Андрей. – И она хотела, чтобы я распорядился жильем так, как считаю нужным. И я это сделал. А если ты мама и дальше продолжишь в таком духе, то я знать тебя не хочу.

Свекрови не понравилось услышанное. Она встала, направилась к выходу.

- Больше ты меня не увидишь, Андрей. У меня больше нет сына. Я так всем и буду говорить.

С тех пор Виктория Игоревна никак не напоминает о себе. Мы тоже не звоним ей, даже о моей беременности не сообщили.

- Я ей сообщение напишу, когда внук родится, - сказал Андрей. – Но мне кажется, что и это никак не тронет ее за душу. Маму мою не изменить.

Предположение мужа оправдались. Виктория Игоревна никак не отреагировала на рождение внука. Ване уже полтора года, а она так и не видела его.