В 2012 году в свет вышел документ с необычным названием — «Правовая наркология. Выпуск 0». Под редакцией Олега Зыкова он открывал целую серию, задуманную как основа реформы наркологической помощи в России. Сегодня, перечитывая этот выпуск, трудно отделаться от ощущения, что многие его идеи опередили своё время и до сих пор не потеряли актуальности.
Ключевая идея: резильентность
Авторы предлагали смотреть на человека не как на совокупность слабостей, а как на носителя скрытых ресурсов. Вместо бесконечного поиска «дефицитов» они ставили в центр понятие резильентности — способности сохранять целостность в условиях давления, справляться с тяжёлыми обстоятельствами и строить жизнь, несмотря на зависимость или социальные проблемы. Наркология, в таком подходе, должна не ломать и не запугивать, а поддерживать сильные стороны личности, помогать им проявиться и развиться. Важно было не столько отталкивать от риска, сколько создавать позитивное пространство для движения вперёд.
«Позитивное большинство»
Первичная профилактика, по замыслу авторов, строится не на страшилках и морализаторских лекциях, а на влиянии тех взрослых и сверстников, которых ребёнок готов слышать. Подростку важно чувствовать себя частью среды, где ценятся доверие, забота и поддержка. Если рядом оказывается «позитивное большинство» — родители, учителя, друзья, готовые к открытому разговору, — тогда он способен усвоить ценности трезвости и здорового выбора. Попытки давить страхом или чрезмерным контролем, напротив, разрывают эмоциональную связь и только отталкивают ребёнка. Авторы подчёркивали: главное — сохранить доверительный контакт, ведь именно он становится настоящим инструментом профилактики.
«Реабилитационное пространство»
Когда речь идёт о подростках из групп риска, нужны другие методы. Авторы описывали вторичную профилактику как создание «реабилитационного пространства» — сети, объединяющей социальные службы, ювенальную юстицию, уличных работников и информационные базы. Здесь невозможно лечить один симптом, игнорируя весь контекст. Подросток с девиантным поведением неотделим от своего окружения, и помощь должна быть целостной: правовой защитой, возможностью трудоустройства, поддержкой на улице, диалогом в семье. «Реабилитационное пространство» задумывалось как дом с фундаментом ювенальной юстиции и стенами из реабилитационных программ, которые держатся вместе благодаря информации и сотрудничеству.
«Лечебная субкультура»
На третьем уровне речь шла о людях, у которых уже сформировалась зависимость. Для них предлагалось создавать особую среду — лечебную субкультуру, где трезвость поддерживается сообществом, а не только врачами. В основе этой культуры лежат три принципа: анонимность, доступность и бесплатность. Ключевым элементом становились группы самопомощи: Анонимные алкоголики, Анонимные наркоманы и другие движения, дающие опыт взаимной поддержки. В документе подчёркивалось, что без таких сообществ даже самая современная клиника превращается в бесполезный институт, тогда как группы самопомощи позволяют человеку не просто оставаться трезвым, но и обрести новое качество жизни.
Жёсткая критика системы
Авторы не стеснялись формулировок. Они называли государственную наркологию практически бесполезной для пациента, поскольку диспансеры превращались скорее в карательный механизм, где обращение вело к лишению прав и социальной стигме. Реабилитационных центров катастрофически не хватало, а доказательные методы почти не применялись. Вместо поддержки человек сталкивался с недоверием и наказанием, и неудивительно, что большинство просто обходило систему стороной.
Что предлагалось взамен
Вместо старой логики авторы предлагали выстроить программно-целевой маршрут помощи. Человек с низкой мотивацией начинал бы со снижения вреда — обмена шприцев, тестирования, минимальной поддержки. При росте мотивации он двигался бы дальше: к первичному консультированию, к интенсивной психотерапии, к амбулаторной помощи и «дому на полпути», где можно постепенно приобретать навыки жизни без веществ. К каждому уровню привлекались бы бывшие зависимые в роли консультантов и группы самопомощи, которые создавали среду доверия. Эффективность предлагалось измерять не количеством поставленных на учёт, а качеством жизни в трезвости.
Почему это важно сейчас
Прошло больше десяти лет, а идеи документа звучат удивительно современно. Уважение к личности, акцент на резильентность, отказ от репрессии, вовлечение сообществ и непрерывность маршрута помощи — всё это до сих пор остаётся ориентиром для мировой наркологии. «Правовая наркология» так и осталась выпуском «0», но именно поэтому её можно читать как манифест несостоявшейся реформы и как напоминание: без доверия, ресурсов и человеческого достоинства ни одна система помощи не заработает.
Подробнее на сайте: