Глава 3.
Я стою, замерев, и смотрю на этого наглеца, который держит мои стринги в руках как какой-то трофей. Моё лицо горит от стыда и ярости, а в груди разливается обжигающее чувство унижения. Да кем он себя возомнил, что ставит мне такие условия? Я чувствую, как внутри закипает гнев, но внешне сохраняю ледяное спокойствие. По крайней мере мне так кажется, хотя жар на щеках наверняка выдаёт меня.
– Свидание? – мой голос звучит неожиданно высоко. – Ты серьёзно?
Илья смотрит на меня с таким видом, будто только что выиграл главный приз в лотерее. Его глаза, тёмно-карие с золотистыми крапинками, искрятся весельем, и это бесит меня ещё сильнее. Кажется, что каждая чёрточка его самодовольного лица создана для того, чтобы выводить меня из себя.
– Абсолютно, – он подбрасывает моё бельё в воздух и ловко ловит его. Я следую взглядом за полётом моих трусиков и чувствую, как новая волна жара заливает шею. – Свидание в обмен на стринги из лимитированной коллекции. По-моему, честная сделка.
Мне так хочется схватить что-нибудь тяжёлое и запустить ему в голову. Или лучше столкнуть его в реку. Да, определенно – столкнуть в воду вместе с его дурацкой удочкой и наглой ухмылкой. Но внезапно меня осеняет.
Медленно выдыхаю и растягиваю губы в самой очаровательной улыбке из моего арсенала. Той самой, что помогла мне получить «отлично» по химии, не зная ни одной формулы.
– Знаешь, – мой голос звучит мелодично и беззаботно, – а это действительно хорошая идея. Давай встретимся завтра в аэропорту Нижнего Новгорода? К сожалению, я не смогу туда добраться без машины, но для тебя это ведь не проблема, правда? – я делаю паузу. – Отвезёшь меня туда? У нас же свидание.
Я снова улыбаюсь, хотя внутри меня бушует ураган. Господи, как же он меня бесит! Этот взгляд с издёвкой, эта самоуверенная поза, эти широкие плечи, загорелая кожа, карие глаза... Так стоп! О чём я вообще думаю? Ааааааааа! Я готова закричать от досады, но вместо этого продолжаю улыбаться, как будто мне действительно нравится эта идиотская ситуация.
Илья в ответ ухмыляется, и я замечаю ямочку на его левой щеке. Раздражающе милую ямочку.
– Хорошая попытка, принцесса, – он качает головой, – но ничего не выйдет. Я не отвезу тебя в город. Но насчёт свидания я серьёзен.
Я фыркаю, больше не скрывая раздражения, и маска очаровательной девушки тут же слетает с меня.
– С чего ты вообще взял, что я соглашусь встретиться с таким, как ты? – слова вырываются прежде, чем я успеваю их обдумать, и в них звучит столько презрения, что я сама удивляюсь.
Илья поднимает одну бровь, и на его лице появляется искреннее любопытство. Не обида, не злость, а именно любопытство, и это сбивает меня с толку.
– А что со мной не так? – он разводит руками, и от моего взгляда не укрывается то, какие у него красивые руки – сильные, с длинными пальцами и выступающими венами. – Мы же сейчас стоим, разговариваем с тобой. Чем я хуже тебя?
Его вопрос застаёт меня врасплох. Что с ним не так? Да всё! Он деревенский, он нахальный, он... он... красивый. Чёрт. Нет, не красивый. Просто... ладно, может быть, немного привлекательный. Но это ничего не меняет!
– Да всё с тобой не так, – выпаливаю я, скрестив руки на груди и чувствуя, как внутри растёт странное смятение.
Я окидываю его взглядом, пытаясь найти хоть что-то, к чему можно придраться. Загорелая кожа, немного выгоревшие на солнце каштановые волосы, простая футболка, шорты, босые ноги... Он выглядит как человек из другого мира. Свободного, беззаботного мира, в котором можно ходить босиком и ловить рыбу, а не беспокоиться о мнении окружающих, количестве денег на твоей карте и о том, доставят ли тебе сумку из новой коллекции любимого бренда к четвергу. И почему-то эта мысль вызывает во мне не только раздражение, но и какую-то странную зависть.
Илья пожимает плечами и спокойно убирает мои стринги в карман своих шорт. Я с ужасом представляю, как они там лежат, совсем рядом с его... Господи, о чём я вообще думаю?!
– Ну что ж, тогда ты свободна, – непринуждённо говорит он, поворачиваясь к реке. – А твои яркие трусы, висящие на палке в моём огороде, прекрасно будут отпугивать ворон.
Он делает шаг к воде, и я понимаю, что сейчас он просто уйдёт. С моими бельём. Которое повесит... на палку... в огороде. Где их увидит вся деревня. Боже, да он ненормальный!
