Фёдор стоял в оцепенении, словно его мешком по голове ударили.
Алёна. Его Алёна. На сцене. Поёт их песню. Смотрит на него. И она ушла. Опять. Он сорвался с места и, проталкиваясь между гостями, спотыкаясь о чужие стулья, вылетел в холл вниз по лестнице, быстрее, боясь опять опоздать на улицу.
- Алёна! — крикнул он в никуда. — Алёна, подожди!
Он метался по парковке, заглядывал в окна машин. На улице было пусто. Никого. Только одинокий гудок уезжающего автомобиля. Она уехала. Он стоял на тротуаре, тяжело дыша. Упустил. Опять. На этот раз у него была хоть какая-то зацепка, и он не собирался сдаваться.
Вернувшись в здание, он подошёл к Васе и спросил.
— Девушка, та, что пела, кто она? Вася усмехнулась
— это Алёна, жена Кравчука, твоего директора по маркетингу.
Фёдор медленно опустился в кресло в коридоре. Жена Антона. У неё теперь другая жизнь. Дети. Через пару дней через общих знакомых он узнал больше информации.
Алёна подала на развод.
У неё двое детей. Со своей невестой, а точнее женой, Фёдор поговорил в тот же вечер честно. Он и раньше не обманывал её. Говорил, что не любит и вряд ли полюбит. Говорил, что если ему удастся найти ту самую, первую, то он уйдет в тот же миг. Она согласилась, приняла его условия. И когда он рассказал, что Алёна, которая пела на празднике именно его бывшая, то приняла это без слёз и истерик.
Вася же, зная, как обстоят дела, и Алёну, ту, которую он потерял почти много лет назад, искала информацию о ней. Через пару дней после свадьбы она почти шёпотом назвала дату и время суда, на которые Алена точно придёт, и он сможет её увидеть.
- Адреса, где она сейчас живёт, не знаю, но она точно будет в суде через неделю. Развод раздел всё сразу. В этот день он приехал к зданию суда заранее, сидел в машине, смотрел на вход. Он вышел из машины. Ждать было невыносимо, но он хотел быть рядом. Он не стал заходить в зал, где проходило судебное заседание. Дверь была приоткрыта, поэтому он просто стоял прислонившись к стене.
Он слушал. Голос Антона срывался на крик.
- Я принял её с ублюдком! Заботился о нём, как о родном! Это такая благодарность!
Фёдор сжал кулаки. Слово «ублюдок» ударило по нему.
- Оба ребёнка должны жить со мной. Я настаиваю. Мать не сможет справится с воспитанием и содержанием детей, — заговорил адвокат Алёны спокойно, чётко.
- Ваша честь, Антон Кравчук не проявлял участия в воспитании Кирилла. Он не посетил ни одного родительского собрания, ни одного праздника. Он не знает, в каком кружке занимается ребёнок, не интересуется его учёбой. Более того, систематически унижал мальчика, сравнивал его с младшим братом, оказывал эмоциональное давление.
Судья посмотрел на документы. Адвокат продолжила, сдержанно.
- Что касается Максима, да, отец любит его, что и демонстрирует. Но он также не занимается с ребёнком, не читает, не играет, не поддерживает. Его любовь не простирается дальше похвалы, зато включает агрессию по отношению к матери и старшему брату. Это создаёт у ребёнка внутренний конфликт.
Он не понимает, почему любимая мама и любимый брат становится мишенями для насмешек и оскорблений со стороны отца. И от этого ему становится больно. Он воспринимает это на свой счет и считает, что является причиной, что из-за него отец обижает мать и братика.
Она сделала паузу и закончила.
- Психолог дал заключение, что при таких условиях ребёнок испытывает постоянные эмоциональные перегрузки, что впоследствии может негативно сказаться на его ментальном здоровье.
Учитывая, что мать эмоционально стабильна, связана с обоими детьми и имеет условия для проживания, целесообразно оставить детей с ней. Моя клиентка, в качестве жеста доброй воли, готова отказаться от своей доли в совместно нажитом и алиментах в случае, если отец не будет настаивать на проживание детей с ним.
Фёдор стоял и слушал, и понимал, что у него есть ребёнок, что Алёна — борец. Он ещё не знал, есть ли у него право на вторую попытку, но одно понял точно — он должен быть рядом. Хоть на расстоянии, хоть тенью, но рядом. В любом случае, больше он её от себя далеко не отпустит.
Алёна спустилась со сцены, аккуратно поставила гитару в поправила волосы, хотела пройти на выход, но вдруг услышала.
— Алёна, прости, что так поздно. Можно с тобой поговорить?
Она замерла. Повернулась. Фёдор стоял, замерев, будто боялся дышать. Неуверенно, немного сутулившись.
Взрослый мужчина с тяжёлым взглядом и неловкой улыбкой.
— Привет, — сказала она сдержанно.
— Я не ожидал тебя здесь увидеть, если честно. Я не мог не прийти после всего, после того, что услышал в суде. Он говорил мягко и ненавязчиво. — Мне нужно тебе кое-что рассказать. Про тот день, про ту…
Она предложила прогуляться пешком. Уже прилично отойдя от ресторана, она заговорила.
- Я слушаю.
Фёдор провёл рукой по лицу.
- Алёна, это был розыгрыш. Глупый, тупой, как и всё, что делают девятнадцатилетние идиоты. Меня достали. Я только и говорил тогда им, что ты приедешь, какая ты красивая, умная, как поёшь, как мы вместе будем учиться и выступать.
