Евгений Семеняко – о том, чем адвокатура близка его духу, как стала родным домом и почему другого быть не может 21 сентября (8 ноября) свой 75-летний юбилей отметил первый вице-президент ФПА РФ, президент АП г. Санкт-Петербурга Евгений Семеняко, в 2003-м возглавивший только что созданную Федеральную палату адвокатов и в статусе президента стоявший на страже корпоративных интересов на протяжении долгих 12 лет.
Нет нужды говорить о том, кем для адвокатуры является Евгений Васильевич, поэтому в преддверии знаменательной даты мы постарались разобраться, чем адвокатура является для него.
О пути в адвокатуру
Не могу сказать, что с детства мечтал стать адвокатом. Более того, ни в школе, ни в университете я тоже себя адвокатом не представлял. В студенческие годы меня больше влекла юридическая наука, а получив рекомендацию в аспирантуру к великому профессору Олимпиаду Соломоновичу Иоффе, выдающемуся цивилисту, заведующему кафедрой гражданского права, я тем более ни о какой практической деятельности и не помышлял. Но у судьбы или его величества случая в отношении меня были другие планы. По причине каких-то бюрократических ошибок, случившихся в университете, я мог приступить к учебе лишь через год. И О.С. Иоффе договорился с тогдашним председателем президиума ЛГКА, что этот год я проведу в качестве стажера адвоката. И мне опять повезло, хотя в тот момент я об этом не подозревал: судьба подарила мне встречу с человеком, который на многие годы стал моим учителем, наставником и другом. Это был блистательный ленинградский адвокат Бениамин Владимирович Бриль. К сожалению, в рамках данных заметок я вынужден ограничиться лишь таким кратким упоминанием, но именно эта встреча и всё то, что она повлекла за собой, заставили меня заболеть адвокатурой. И 11 месяцев спустя, когда надо было возвращаться к аспирантским делам, я уже стал сомневаться, так ли уж я нужен науке, а она – мне. Завершая ответ на этот вопрос, упомяну, что через год я оставил очную аспирантуру и вернулся в уже ставший мне родным коллектив 10-й юридической консультации. Это было в 1974 году.
ОБ УЧИТЕЛЯХ
60–70-е годы прошлого века для советской, и в частности ленинградской, адвокатуры были временем, когда в нашей профессии блистала плеяда выдающихся адвокатов, людей высокопрофессиональных, талантливых, независимо мыслящих, блестящих ораторов и невероятно преданных нашей профессии. Кроме Б.В. Бриля в эту «могучую кучку» входили знаменитые ветераны Я.С. Киселёв и Я.И. Горнштейн, более молодые, но столь же талантливые Г.П. Ярженец и С.А. Хейфец, М.С. Драбкин и Г.З. Кайданов, А.С. Экмекчи, В.А. Ноткин, Я.Н. Яппу и многие другие, кто составлял круг общения моего наставника. И именно в это сообщество вовлек меня, а также некоторых моих друзей и однокашников Бениамин Владимирович.
Общение с этими людьми не только формировало правильные профессиональные ориентиры, но одновременно было фантастической гимнастикой для мыслей и чувств, которые меня переполняли. Посиделки в консультации после трудового дня, обсуждение наболевших тем или острых общественных событий, участие в спектаклях адвокатского театра, капустниках, диспуты о профессии и этике, судебных процессах и речах – это было всегда ярко, живо и интересно. Такое не забывается. Вместе с тем наши старшие товарищи не чурались общения и с нами. И когда у нас в городе возник первый адвокатский дискуссионный клуб, наши мэтры охотно присоединились к сообществу молодых и активно участвовали в наших встречах. Вспоминая те времена, понимаешь, какую великую школу профессии и этики адвокатской деятельности посчастливилось нам пройти под водительством наших учителей и как порой хочется поделиться этим опытом с нынешними молодыми.
О ЗАКОНЕ ОБ АДВОКАТУРЕ
Действующий с 1 июня 2002 года Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации имеет исключительное и определяющее значение для настоящего и будущего отечественной адвокатуры. Пользуясь возможностью, хочу в очередной раз обратить внимание уважаемых коллег-адвокатов, что этим законом была восстановлена историческая линия, берущая свое начало в знаменитой александровской Судебной реформе, создавшей российскую присяжную адвокатуру, главными принципами которой провозглашались независимость, корпоративность и самоуправление. Этот путь развития нашего профессионального сообщества был прерван на три четверти века, и 20 лет назад принятием нашего адвокатского закона историческая справедливость и миссия адвокатуры в обществе и правосудии были восстановлены. В то же время необходимо сознавать, что адвокатура – это живой организм, нуждающийся в дальнейшем развитии и совершенствовании в качестве института правового государства и гражданского общества.
О ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПАЛАТЕ АДВОКАТОВ
Организационной основой единства адвокатской корпорации, ее реальной скрепой стала Федеральная палата адвокатов. Предпринимавшиеся прежде попытки консолидации адвокатского сообщества в единый организм успеха не имели. И лишь наш адвокатский закон 2002 года сделал возможным реальное объединение коллег-адвокатов на федеральном уровне. В свою очередь именно ФПА смогла отстоять, защитить Закон об адвокатуре от неоднократных попыток вернуть корпорацию под контроль государства. И, поверьте мне как человеку, 12 лет исполнявшему обязанности президента ФПА и сейчас активно в ней работающему, этих попыток было много, и всегда нам предстояла серьезная борьба с теми, кто не мог смириться с независимостью нашего профессионального сообщества. Убежден, что только настоящее единство, доверие и поддержка органов адвокатского самоуправления на всех уровнях в нашей профессиональной среде могут служить достойным противодействием такого рода попыткам.
ОБ АДВОКАТСКОЙ ЭТИКЕ
Как клятва Гиппократа для медиков, как присяга для военных, так и Кодекс профессиональной этики адвоката с принятием Закона об адвокатуре стал неотъемлемым атрибутом нашей профессии. Вобравший в себя исторический опыт, традиции и практику наших предшественников, Кодекс стал сводом правил профессионального поведения, образцом отношения к чести и достоинству профессии.
Значимость Кодекса в том, что он не только определяет процедуры вхождения в адвокатуру и утраты статуса адвоката, допустимость или недопустимость того или иного поведения, но еще служит реальным воспитательным целям. Как человек, достаточно осведомленный о причинах многих дисциплинарных нарушений со стороны адвокатов, полагаю, что большая их часть связаны с элементарным незнанием или непониманием норм Кодекса. В этой связи позволю себе предложить некую новацию: на мой взгляд, уместно и полезно ввести отдельный экзамен в форме собеседования по нормам КПЭА.
О БУДУЩЕМ АДВОКАТУРЫ
На этот вопрос можно отвечать бесконечно долго или весьма коротко. Но я как оптимист по натуре предпочту именно краткий ответ.
Как известно, адвокатура относится к числу древнейших профессий (в хорошем смысле этого слова). Как и медицина, она является непременным спутником цивилизованного общества и его членов. В силу этой ее сущности любые общественно-политические катаклизмы не могут привести к ее ликвидации. Мне представляется, что наша страна в обозримом будущем всяко не собирается покидать цивилизационное пространство. Но еще более обнадеживает тот факт, что люди, граждане, в каких бы условиях они ни жили, не смогут избежать имущественных, трудовых, семейных конфликтов, не перестанут совершать правонарушения, спорить о наследстве, авторских правах и т. д. А при всех этих обстоятельствах им всегда понадобится человек, который в нашем законе именуется советником по правовым вопросам, а проще говоря – адвокат. Поэтому, уважаемые коллеги, друзья, не будем опасаться скорой кончины нашей профессии, а будем верить, что она всегда будет востребована, потому что она всегда нужна людям.
О СВОБОДЕ В ПРОФЕССИИ И ЖИЗНИ
Оглядываясь с высоты своего, увы, почтенного возраста назад, я порой задаю себе вопрос: почему именно адвокатура стала моим пристанищем, моим домом? С годами пришло осознание, что по-другому быть не могло, поскольку всегда что-то во мне буквально восставало при мысли, что надо мной кто-то начальствует и пытается что-то диктовать. И довольно скоро я понял: то, что над тобой никто, кроме твоей совести, не стоит и не управляет твоим выбором, дарит упоительное чувство личной свободы и независимости. И в этом великое достоинство нашей профессии. Осознание этой свободы как важнейшей ценности адвокатской деятельности – непременное условие ответственного, осознанного и бесстрашного исполнения своего профессионального долга. Наша профессия несовместима с малодушием, угодничеством, беспринципностью, которые и являются признаками несвободы.
