Третье сентября в этом году пришло, но не ушло — по крайней мере, применительно к геополитической схватке вокруг Украины. Только особо дотошные политические наблюдатели с особо хорошей памятью вспомнили в минувшую среду, что в этот день истекал срок выкаченного Трампом России в июле ультиматума. Хотя речь идет о событии, чей «возраст» исчисляется сроком всего в несколько недель, казалось, что мы вспоминаем о чем-то из позапрошлой политической эпохи — до встречи Путина и Трампа на Аляске. Но, с психологической точки зрения, теперь и это рандеву в Анкоридже тоже подернуто «пеленой времени»: президент США и члены его свиты вновь активно заговорили о санкциях против России.
Итак, новый день — или, вернее, новая эра — все никак не наступают. Мы постоянно скатываемся к повторению того, что, казалось бы, было уже пройдено. И такой «день сурка» является отражением объективных противоречий между ведущими действующими лицами украинского кризиса — противоречий, которые не дают ситуации сдвинуться с места. В Кремле считают, что Россия медленно, но верно добивается на Украине своих целей. Поэтому в Москве не намерены останавливаться на достигнутом и не испытывают ни малейшей тяги к половинчатым решениям и полупропеченным компромиссам.
Европе, как я же много раз писал, компромиссы сейчас тоже не нужны. Каждый день, каждый месяц и каждый новый год вооруженного противостояния Москвы и Киева воспринимается «союзниками» Украины как своя победа, как свой выигрыш во времени. Европейцам не важно, что Украина все больше стачивается, все больше теряет ресурсы, которые потом будет очень сложно восполнить. В их глазах страна Зеленского - один большой ресурс, который можно и нужно использовать на всю катушку. Эта «катушка» дает Европе время перевооружиться, перестроить свою экономику для того, чтобы чувствовать себя более уверенно в ходе своего «диалога» с Россией.
Страны Старого Света готовы щедро оплачивать этот свой выигрыш во времени. И это подталкивает Зеленского — да и всю нынешнюю украинскую верхушку — к отказу от компромиссов. Продолжение боевых действий в течении неопределенного периода времени является для первого лица киевского режима политически более комфортным и более безопасным. Выбирая между безопасным будущим для Украины и безопасным настоящим для себя лично, Зеленский делает вполне естественный в его случае выбор в пользу себя родимого.
И, наконец, последний значимый участник игры — Дональд Трамп. Трампу украинский конфликт откровенно мешает. Его прекращение — это для него вопрос сохранения политического лица. Но президент США показывает себя как политик, который несмотря на всю свою громкую риторику не умеет последовательно настаивать на своем и жестко проталкивать выбранный им вариант решения. Трампу хочется найти простое решение очень сложной проблемы. А когда такое простое решение все никак не находится, он начинает суетиться, злиться, маневрировать, всем угрожать и устраивать новый «день сурка».
Важный дисклеймер — обязательный для каждого материала на тему украинского мирного процесса: возможно, за кулисами происходит нечто, о чем мы не знаем и чего мы не можем даже предположить. Но если это нечто является лишь плодом наших фантазий, то прорыв в украинском мирном урегулировании возможен только после того, как российская армия обеспечит прорыв фронта. Это мгновенно изменит всю «политическую арифметику» украинского конфликта. Конечно, в этом случае условия России в этом случае могут стать более жесткими, чем они есть сейчас. Но Зеленского это не очень беспокоит. Ведь тогда он будет не лидером, который «все сдал» в условиях, когда фронт еще не обрушился, а жертвой обстоятельств, политиком, у которого просто не было иного выхода.
Для Зеленского это очень и очень важно: украинских экстремистов националистического толка он всегда боялся и по-прежнему боится больше всего. И проблема здесь не только в личных фобиях киевского начальника. Есть масса признаков того, что значительная часть украинского населения желает скорейшего прекращение конфликта на практически любых условиях. Но это желание носит политически не оформленный характер, не приобретает форму жесткого давления на режим. Получается, что у Зеленского в настоящий момент нет никаких стимулов к скорейшему прекращению конфликта. Ему выгоден нынешний «день сурка»: он продлевает срок его пребывания у власти и срок его прагматичного альянса с европейскими лидерами.
Подводим итог. Киев примет то, что, с точки зрения Москвы, является единственным правильным решением только тогда, когда исчерпает все прочие варианты. Европа тоже будет сопротивляться такому правильному решению до последнего. Ну а Трамп будет топтаться на месте и делать вид, что он рулит процессом. Такое вот в 2025 году у нас «третье сентября» - и в 2026 году, возможно, тоже.
Автор: Михаил Ростовский