На прошлой неделе в «Завтра» публиковался обзор саммита ШОС, центральным событием которого стала встреча китайского и индийского руководителей. Нахождение Китая в центре дипломатических сюжетов продолжилось и после завершения саммита: гости поехали в Пекин, что находится неподалёку от принимавшего ШОС Тяньцзиня, где приняли участие в параде в честь 80-летия победы над Японией и завершения Второй мировой. Сам по себе парад представлял интерес с позиции разговоров о китайских военных амбициях: военный бюджет в 314 миллиардов долларов (в два с лишним раза больше, чем у нас и в три с лишним раза больше, чем у Штатов) не сходится с тем, что китайскую армию в деле мир последний раз видел в конце 1970-х – не будем считать стычки у Тайваня и на спорной границе с Индией. Множество новых видов вооружения и старательное подчёркивание того, что разработка учитывала опыт последних военных конфликтов, двигающих искусство боя вперёд, выглядело впечатляюще, но не слишком убедительно: в конце концов, мы на примере собственных парадов видели, как представление стратегов, инженеров и завхозов о войне будущего рассыпается о резкий приход этого самого будущего. Множество экспертов по вооружениям (настоящих, а не продающих ножи знатоков всего на свете) отметило, однако, продемонстрированную на параде многопрофильность китайского ВПК, которая в сочетании с мощью сильнейшего производства на планете и самой многочисленной армии в теории – и не дай бог дождаться практического применения – делает Китай военной сверхдержавой. Но объективы прессы со всего мира – прямо ли или опосредованно – смотрели на проходящие по площади Тяньаньмэнь колонны лишь краем глаза: основной интерес представляли пекинские гости.
В «Гардиан» вскоре после парада прошла новость, наделавшая шуму и перепечатанная многими в том числе и у нас. Материал вывален из-под пера Петрухи Сауэра – это их штатный российский корреспондент, не бывавший в России уже давно, а также сынок Дерка Сауэра, основателя «Москоу Таймз» и «Индепендент Медиа» да ещё и морехода-любителя, отправившегося исследовать морские глубины в июле вопреки свойству не тонуть. Так вот, в соответствии с рассказом этого не имеющего никаких причин лгать о России достойнейшего человека и сына ещё более достойнейшего человека, лидеры РФ и КНР на площади Тяньаньмэнь мерзко хихикали и обсуждали, как бы дожить до 150 лет, дабы угнести побольше честных людей и вторгнуться в ещё большее число свободных демократических стран. Справедливости ради, о новых технологиях в медицине и биологии они действительно разговаривали – это подтвердил позже и сам Путин – но вот сюжеты про дряхлеющих тиранов, трясущихся над своим здоровьем и намеренных править до китайской Пасхи, выдумал уже пропагандист из Британии (чей султан, как известно, молод и свеж). По мелочам всякие «Уолл-стрит Джорналы» что-то там бубнили про то, что Путин дал Си разрешение напасть на Тайвань (хотя обычно в рамках рассчитанного на самого глупого читателя сюжета в большой западной прессе это Си даёт Путину указания). Словом, такая скудность новостей призвана выжать солёные мелочи из действия столь значительного и сюжета такого крупного, что весь его масштаб едва ли осознаётся профессиональными дегенератами из англоязычной прессы. Действие это состояло в фактическом подтверждении двух сюжетов.
Во-первых, триумвират из гигантов Евразии оформился во плоти фактических интересов и амбиций. Остались в прошлом абстрактные рассуждения про многополярный мир, «Глобальный Юг», вызов западному владычеству: налаживать контакты, откладывать в сторону старые распри и ускорять работу заодно пришлось из-за возросшего давления со стороны если и не всего западного владычества, то конкретного его владыки. О том, как Дональд Трамп – активно, кстати, критиковавший своего оппонента по имени Джо за его подталкивание России в объятия Китая – толкнул в объятия России (и Китая тоже) Индию, рассказывалось как в прошлом номере, так и в тексте в рубрике «События» в начале августа. Не поймите неправильно – бизнес есть бизнес и сами по себе угрозы санкциями за намерение продолжать покупать российскую нефть ничем страшным или необычным не являются (тот же Байден регулярно угрожал вторичными санкциями и кое-кто в Эмиратах и в Турции под эти санкции даже попал). Прибыль всегда стоит выше политических стремлений и случайному индийскому нефтяному барыге не было бы дела до казуса Украины и ворчания Трампа, если бы в Вашингтоне не решили раздуть свою национальную гордость за счёт тыканья острой палочкой в индийскую национальную гордость. Тыкали, что характерно, так смело, будто думали, что никакой гордости и нет: начиная от самого Трампа, который заявил, что добьёт мёртвые экономики России и Индии своими вторичными санкциями, заканчивая советником Дональда Питером Наварро, объявившим, что стремление самостоятельно выбирать источники закупок нефти является высокомерием. В период с 2021 по 2024 было легко и приятно ругать прошлую администрацию за отсталость и желание спрятаться от ледяного ветра истории в тёплой норке знакомых конструктов Холодной войны. Сейчас же оказывается, что во временах не Холодной войны, а «тучных девяностых» (а в Америке наши «лихие» называются именно так) застряла уже новая администрация. Строго говоря, такое отношение к торговым партнёрам не позволял себе даже Билл Клинтон, но дело здесь не в тоне неприкрытого хамства, а в соотношении сил – эпоха владычества ушла, а любители дразнить избирателя ностальгией по этой эпохе ведут себя так, словно всё ещё сильны.
Во-вторых, сбор в формате «все кроме Запада» в китайской столице по поводу именно завершения Второй мировой стал выражением претензии на руководство послевоенным устройством мира. Современную систему международных отношений можно называть «Пост-Беловежской», «Пост-Хельсинкской», «Пост-Тегеранской» или «Пост-Версальской», но факт того, что последнее грандиозное сотрясение самих основ мира завершилось именно принятием акта о капитуляции побеждённой стороны американским генералом на базе американского же авианосца, давало Штатам легитимное право на формирование сюжетов о том, чем и как закончилась Вторая мировая. Итоги этого мы все знаем: теперь каждому известно, что в войне победило Французское Сопротивление (Жак-Франсуа поцарапал машину ужинавшему с его женой офицеру вермахта), упрыгавшие из Дюнкерка британские войска (премьер-алкоголик напутствовал победителей вдохновляющей речью «брглбрлглгавернмент»), ну и, разумеется, американские морпехи, выдавшие военный кредит куче камней посреди Тихого океана и закрепившие успех атомной бомбардировкой японских городов. Все эти частности формируют картину мира, вращающегося вокруг Западной Европы и Америки, а также имеющего в своей основе интересы и обиды еврейского народа. Великая отечественная в этой картине находится по степени своей важности где-то рядом с прошлогодним снегом, все потери России смазываются рассказами о стократно превышающих потерях от кровавого Gulag (точно как погибшие китайцы не считаются, так как Мао больше голодом заморил), ну а главным пострадавшим от преступлений нацизма объявлены евреи – в общем-то, как между строк повторяют немецкие политики и прибалтийские чиновники, если бы не всё это досадное недоразумение вокруг них, разнообразные Оскары Дирлевангеры считались бы в целом не такими уж и плохими ребятами. Так вот, встреча в чисто американскую дату без участия Америки явилась открытым вызовом этой сюжетной монополии. В конце 2010-х в городской либеральной среде было принято посмеиваться над российским официозом, который подобно Катону повторял про недопустимость переписывания итогов последней мировой войны: но в отрыве от неказистой формы этих повторений и номинальной приверженности статусу-кво в их основе лежала дерзкая и смелая попытка оспорить упомянутую монополию, объявить себя центром альтернативной трактовки оснований мироустройства. В этом смысле парад в Пекине, где в центре внимания находились руководители России и Китая не просто стал ответом на очередную шизофрению Дональда, что в мае объявил США победителями во Второй мировой (много чести – по поводу каждого его вопля устраивать парад), но и декларацией формирования этой альтернативной трактовки, выхода известной каждому у нас истины на глобальный уровень. Выражением этого стали слова Си насчёт того, что во Второй мировой победили именно Россия и Китай. Где были грандиозные победы Китая – вопрос десятый, но экспорт лишённого западоцентричности взгляда на коренное событие нынешнего мироустройства – грандиозная задача. Опасность этой задачи в том, что на стороне врага – десятилетия умелой пропаганды, выращенные в нужных кондициях поколения, Стивен Спилберг и Эли Визель, флаги над Иводзимой и корабли в Дюнкерке.
В ответ на пекинский парад Запад был обязан продемонстрировать всему миру свой успех, свой контроль над повесткой дня. И 4 сентября, на следующий день после праздника в Пекине, миру был явлен очередной саммит «коалиции желающих», по результатам которого господа желающие вновь ни до чего не договорились, поэтому набрали Трампа. Трамп пожелал всем собравшимся удачи и хорошего настроения, а в ответ на требование ввести новые санкции против России посоветовал европейцам ввести их самим – в частности, перестать покупать российские газ и нефть. Словом, опять ни до чего не договорились. Но в сюжете с саммитом атлантистов интерес тоже представляют два момента. Во-первых, на публике появился мсье Макрон. Неделю с лишним до того он где-то пропадал и несмотря на разворачивающийся во французской верхушке политический кризис (который уже за последние годы?) соизволил до своего исчезновения подать голос лишь в формате видеоприветствия участникам турнира по какой-то карточной игре. Видимо, именно в качестве реакции на это в Штатах врагами Трампа был запущен сюжет о том, что Дональд помер. Во-вторых, упомянутый Дональд вновь начал говорить, что проект суперсанкций против России лежит у него на столе, но подписывать он его пока не будет. При этом о том, что же за суперсанкции ему нарисовали его советники, никто не знает – раз уж даже санкционный козырь в виде вторичных ограничений за закупку российской нефти та же Индия просто проигнорировала. Не сюрприз, что по итогам беседы «Бильд» написал, что европейские лидеры остались крайне разочарованы Трампом, а в его желании вводить новые санкции не верит уже никто. Дональд постепенно переводит войну на баланс Европы и что Европа намерена с этим делать – большая загадка. Безынициативность Трампа объяснима: осень – время согласования внутриамериканских бюджетов, а значит, сейчас у него потребуют не только отчёта о том, где же все описанные триллионные прибыли от введения тарифов (которые судебная система хочет запретить ему вводить), но и об эффективности внебюджетного законопроекта, принятого летом. Рост госдолга, подорожание обслуживания этого самого госдолга, голод привыкших наедаться досыта уважаемых людей и необходимость либо поднимать налоги, либо резать кого-то из заготовленных заранее свиней – на фоне таких внутренних проблем Трампу станет не до активности на внешних направлениях, так что ценой внутриамериканской свары весь мир немного передохнёт от бесконечных миротворчеств Дональда.
Называть встречу на китайском параде «эпохальной», «исторической» или «переломной», как это принялись делать наши СМИ, заимствуя худшие практики хайпожорства у американских телеканалов, не стоит. Но китайский парад стал моментом, когда старые знакомые взглянули друг на друга и на себя новым взглядом. Давление из Америки и тотальная некомпетентность Европы не оставляют евразийскому триумвирату выбора – придётся делать континент меньше, налаживать связи и торговать друг с другом в обход чужих угроз. Разумеется, как и любой триумвират, он обречён на внутренние склоки и на развал – причиной тому послужат пакистанский вопрос, конкуренция торговых путей во всё ещё богатую Европу, отношения с региональными центрами силы и с внешними игроками или же любые другие принципиально нерешаемые противоречия. Но время, которое позволяет выиграть ситуативный союз непохожих соратников, будет потрачено на усиление, позволяющее выйти совершенно другими из состава союза, созданного под давлением Трампа и по его, кажется, осознанной стратегии.
Илья Титов