«Ей было 12–13 лет. Я хотел с ней погулять», — эти слова, произнесённые 39-летним мигрантом-узбеком, звучат как кошмар. В последний день лета он силой пытался утащить 13-летнюю школьницу в лес под Мурино. Девочке удалось вырваться только благодаря смелой прохожей. А преступник? Жил на стройке в недостроенной квартире, работал «ценным специалистом» и, судя по всему, чувствовал себя в полной безопасности. Когда мы перестанем закрывать глаза на то, что происходит у нас под носом?
«Я хотел с ней погулять»
Эти слова, будто вырванные из сценария триллера, прозвучали в ходе следствия после задержания 39-летнего мигранта в Мурино. В последний день августа, в районе Оборонной улицы, 13-летняя школьница шла домой, присела отдохнуть на лавку, как вдруг к ней подошёл незнакомец. Разговор начался с вопросов. Потом — попытка увести. А затем — физическое воздействие.
Мужчина, мигрант-узбек, силой потащил девочку в сторону лесного массива. Что было бы дальше — страшно представить. К счастью, в нужный момент мимо прошла женщина. Увидев, что происходит, она бросилась на помощь. Крики, сопротивление — девочка вырвалась.
Это не первый случай. И, скорее всего, не последний.
Задержанный оказался «ценным специалистом» — работавшим на соседней стройке. Жил в недостроенной квартире прямо на объекте. Никакого постоянного адреса, никакой привязки к системе — нелегал.
Уголовное дело возбуждено. Но вопрос остаётся: почему такие люди вообще остаются на свободе? Почему они получают доступ к нашим улицам, дворам, школам?
Мы всё чаще слышим истории о «мигрантах-трудягах», об «экономической необходимости». Но где граница, когда речь идёт о безопасности наших детей? Где контроль? Где ответственность?
Девочка вернулась домой. Первое сентября для неё наступило. Но в её глазах теперь — страх. А в голове — слова: «Я хотел с ней погулять».
Кто следующий? Кто будет рядом, если в следующий раз прохожей не окажется?
Мы строим города, но разрушаем доверие к безопасности. Мы открываем границы и закрываем глаза на то, кого пускаем за порог.
Когда мы перестанем бояться выпускать своих детей на улицу?
Или мы уже привыкли? И это — новая норма?