Шелк скользил по коже, холодный и безжизненный. Синее платье. То самое, которое выбрал Михаил. Оно сидело безупречно, подчеркивая каждую линию фигуры, каждый изгиб. Но в зеркале Марина видела не женщину, а манекен, одетый для важной сделки.
Она сделала последний штрих — легкие духи с ароматом жасмина, едва уловимые. Михаил ненавидел резкие запахи.
-Ты должна пахнуть дорого, но не вызывающе, — говорил он. Как будто она была частью интерьера его дорогого автомобиля.
Звонок в дверь прозвучал ровно в семь. Сердце Марины неестественно громко стукнуло о ребра. Она поправила складку на платье и пошла открывать.
В дверях стоял Дмитрий. В темном, но элегантном костюме, без пиджака, на руке он держал тот самый. В его руках был изящный букет из белых орхидей.
— Марина, добрый вечер, — он улыбнулся, и его глаза, теплые и светло-карие, встретились с ее взглядом. В них не было привычной ей оценки, холодного сканирования. Был искренний интерес. И восхищение, которое он даже не пытался скрыть.
— Добрый вечер, Дмитрий. Проходите, пожалуйста. Михаил… задерживается.
— Ничего страшного. Это даже хорошо, — он протянул ей цветы. — Для вас. Белые орхидеи. Они не такие вычурные, как каттлеи, и не такие простые, как фаленопсисы. В них есть характер. Мне показалось, они вам подходят.
Марина взяла букет, пальцы чуть дрогнули.
— Спасибо, они прекрасны. Так неожиданно.
— Вовсе нет. Просто я давно хотел это сделать, — он вошел в прихожую, его взгляд скользнул по ней, но не как у Михаила — проверяющий, а как у ценителя прекрасного. — Вы потрясающе выглядите. Это платье… на вас оно просто оживает.
В его тоне не было и намека на панибратство. Только чистая, почтительная галантность. От этого Марине стало и тепло, и неловко одновременно.
— Михаил выбрал, — автоматически ответила она и тут же пожалела, словно унизила и платье, и комплимент.
— У него безупречный вкус, — легко парировал Дмитрий, но в его глазах мелькнула тень чего-то другого — понимания? Сожаления? — Но дело не в платье, поверьте.
Она повесила его пиджак в шкаф, чувствуя на себе его взгляд. Молчание стало затягиваться, но оно не было неловким. Было… наполненным.
— Пойдемте в гостиную, я приготовила аперитив, — предложила Марина, стараясь говорить ровно.
— С удовольствием.
Они вышли из прихожей. Дмитрий шел рядом, не пытаясь завладеть пространством, как это делал Михаил. Он просто был рядом.
— Как ваши дела? — спросил он, отхлебывая мартини, который она ему налила. — Михаил сказал, вы помогаете ему с отчетами по «Северному проекту». Довольно сложная документация.
Марина удивилась.
— Вы знаете об этом?
— Конечно. Он хвалил вашу собранность и внимательность. Говорил, что вы единственный человек, которому он может доверить такие вещи без лишних вопросов.
Это прозвучало как упрек. Михаил «хвалил» ее именно так — как хвалят эффективный инструмент. Но из уст Дмитрия это прозвучало иначе. Как признание ее ума, а не просто исполнительности.
— Я стараюсь не подводить, — опустила она глаза.
— Вы не смогли бы подвести, — мягко сказал он. — В вас скрыта сталь, Марина. Я это вижу.
Она подняла на него взгляд, пораженная. Никто и никогда не говорил с ней так. Никто не видел в ней ничего, кроме красивой оболочки и покорности.
В этот момент послышался звук ключа в замке. Атмосфера в комнате мгновенно переменилась. Тепло и легкость вытянулись, как струна, и лопнули. Марина инстинктивно выпрямилась, лицо ее снова стало гладким и невозмутимым полотном.
В дверях появился Михаил. Его взгляд, холодный и оценивающий, мгновенно снял с них обоих мерку, задержался на букете орхидей на столе, на бокале в руке Дмитрия, на легком румянце на щеках Марины.
— Я опоздал, — произнес он без тени извинения, снимая пальто и бросая его на стул. Его движение было резким. — Начали без меня?
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))