Эту историю я рассказываю едва ли не каждый год, потому что она - добрая. А еще...потому что, благодаря профессии, я встречала таких интересных и добрых людей, что было бы огромным упущением о них не написать! Сейчас сами поймете, почему.
Итак, одно время среди моих, теперь уже бывших, коллег было модным поветрием заводить дома специфических зверушек. Один мечтал о какой-нибудь дикой кошке, типа рыси. Или камышового кота. Кто-то хотел гигантских размеров попугая! А самые приземленные размышляли о шиншиллах или енотах. Дескать, милые они, забавные, поддаются дрессировке! Перед друзьями похвастаться можно. И, в принципе, если сходить на свидание с теми же енотами - благо, есть в Питере заведения, где их "подают" - то после можно ринуться в питомник и - купить себе подобную "игрушку"!
Тогда она стоила - с паспортом! - 25 000! А я вспоминала другую историю. Когда сидели мы с героем данной публикации в Багратионовском сквере, я ела мороженое, он - курил и постоянно поглядывал на часы. Потому что дома его ждал... Словом, все по порядку!
Итак! Моему приятелю Роману бывшая жена не оставила после развода ничего. То есть, почти ничего. Ему достался, как в сказке про "Кота в сапогах", только енот, которого жене подарили ее веселые нравом подруги "на развод" (как на девичник). Правда, остались еще дача, которую не стали делить по причине ветхости, и старенький автомобиль, но не суть.
Так вот. На дворе стояло жаркое лето. Роман съехал на эту дачу. И пришлось взять с собой Филиппа (так звали енота по паспорту), потому что жена его демонстративно не взяла. Кстати сказать, Роману несказанно повезло, что он и в то время работал на удаленке, поэтому они с Филиппом приготовились жить-поживать да добра наживать. Но Роман вдруг ушел в грусть-тоску. Да так, что как-то оставил енота ночевать на даче одного.
Про Филиппа он вспомнил через двое суток. Помчался на дачу, а там его ждал самый настоящий погром! Оставшись без хозяина и корма, енот перевернул все, что только можно было перевернуть. И что нельзя – тоже. По рассказам Романа, в доме не было ни единой целой вещи. В тазу, в котором он сам опрометчиво замочил белье, были замочены также все оставленные на видном месте гаджеты и зарядные устройства. Шторы на окнах были оборваны. Перо из подушек вытащено. Даже ватное одеяло было частично распотрошено, будто по нему стреляли разрывными патронами с близкого расстояния.
В тот момент мужчине хотелось только одного: схватить это существо и отвезти его обратно в питомник. Бесплатно. Но пока он, в психозе, набирал в телефоне адрес питомника, енот подошел к нему и обнял за ногу, вцепившись когтями в штанину. Такого развития событий Роман не ожидал, отодрал Филиппа от штанины, взял на руки, и в этот момент одичавший без хозяина за двое суток зверь укусил его за нос! Кровища, конечно, все такое! Роман кричит, енот мечется по периметру! Спать не на чем, есть нечего…
Кое-как успокоились оба. Отловил Филиппа, надел шлейку, посадил в машину. Руки исцарапаны, на носу лейкопластырь. Зверь замер на заднем сиденье, видимо, понял, что переборщил. Поехали за продуктами. Заодно купили новые шторы и пару комплектов постельного белья.
Весь вечер енот вел себя благоразумно, не покидая своего места на кухне. Правда, пару раз порывался новую штору "нечаянно" зацепить. Спали рядом.
Утром Роман увидел в клочья разорванные летние штаны. Аккурат ниже колена. Филипп с ангельским видом сидел в кресле…День за днем времени на воспоминания о прошлом оставалось все меньше. Мало-помалу, сделали на даче небольшой ремонт. Приютили приблудившегося с чужой дачи кота.
В сентябре позвонила бывшая жена и потребовала Филиппа назад: какая-то из подруг организовала свой бизнес, где устраивала с енотами фотосессии. И жена своего енота ей продала.
- Я не отдам Филиппа, - сказал Роман. – Я его усыновил.
И выслал жене оформленный в фотошопе разворот паспорта с пометкой "Дети" - Филипп Романович Кузнецов. Сын.
P.S. Питомец в доме - к семье.