В конце прошлой недели представители РПЦ выступили с резким заявлением в адрес писателя Венедикта Ерофеева, умершего еще в 1990 году. Во Владимирской епархии заявили, что произведения Ерофеева «несут деструктивный заряд, пагубный для личности и общества». В то же время в 1960-х годах Ерофеев был отчислен из пединститута за «распространение Библии». Близкие писателя в разговоре с «Такими делами» ответили на нападки РПЦ.
На минувшей неделе, 4 сентября, на сайте Владимирской епархии Русской православной церкви (РПЦ) появилось заявление, адресованное журналистам, деятелям культуры и педагогам. Епархия официально призвала их «воздержаться от романтизации и героизации» умершего 35 лет назад писателя Венедикта Ерофеева и его произведений, самое известное из которых — «Москва — Петушки».
Чтобы донести эту позицию, епархия структурировала свое заявление и разделила аргументационную часть на пять пунктов, которые пронумировала.
Так, творчество Ерофеева, уверены в РПЦ, «намеренно искажает светлый образ русского человека», носит «деструктивный и эсхатологический характер», пропагандирует порок, имеет «кощунственное представление о Боге» и лишено «нравственного идеала».
«В текстах присутствуют глубоко кощунственные пассажи, в которых бытие Бога подвергается насмешливому сомнению через уничижительные и богохульные образы (на примере икоты). Это не является формой творческого поиска или богоборчества, а есть проявление глумления над святыней, что недопустимо в культурном поле», — сказано в заявлении.
В заключение Владимирская епархия призвала «сосредоточить усилия на популяризации истинных духовных и культурных ценностей, содействующих укреплению нравственности, семьи и общества».
«Мы убеждены, что именно классическая русская литература, устремленная к поиску истины, добра и красоты, должна составлять основу образовательного и культурного пространства»
Наследница писателя Галина Ерофеева с огорчением прочла заявление РПЦ, сказала она «Таким делам», отметив, что Венедикт Ерофеев был «глубоко верующим человеком с исконно русскими корнями». Она возмутилась:
«Как в епархии вообще могут осуждать мертвого?»
В то же время, по словам Ерофеевой, нападки на писателя и память о нем уже бывали.
«Например, людей в Петушках раздражают арт-объекты в память о Ерофееве. Хотя в городе, где больше 30 лет не могут убрать лужу у вокзала, гнилые канализация и водопровод, а дороги зимой не чистятся, людям не остается больше ничего, как пожаловаться Богу и в епархию. Ведь Ерофеев виноват», — сказала наследница писателя «Таким делам».
Илья Симановский, биограф и исследователь творчества Ерофеева, в разговоре с «Такими делами» отметил, что не до конца понимает, что имеет в виду Владимирская епархия под «классической русской литературой»:
«Думается, что ни Пушкин с “Гавриилиадой” ни Гоголь, казаки которого “пропагандируют” “страсть винопития”, ничуть не хуже ерофеевских героев»
«Ни они, ни Лев Толстой, который, согласно определению Святейшего Синода, занимался “истреблением в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной”, строгого фильтра Владимирской епархии не пройдут», — отметил Симановский.
Он рассказал, что в 1962 году Венедикт Ерофеев был отчислен из Владимирского пединститута за «чтение и распространение среди студентов Библии».
«То есть Ерофеев, подвергшийся остракизму за распространение Библии среди владимирского студенчества, на новом витке истории попал в опалу уже у владимирского духовенства! Венедикт Васильевич Ерофеев почти несомненно был бы доволен тем, что его человеческая и писательская свобода по-прежнему возмущают спокойствие суровых охранителей “общества и государства”, будь они православные или атеисты», — заключил Симановский.
Венедикт Ерофеев — советский и российский писатель, самым известным его произведением стала постмодернистская поэма в прозе «Москва — Петушки», созданная в конце 1960-х годов. В центре повествования поэмы герой по имени Веничка, который путешествует на электричке из Москвы в город Петушки, а по пути употребляет алкогольные напитки. Впервые произведение было опубликовано в Израиле, в СССР оно официально не издавалось, но советские читатели были знакомы с поэмой из-за распространения текста самиздатом.
В советской литературной критике Ерофеева практически не упоминали: цензура в СССР считала «Москву — Петушки» текстом, «несовместимым» с официальной культурной политикой. Впервые поэма была издана легально в 1988 году — в журнале «Трезвость и культура», а вскоре после этого на прилавках магазинов появилась и отдельная книга «Москва — Петушки» Ерофеева.
В современной России исследователи литературы изучали «Москву — Петушки» как пратекст русского постмодернизма, вписывали произведение в концепцию карнавальной культуры Средневековья Михаила Бахтина, исследовали параллели с творчеством Карлоса Кастанеды и анализировали связь лексического строя поэмы с Библией.
Книги Ерофеева переведены на 30 языков мира. В России первое жизнеописание писателя «Венедикт Ерофеев: посторонний» вышло в 2018 году и получило самую крупную российскую литературную премию «Большая книга».
Спасибо, что дочитали до конца!
Текст: Дарья Сидельникова
Помочь нам