"Притча о Тени и Отражении".
В одном городе, что стоял на берегу чистейшего озера, жил юноша по имени Нарцисс. Он был одарён не столько красотой, сколько невероятной способностью сиять в глазах других. Его слова были подобны шёлку, а поступки — словно выточенные искусным ювелиром, они идеально попадали в сердце того, кому были предназначены.
Он легко завоёвывал внимание: девушек одаривал стихами, точно угадывая их самые потаённые мечты; друзей осыпал щедростью, но лишь той, что была заметна всем; нуждающимся помогал так, чтобы об этом узнал весь город. Но была в нём странная черта: как только он чувствовал, что сердце другого человека полностью отдалось ему, его интерес угасал. Он не радовался чужой радости и не печалился чужой печали. Он лишь собирал эти чувства, как коллекционер бабочек, чтобы на мгновение полюбоваться ими и отложить в сторону. Эмпатии в нём не было — лишь холодное, расчётливое зеркало, которое лишь отражало чужие эмоции, чтобы обратить их себе на пользу.
Рядом с ним с самых юных лет был друг, которого звали Тень. Имя ему дали неспроста — он был тих, наблюдателен и предпочитал оставаться незамеченным. Годами Тень наблюдал, как Нарцисс, словно паук, плетёт свои изящные сети, заманивает в них людей, пьёт их восхищение, а затем оставляет их опустошёнными, сам же переходит к новой жертве. И в сердце Тени копилась не злоба, а глубокая печаль за тех, кто, обожжённый холодом Нарцисса, терял веру в доброту.
Однажды Тень пришёл к Нарциссу с лицом, озарённым искусным восторгом. —Друг мой, — сказал он, — я нашёл то, что превзойдёт всё, что ты видел. В глубине леса, куда не ступала нога человека, есть скрытый грот. А в нём — маленькое, совершенно круглое озеро. Вода в нём столь чиста и столь неподвижна, что это не вода, а идеальное зеркало. Но его магия в том, что оно отражает не лицо, а саму душу. Оно показывает того, кем ты являешься на самом деле.
Слова Тени попали точно в цель. Нарцисс, чья жизнь была построена на отражениях в чужих глазах, воспылал желанием увидеть своё истинное "Я". Ведь он был уверен, что увидит сияющий лик самого совершенства.
Они шли долго, пока не достигли глухого места. И правда, в скальном гроте лежало озерцо, гладь которого была неподвижна и прозрачна, как воздух. —Оставлю тебя наедине с тобой самим, — сказал Тень и отошёл в тень деревьев, став немым свидетелем.
Нарцисс приблизился к воде и заглянул в неё. Он увидел свои черты, но они были искажены. Вместо восхищения в глазах отражения он увидел холодный голод. Вместо доброты — расчётливую усмешку. Он увидел пустоту, которую годами пытался заполнить чужими восторгами, и бесконечную вереницу лиц — всех, кого он использовал и бросал. Они смотрели на него из глубины, без осуждения, но с бездонной печалью. Это было зеркало его кармы, и оно показывало не грехи, а причинённую боль, которую он никогда не чувствовал.
Сперва он отпрянул в ужасе. Затем, сжав кулаки, посмотрел снова, думая, что зеркало лжёт. Но образ лишь становился глубже и неумолимее. Он кричал на своё отражение, но оно молчало, лишь показывая ему его жестокое эго. Он умолял его сказать ему что-то приятное, но единственным ответом была гнетущая тишина его собственной души.
Он просидел на берегу того озера три дня и три ночи. Он не мог оторвать взгляд. Он впервые в жизни не любовался, а смотрел. И видел. И чувствовал. Сквозь броню его самовлюблённости прорвалось то, что он никогда не испытывал — жгучее, всепоглощающее чувство стыда. А за стыдом пришло сострадание — к тем, кого он обидел, и, наконец, к самому себе, заточенному в темницу собственного "Я".
Когда на четвертый день Тень вернулся, он увидел измождённого человека с глазами, полными слёз. Это были первые настоящие слёзы в его жизни. —Что ты со мной сделал? — прошептал Нарцисс, его голос был осипшим и сломанным. —Я ничего не делал, — тихо ответил Тень. — Я лишь привёл тебя к тому, что всегда было с тобой. Ты всю жизнь искал себя в чужих глазах и видел лишь приукрашенное эхо. Теперь ты увидел истину. Не для того, чтобы унизить тебя, а чтобы освободить.
Нарцисс больше не мог манипулировать. Он потерял дар, ибо его инструмент — холодное сердце — был разбит. Он сошел с пьедестала, потому что сам его разрушил. Он вернулся в город и долгие годы молча ходил по тем же улицам, но теперь он видел боль в глазах тех, кого когда-то ранил. Он не просил прощения, ибо знал, что слова ничего не значат. Он просто начал помогать. Безмолвно, незаметно, не ожидая ничего взамен. Он научился чувствовать.
Так друг проучил Нарцисса. Не местью, а правдой. Не унизив его, а показав ему его самого. И этот кармический урок был не наказанием, а милостью — жестокой, но единственной, что могла вернуть ему его душу.
Мораль: Тот, кто видит в других лишь зеркало для своего отражения, однажды может увидеть в нём такую глубину, что утонет в ней. И только тогда, пройдя сквозь тьму собственного эго, он обретёт способность по-настоящему увидеть свет в других.