ОБ ОРДЕНАХ И МЕДАЛЯХ
По мере укрепления духа корпоративности, обретения признаков независимого профессионального сообщества в адвокатской среде всё чаще стали раздаваться голоса коллег, которые были справедливо недовольны застарелой традицией российских властей не одаривать своим благосклонным вниманием представителей адвокатуры. Один пример. За всё время с 1917 года и по сей день единственным адвокатом, отмеченным государственной наградой – орденом Трудового Красного Знамени, был ленинградец Я.С. Киселёв. Такой награды, как звание заслуженного юриста России, были удостоены буквально единицы.
Весьма показательным примером отношения представителей власти к адвокатам служит моя личная встреча с министром юстиции того времени В.В. Устиновым, пришедшим на этот пост с должности генерального прокурора РФ. По представлению Совета Адвокатской палаты Московской области я встретился с министром и передал ему просьбу коллег о поощрении одного весьма уважаемого и заслуженного адвоката. В ответ господин В.В. Устинов заявил буквально следующее: «Адвокат служит частным интересам и по определению никаких заслуг перед государством иметь не может. Поэтому – без обид, пока я министр, никаких наград адвокатам не будет». И он сдержал свое слово.
Эта история имела продолжение. На встрече с адвокатами одной из палат некоторые коллеги высказали пожелание, чтобы ФПА добилась установления государственного праздника в честь адвокатов, поощрения их государственными наградами наравне с судьями и прокурорами и т. д. Отвечая коллегам, я вынужден был рассказать о разговоре с министром. И тогда же предложил всем нам пойти иным путем: самим учредить наш профессиональный праздник – День российской адвокатуры, установить свои, адвокатские награды – ордена, медали, другие знаки отличия. Доложив эти предложения на Совете ФПА, я получил полную поддержку и одобрение. Не скрою, это было очень приятно.
Должен сказать, что система наших корпоративных наград и праздников получила развитие. Так, по предложению Юрия Сергеевича Пилипенко Федеральная палата учредила Национальную премию в области адвокатуры. Необходимо отметить, что по прошествии времени с нашим праздником нас поздравляют руководители правительства страны и администрации президента, главы высших судебных инстанций и правоприменительных органов. Более того, наши награды с уважением и благодарностью принимают сами представители власти.
О ДРУЗЬЯХ И СОРАТНИКАХ
Из предыдущих ответов, думаю, достаточно очевидно, что я человек общительный, хотя пришлось преодолеть немало комплексов для превращения провинциального краснодарского паренька в столичного (или околостоличного) жителя. А если серьезно, то освободиться от страха перед залом, робостью перед публичными выступлениями, от сомнений в способности оправдать оказанное доверие, постепенно преодолевать эти комплексы мне очень помогли люди, о которых я уже упоминал, – мои замечательные учителя и наставники. Но не только они. Так уж случилось, что вторая моя удача в жизни – это круг людей, близких мне по духу, по взглядам, пониманию, что такое хорошо, а что такое плохо. Я по натуре человек «влюбчивый» в том смысле, что мне часто интересны люди, обладающие теми талантами, способностями, которых сам я лишен. А наша профессия дает безграничный простор для знакомства и общения с новыми людьми, да еще в разных жизненных ситуациях. Вот так за жизнь сложился круг самых близких друзей, моих единомышленников, с которыми мы можем спорить или соглашаться, но в общении с которыми я всегда уверен в их надежности и человеческой добротности. И в этом смысле, убежден, мне очень повезло.
О СЕМЬЕ
Некоторые полагают, что всем хорошим в них они обязаны книгам. А я лично убежден, что всем хорошим обязан папе с мамой. И искренне считаю: многое из того, что получил от них, я обязан передать своим любимым внучечкам. Всей своей жизнью родители дали мне пример верности друг другу. Для них семья и мы, трое детей (двух сестер уже нет с нами), были главной заботой, главным смыслом их жизни. К сожалению, родителей уже нет, и в этом моя неизбывная печаль. Моя собственная семья образовалась еще в студенческую пору и в неизменном виде существует уже 52 года. Таким образом, имею право объявить: постоянство свойственно мне только в браке. Мы с женой не последовали примеру родителей и имеем лишь одного наследника – сына Максима. Он тоже адвокат, известен в нашем профессиональном сообществе и, как мне представляется, имеет вполне достойную репутацию. А если упомянуть мою невестку и племянников, тоже адвокатов, то наша большая семья по праву может претендовать на звание адвокатской династии.
Больше интересных статей читайте в выпусках журнала "Российский Адвокат" - ссылка на архив здесь.