– Стой! – вырывается у меня, и мой голос звучит почти отчаянно.
Илья останавливается и медленно поворачивается ко мне с победной улыбкой. Какой же он самоуверенный придурок. Я чувствую, как снова краснею от унижения и злости на саму себя. Как я могла попасться на такую примитивную уловку?
В голове быстро формируется план: я ведь могу пообещать ему что угодно, а потом просто не прийти. В конце концов, я ничего ему не должна. Ещё чего, какой-то деревенский мачо будет мне условия ставить! От этой мысли становится немного легче, и я чувствую, как контроль над ситуацией возвращается.
– Ладно, убедил, – произношу я с наигранной капитуляцией. – Куда мы с тобой пойдём? Пасти коров на луг? Пахать поле? Пить самогон в подворотне?
Илья смеётся, и его смех звучит неожиданно приятно – глубокий, искренний, без тени насмешки.
– Ты очень забавная, Полина, – говорит он, и я замечаю, что в его глазах пляшут весёлые искорки. – Значит, такое у тебя представление о деревне и её жителях?
Я ощущаю, как краснею ещё сильнее. Он смотрит на меня так, будто видит насквозь.
– Окей, если у тебя есть другие варианты... – я развожу руками, пытаясь скрыть смущение.
– Просто доверься мне, – он улыбается, и я невольно замечаю, что у него действительно красивая улыбка. И добрый взгляд... Хотя нет, мне точно показалось. Я не может быть добрым человек, который шантажирует меня нижним бельём!
– Встретимся на перекрёстке, – продолжает он. – От твоего дома нужно идти вглубь деревни, там в центре стоит большой крест. Буду ждать тебя под ним в десять вечера.
Я киваю с самым серьёзным видом, хотя внутри меня разбирает нервный смех. Неужели он правда думает, что я приду? Что я буду ждать его у какого-то жуткого креста посреди деревни? Да ни за что на свете!
– Хорошо, – соглашаюсь я, чувствуя, как внутри растёт злорадное удовлетворение от мысли, что он будет ждать меня впустую. – А теперь верни моё бельё, пожалуйста.
Илья достаёт стринги из кармана и протягивает мне.
– Больше не теряй, – говорит он с улыбкой.
Я выхватываю их из его рук, ощущая, как пальцы на мгновение соприкасаются с его тёплой кожей. По телу пробегает странная дрожь, которую я списываю на отвращение. Что ещё это может быть?
– Спасибо, я учту, – отвечаю сухо и разворачиваюсь, чтобы поскорее уйти.
– До встречи, принцесса! – кричит он мне вслед, но я, конечно же, ничего не отвечаю и спешу к сестре.
Подбегаю к Асе, которая всё это время сидела на берегу, болтая ногами в воде.
– Нам пора домой, – говорю я, забирая у неё свой мокрый сарафан и стараясь не думать о том, что только что произошло.
Аська вскакивает с горящими от любопытства глазами. Сейчас она похожа на маленького журналиста, который чует сенсацию за милю.
– Что там было? Что он хотел? – она буквально подпрыгивает от нетерпения, пока мы идём по тропинке к дому.
– Отдал мне мои же стринги в обмен на свидание, – раздражённо отвечаю я.
Ася останавливается, её рот открывается в изумлении, а потом она визжит от восторга так громко, что я вздрагиваю. Её реакция только усиливает моё негодование – неужели она не понимает, как это унизительно?
– Свидание?! Поля, ты обязана пойти! – она хватает меня за руку с такой силой, что я морщусь. В её глазах читается неподдельный восторг, и я понимаю, что она уже нафантазировала себе целую романтическую историю. – Свидание в деревне с таким красавцем – это же так прекрасно! Это именно то, что тебе нужно! И не спорь, дурёха!
Я закатываю глаза, испытывая к сестре раздражение вперемешку с нежностью. Она с самого детства такая – романтичная, верящая в сказки, видящая во всём только хорошее. Полная моя противоположность.
– Не романтизируй всякую чушь, Ася, – я стараюсь звучать строго, но выходит скорее устало. – Я никуда ни с кем не собираюсь идти.
Лицо Аси становится серьёзным, и я вижу в её глазах разочарование, которое почему-то больно ранит меня.
– Полина, получается, ты его обманула? Так же нельзя!
Её слова вызывают во мне новую вспышку досады. Почему она защищает его, а не меня? Я её сестра, в конце концов!
– А торговаться на мои стринги, значит, можно? – возмущённо фыркаю я.
– Зря ты так, – Ася дует губы, отворачиваясь от меня, и я вижу, что она действительно расстроена.
