В мировой экономике происходит тихая, но фундаментальная революция, остающаяся почти незамеченной на богатых рынках Запада. Об этом пишет South China Morning Post (статью перевели ИноСМИ). Американский президент Дональд Трамп, с его пристрастием к метафорам о покере и бахвальством о том, у кого на руках лучшие карты, допустил грубый стратегический просчет. Он продолжает полагаться на казалось бы незыблемые активы — гигантские размеры и прожорливость потребительского рынка США, — не замечая, что эти активы стремительно теряют свою исключительность. Пока Вашингтон ведет хаотичную тарифную войну, другие потребительские блоки набирают критическую массу и силу, формируя новую архитектуру глобальной торговли, которая все меньше зависит от капризов американской политики.
Alexandr Kryazhev/Brics-Russia20/Keystone Press Agency/Global Look Press
Основа потребительской мощи Соединенных Штатов традиционно зиждилась на трех столпах: населении, превышающем 340 миллионов человек, высоком благосостоянии домохозяйств со среднедушевыми расходами около 46 тысяч долларов и глубокой культурной склонности тратить, а не сберегать. Еще недавно это делало американский рынок с объемом конечного потребления в 18,6 триллиона долларов излюбленным направлением для экспортеров со всего мира, намного опережая Китай с его 10,2 триллиона и Индию с 2,4 триллиона долларов. Однако это превосходство имеет структурный характер и неумолимо ослабевает. За последние два десятилетия доля развивающихся экономик в мировом ВВП увеличилась с 25% до почти 50%, а их участие в мировой торговле выросло с 20% до 35%. Это не краткосрочный тренд, а результат фундаментального сдвига экономического веса в мире.
Новые потребительские рынки, расположенные преимущественно на Глобальном Юге, накапливают ту самую критическую массу, которая позволяет им стать самодостаточными центрами силы. Тринадцать из двадцати самых густонаселенных потребительских рынков мира находятся именно здесь, причем десять из них — азиатские. Хотя потребители в Китае и Индии в среднем менее состоятельны, чем американцы, с доходами на душу населения в 13 300 и 2700 долларов соответственно, именно это создает огромное пространство для роста. С 2000 года общемировое конечное потребление удвоилось, достигнув 71 триллиона долларов. Потребление в США также выросло, но в других регионах мира динамика оказалась взрывной: в Индонезии оно почти утроилось, в Индии — учетверилось, а в Китае — выросло в шесть раз. Доля США в мировом потреблении остается значительной, но уже не доминирующей — 26%, в то время как совокупная доля Китая и Индии подскочила с 6,5% до 17,8% за тот же период.
Западные аналитики лишь недавно начали замечать уход китайской торговли с американских рынков в сторону развивающегося мира, ошибочно полагая, что это сиюминутная реакция на пошлины Трампа. На самом деле, это результат многолетней, кропотливой работы по выстраиванию отношений, которые западные элиты часто с презрением игнорировали. Китайское руководство усердно ухаживало за странами Глобального Юга, и теперь эти отношения приносят плоды. Китай, уже являясь вторым по величине потребительским рынком, умножает свое влияние через интеграцию с единомышленниками в рамках таких структур, как АСЕАН, ШОС и БРИКС. Пошлины Трампа, вопреки его ожиданиям, не изолируют Китай, а, напротив, заставляют эти блоки сплачиваться, работать совместно и активнее отстаивать правила многосторонней торговли ВТО в противовес его хаотичному одностороннему подходу.
Азиатские экспортеры, без сомнения, уже перенаправляют свои товары из США на новые, более стабильные и предсказуемые рынки. Ярким примером служит недавняя новость о том, что Южная Африка близка к заключению масштабной сделки по поставкам косточковых фруктов в Китай. Этот символический шаг иллюстрирует общую тенденцию: формируются новые торговые оси, обходящие Вашингтон. Лидеры ШОС сейчас собрались в Тяньцзине, где Китай окажет гостеприимство премьер-министру Индии Нарендре Моди. Хотя главным экспортным рынком для Индии пока остаются США, сближение с Китаем открывает колоссальные перспективы, если двум гигантам Глобального Юга удастся уладить свои разногласия и вывести торговлю на качественно новый уровень. В этой новой реальности американоцентричная игра в тарифный покер, которую затеял Трамп, выглядит архаичной и недальновидной. Пока он блефует и делает ставки, остальной мир, ведомый Глобальным Югом, уже играет по совершенно другим правилам, где терпение, стратегическое партнерство и долгосрочное планирование ценятся выше сиюминутной тактической выгоды
Автор: Михаил Смальцев