Они смеялись, подкалывали. И вот мой сосед, с которым я тогда квартиру снимал, решил остудить мой пыл. Договорился со своей сестрой, типа она сделает вид, что у нас всё было. Они меня типа дразнить будут, издеваясь над моей верностью к тебе. Но только она уснула, а ты пришла и всё это увидела.
— Алёна, да спроси ты у Васьки сама.
- Так это была она там тогда?
— Говорю же, да, не было между нами никогда и ничего.
Алёна поняла, что поступила тогда как полная дура, не дав Феде объясниться. Убежав и пропав. Тем временем Федя продолжал.
- А потом ты исчезла, не дала мне шанса всё объяснить. А я, я не знал, как тебя найти. Я пытался, честно. Но ты как сквозь землю провалилась.
Алена долго молчала, потом выдохнула.
- Я была беременна. Меня выгнал отец. У меня не было ни связи, ни мыслей. Я просто спасалась и больше не хотела боли.
— Я понимаю, — Фёдор смотрел в пол. — Я не прошу прощения, чтобы тебя вернуть. Просто хотел, чтобы ты знала, я не изменял ни тогда, ни потом. И тебя любил. И, наверное, до сих пор люблю.
Он сделал паузу, потом осторожно спросил.
— Кирилл — это мой сын, да?
Она кивнула.
- Я догадался.
Он чуть улыбнулся, глаза загорелись.
- Мне можно познакомиться с ним?
Алена снова помолчала. Она смотрела на него долго, будто сканируя.
- Можно, — сказала она. — Только медленно, по-доброму. Он ранимый мальчик, но очень талантливый, добрый. Ему нужен отец, который будет другом и защитником.
- Я буду рядом. Потихоньку налажу с ним связь, постараюсь подружиться. Очень хочу узнать его поближе. Хочу, чтобы он знал, что он важен для меня. И я рад, что он у меня есть. Алёна слабо улыбнулась. Ты прав, он не ошибка. Он лучшее, что у меня есть. Он и Макс, мой младший сын.
— Алёна, если они похожи на тебя хоть чуточку, то, скорее всего, ты абсолютно права, — засмеялся Федя.
И они пошли дальше, к её дому. Антон сдался не сразу. Сначала были угрозы, хлопанья дверей, бесконечные судебные тяжбы. Он сдался лишь тогда, когда понял, что Алёна не вернётся ни при каких условиях.
Она ушла навсегда. Ещё его грело, что Алёна была готова отказаться от алиментов и не претендовала ни на что. Ни на его деньги, ни на его имущество. Точка была поставлена неожиданно просто. Фёдор, официально став новым руководителем компании, вызвал Антона к себе и предложил.
- Филиал в Сочи, руководящая должность, повышение, машина, жилье.
Антон прищурился.
— А с чего такая щедрость?
— Потому что ты проиграл. А я хочу, чтобы моя женщина и мой ребёнок жили спокойно. И сразу хочу предупредить, я иду тебе навстречу не потому, что опасаюсь, просто закрываю гештальт. А ты уезжай, начни с чистого листа.
И Антон уехал. Первое время он появлялся по выходным в доме Алёны, забирал Макса, проводил время с ним вместе. Но как только стало ясно, что мальчик больше не является рычагом, интерес Антона к собственному сыну быстро сошёл на нет. Он стал срывать график встреч по разным причинам. Сначала заболел, потом встреча, потом забыл. И Макс всё чаще оставался дома на выходные.
В это время Фёдор вошёл в их семью. От Макса не скрывали, что это отец Кирилла и друг мамы, не жених, просто друг. Так что на выходных мальчиков разбирали отцы, а вечером они делились своими впечатлениями. Когда Антон перестал приезжать к Максу, мальчик страдал, ведь папа Кирилла продолжал проводить время с сыном, но у Фёдора и для Макса было всегда припасено доброе слово и какой-нибудь сюрприз.
Макс сначала смотрел на Федю настороженно, но потом, когда понял, что тот никого не вытесняет, а только добавляет, оттаял. И стал ждать тех самых выходных, когда Федя придёт уже за ними двумя.
Они ходили в кино, катались на велосипедах, готовили пиццу. Фёдор не старался быть лучше Антона, он просто был собой, и дети это чувствовали. А потом, одним субботним вечером, всё встало на свои места. Мальчишки устроили тайное совещание. Кирилл делал кольцо из фольги, Макс тренировался говорить, ты выйдешь за него. Федя смеялся, что они собирались за него сделать предложение руки и сердца матери, а его мнение спросить забыли.
Наверное, понимали, чувствовали, что он этого хочет больше всего на свете. А в воскресенье, утром, в комнате, залитой мягким светом, они втроём встали перед Алёной. Кирилл держал самодельную открытку, Макс — баночку с колечком, Фёдор — её ладонь.
— Ты выйдешь за него? — спросил Кирилл, серьезно, как взрослый, кивая в сторону отца. — Навсегда, чтобы по-настоящему, чтобы он нашим с Кириллом папой был, — добавил Макс.
— Если сердце велит и хочет, — сказал Фёдор. Алёна расплакалась и сквозь слезы только кивнула.
- Да, конечно.
Они жили долго и счастливо. Фёдор помог Алёне выйти на большую сцену. Благодаря таланту и любви к музыке у неё быстро появились поклонники, а билеты на её концерты всегда распродавались за несколько недель до мероприятия. Федя и Алёна были по-настоящему счастливы, ведь сбылось всё то, о чём они мечтали в детстве, в юности.
Они построили блестящую карьеру, растили прекрасных сыновей, и впереди их ждала долгая и интересная жизнь. Даже к проблемам и преградам на их пути они были готовы. Ведь они были вместе. Всегда.
В Телеграмм-канале вас ждет новая история. Читайте бесплатно и без рекламы