Ощущаю болезненный укол совести. Может, я слишком резка с ней? В конце концов, она ещё ребёнок, и она просто хочет, чтобы всё было хорошо. Я сажусь перед ней на корточки, поворачиваю к себе и беру за плечи, заглядывая в её обиженные зелёные глаза, которые достались нам обеим от матери.
– Ась, я тебе сейчас кое-что по секрету скажу, только ты не говори родителям, хорошо?
Глаза сестры загораются интересом, и она заговорщически кивает, явно польщённая тем, что я собираюсь поделиться с ней какой-то тайной.
– Я хочу вернуться в Москву в самое ближайшее время, – говорю я тихо, оглядываясь по сторонам, хотя вокруг никого нет.
– Но как же родители? – Ася хмурится, и я вижу, как в её глазах разгорается тревога. – Они будут против…
– Они не узнают, – я легонько сжимаю её плечи. – Ты ведь им не скажешь?
Ася смотрит на меня жалобным взглядом, а её нижняя губа начинает дрожать.
– А как же я, Поля?
Я тяжело вздыхаю. Вот об этом я и не подумала. Ася ведь очень привязана ко мне, как и я к ней…
– Тебе же здесь нравится, а мне нет, понимаешь? – я пытаюсь звучать убедительно. – Время быстро пролетит, вы вернётесь в Москву в конце августа, а я уже буду вас там ждать.
Я вижу, что сестра окончательно сникла, и крепко обнимаю её.
– Аська, ты должна меня понять. Я здесь не выживу, – шепчу я ей в волосы. – Ты ведь не выдашь меня родителям, правда?
Ася отрицательно мотает головой, уткнувшись мне в плечо. Внутри всё сжимается от вины, но отступать уже поздно. Я в любом случае найду способ, как уехать отсюда.
– Ладно, побежали домой, – я беру её за руку, стараясь звучать бодрее. – Сегодняшний вечер мы точно проведём вместе.
***
Мы вешаем мокрые вещи на веранде и заходим в дом. Запах жареной картошки и свежего хлеба заставляет мой желудок предательски заурчать. Я всё ещё дико голодна, ведь даже молока мне выпить так и не удалось.
Мама с Борисом уже накрыли небольшой стол на ужин. Ароматная картошечка, салат из свежих овощей со сметаной, нарезанный домашний хлеб... Всё выглядит и пахнет так аппетитно, что у меня начинает кружиться голова от голода. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься на еду, как дикарь.
– Девочки, садитесь за стол, – мама улыбается, расставляя тарелки. На этот раз её улыбка даже не кажется такой наигранной.
Я осторожно пробую овощной салат и удивляюсь тому, какой он невероятно вкусный. Сочные и свежие овощи хрустят на зубах, а сметана такая густая и ароматная, что я невольно закрываю глаза от удовольствия. А потом я беру картошку с хрустящей золотистой корочкой снаружи и нежной мякотью внутри, которая чуть ли не тает во рту. Или я настолько голодна, или еда действительно потрясающая.
– Ммм, вкусно, – вырывается у меня.
Мама улыбается, и я вижу, как она обменивается довольным взглядом с Борисом. Это немного раздражает, но я слишком голодна, чтобы обращать внимание. Пусть думают, что хотят.
– К сожалению, с баней сегодня не получилось, – объявляет Борис, отрезая очередной кусок свежего хлеба с хрустящей корочкой. – Всё в дыму, завтра попрошу кого-нибудь помочь растопить правильно.
Я представляю себе старую, тёмную деревянную коробку, полную дыма, в которой до нас мылся неизвестно кто, и меня передёргивает. Никогда. Ни за что. Лучше я протираться с ног до головы влажными салфетками, чем пойду туда мыться. А волосы помою... в реке? Ну уж нет, пару дней можно походить с грязной головой. Это ведь вынужденная мера.
– Ничего страшного, – отвечаю я с фальшивой улыбкой. – Лично я потерплю.
«Всё равно я скоро уеду отсюда», – думаю я про себя, но не произношу вслух. В конце концов, Илья не единственный человек с машиной в этой дыре, и если ему не нужны деньги, то кому-то другому они по-любому нужны.
После ужина я понимаю, что мне нужно в туалет, и настроение моментально портится, потому что я вспоминаю, что он есть только на улице. Если подумать, как долго я смогу потерпеть? Хотя бы теоретически?
В комнате, которую нам выделили с Асей, сестра уже вовсю разбирает вещи, раскладывая их по полкам старого комода. Я не тороплюсь это делать. Зачем, если я всё равно скоро уеду? Это было бы пустой тратой времени и сил.
– Ась, ты ходила в местный туалет? – непринуждённо спрашиваю я между делом, стараясь, чтобы голос звучал как можно более безразлично.
Аська хохочет и кивает.
– Ага. Это весело. Только лучше вниз не смотри.
– В смысле? – в ужасе застываю я.
– Ну, в дырку, – невозмутимо отвечает Ася, продолжая раскладывать свои футболки.
Я округляю глаза.
– Туалет – это просто дырка?
– Ну да, – Ася пожимает плечами с таким видом, будто это самая нормальная вещь в мире. – А ты что ожидала увидеть в деревне?
Эта информация плохо укладывается у меня в голове, но терпеть становится невыносимо. Взяв пачку влажных салфеток и телефон с фонариком, я иду к выходу.
– Куда ты? – спрашивает мама, встречая меня в коридоре.
– В туалет, – мрачно отвечаю я, не в силах скрыть отвращение в голосе.
Мама улыбается с пониманием, и я вижу в её глазах сочувствие, которое только усиливает моё отчаяние.
– Он за домом, маленькая деревянная постройка. Не забудь взять с собой бумагу.
Я киваю, чувствуя себя как перед казнью.
Туалет оказывается именно таким, как я и боялась – маленькая, вонючая деревянная будка, больше напоминающая скворечник. Запах ударяет в нос, и я едва не поворачиваю назад, но потребности тела сильнее. Я задерживаю дыхание, стараясь не смотреть вниз, и делаю всё максимально быстро. Выскочив наружу, я жадно глотаю свежий воздух и тщательно протираю руки влажными салфетками.
Нет, я точно не выдержу здесь всё лето.
***
Ни на какое свидание я конечно же не иду, и в десять вечера мы с Асей уже готовимся ко сну. Перед этим я спрашиваю у мамы, где можно умыться, надеясь хотя бы на нормальную раковину.
– Вот умывальник, – мама показывает на странную конструкцию в углу веранды – металлический круглый бачок, из которого торчит что-то вроде толстого гвоздя шляпкой вниз, а под ним ведро. Господи, за что мне всё это… Но я уже настолько устала за сегодняшний день, что сил возмущаться и рефлексировать больше нет. Я просто хочу лечь и забыться сном, чтобы этот кошмарный день наконец закончился.
Зато Ася пищит от восторга, как будто ей показали новейший гаджет, а не примитивное устройство из прошлого века. Я вздыхаю и подхожу ближе. Мама показывает, как пользоваться этим артефактом девятнадцатого века, и мы сестрой кое-как умываемся и идём спать. Кровати оказываются на удивление удобными, с мягкими матрасами и пахнущими свежестью простынями. Но я всё равно долго ворочаюсь, не в силах заснуть.
Мысли крутятся вокруг сегодняшнего дня, который кажется бесконечным. Интересно, Илья ждёт меня у креста или нет? Хорошо, если ждёт. Так ему и надо. Пусть подумает немного и поймёт, что не все девушки готовы бежать на свидание по первому его зову.
Я прислушиваюсь к каждому шороху за окном. Ночь в деревне оказывается совсем не тихой – где-то вдалеке лают собаки, стрекочут сверчки, шелестят листья деревьев. Звуки одновременно пугающие и странно успокаивающие, такие живые и настоящие, не похожие на городской шум, к которому я привыкла.
– Поля, – слышу тонкий голосок Аси из темноты. – Можно я буду спать с тобой? Мне страшно…
Её голос звучит так жалобно, что у меня разрывается сердце. Я вспоминаю, что у Аси периодически бывают проблемы со сном, особенно в незнакомых местах, и на мгновение задумываюсь о том, как оставлю сестрёнку одну, когда сбегу. Как она будет засыпать без меня? Кто будет обнимать её, когда ей страшно?
– Конечно можно, маленькая, – отвечаю я, отодвигаясь к стенке и ощущая, как внутри разливается нежность к этой очаровательной девочке, которая так безоговорочно любит меня.
Ася ныряет ко мне в кровать, прижимаясь тёплым бочком. От неё пахнет детским шампунем и чем-то сладким, таким знакомым и родным. Я нежно глажу её по волосам, и она быстро засыпает. Я смотрю в темноту, слушая ровное дыхание сестры. Может, я слишком поспешила с решением сбежать?
Нет, нет и ещё раз нет!
Я уеду при первой же возможности. Ася ведь может спать с мамой, в случае чего. Она быстро привыкнет к новому месту, ей же здесь так нравится… В отличии от меня. Я не создана для деревенской жизни, для этих примитивных условий, для этой... простоты.
Но перед глазами почему-то всплывает улыбка Ильи и его слова:
«Дай этому месту шанс… Просто доверься мне…»
Я фыркаю и переворачиваюсь на другой бок, стараясь выбросить его образ из головы…
Продолжение: https://litnet.com/ru/book/ty-pod-zapretom-b543328