***
Ноги сами привели его на то место. Впервые за сто лет Пеппино стоял перед своей прежней мастерской и немало труда ему стоило разрешить себе открыть эту дверь, спуститься по каменной лестнице и взглянуть на свое прежнее лицо. Оно стало совсем старым. Тело обветшало, хоть и продолжало двигаться. А руки все еще умело делали свою работу. На удивление. Любой бы сказал, что этому телу уже давно пора отправиться на заслуженный отдых.
Часовщик отложил очки и пинцет, увидев гостя. Улыбнулся беззубой улыбкой.
– Ты пришел? – услышал Пеппино хриплый старческий голос, прежде бывший его голосом.
Пеппино подошел к столу и с укором взглянул на скрючившегося старика, имеющего наглость смотреть на него без намека на сожаление и чувство вины.
– Ты меня обманул. Как ты посмел?
Старик взглянул на Пеппино из-под седых мохнатых бровей.
– Ты дал мне себя обмануть.
– Но... – Пеппино почувствовал, что ему не хватает воздуха. Все внутри него клокотало от возмущения. – Как ты это провернул? Как ты подбросил мне ту шестеренку?
– А я не подбрасывал, – ответил старик и Пеппино вдруг почувствовал, что это правда. – Ты сам решил, что она из моих часов.
– Но Скрабл нашел ее!
– Ах Скрабл. Трудяжка. Отличный был помощник, – часовщик с грустью вздохнул.
Пеппино сжал кулаки. Как смел этот негодяй оплакивать его друга! Но неужели он его тогда загипнотизировал?
– Я не умею разговаривать с животными, если ты подумал об этом, – развеял его сомнения старик.
– Тогда как? – Пеппино нужны были ответы.
– Да как-как! Ты посмотри вокруг! – старик развел руками. – У тебя же здесь все завалено шестеренками, пластинками и шурупами.
Пеппино оглянулся. Хотя ему даже не требовалось этого делать. Ведь он все помнил, словно не прошло этих ста лет. А здесь, в его прежней мастерской, время словно остановилось.
Единственно он заметил, что его модельки на полках теперь двигались, а часовые стрелки – все как одна – ходили и оттого комнату наполняло приятное мерное тиканье.
Пеппино подошел и пригляделся к фигуркам. На глаза навернулись слезы. Нет, он был рад, что они теперь живые: что орнитопторы машут крыльями, а пароход выпускает дым, мельница крутит лопастями. И он был рад, что каждая стрелка получила свой комплект шестеренок, которые подарили ей радость движения. Он лишь жалел, что не оживил их сам.
– Как же ты мог так со мной поступить? – он вернулся к столу и вдруг захотел, чтобы этот отвратительный человек, испортивший ему жизнь, хотя бы сознался в своем чудовищном проступке. – Я же думал... Я же думал...
Он не смог договорить.
Старик сощурил глаза на испещренном морщинами лице.
– Он всегда есть. Выбор. Пока твое время не закончилось. Он у тебя есть даже сейчас. Хочешь, поменяемся обратно?
И старик протянул Пеппино костлявую сморщенную руку...
#рассказ #рассказ_финал