Пятьдесят лет назад в этот уик-энд Ники Лауда завоевал свой первый титул чемпиона мира Формулы-1, заняв третье место в Монце. Тифози чествовали своего героя, а Клей Регаццони принёс им победу на домашней трассе, став вишенкой на торте.
В 1975 году Лауда и «Ferrari» установили новые стандарты в Формуле-1. Австриец положил конец 11-летней засухе титулов для Скудерии и заложил основу для новой эры успеха, во многом схожей с эпохой Михаэля Шумахера.
Однако Лауда не испытывал по этому поводу сентиментальности. На вопрос о своей революционной модели «312T» он признался: «Я её даже не помню». Затем любопытство взяло верх: «Сколько гонок я выиграл?» Ответ: пять Гран-при и не менее девяти поулов всего за 14 гонок.
Его спарринг-партнер: Клей Регаццони
Лауда перешёл в «Ferrari» в 1974 году, заняв четвёртое место в чемпионате с двумя победами, в то время как его напарник Регаццони уступил титул Эмерсону Фиттипальди из «McLaren» всего на три очка. Лауда показал себя невероятно быстрым гонщиком, но всё ещё склонным к ошибкам. Регаццони порекомендовал Лауду Энцо Феррари, что позволило ему погасить кредит, взятый для финансирования его ранней карьеры в Ф1, и австриец с теплотой вспоминает своего коллегу.
«Если я всё делал правильно, я был быстрее его», — вспоминал Лауда. «Он был хорошим напарником, потому что подталкивал меня к достижению пика формы. Без него я бы добился лишь результата, особенно в «Ferrari», где политика играла огромную роль».
В 1974 году человек с усами все еще имел преимущество, но Лауда уже постепенно потихоньку подрывал его статус номер один.
Молодой стратег: Лука ди Монтедземоло
Скудерией управлял 27-летний новичок Лука ди Монтедземоло, который был едва старше Лауды и на целых восемь лет моложе Регаццони. Ди Монтедземоло иногда промахивался, вспоминал Лауда: «Лука поначалу был неопытным, но стратегически сильным, хотя и допускал ошибки».
В 1970-х годах гонщики Ф1 всё ещё могли выбирать, с какой стороны стартовой решётки стартовать. Когда Лауда установил лучшее время на Гран-при Монако 1974 года, опередив Регаццони, он был ошеломлён, оказавшись на левой стороне решётки.
«Это был Монтедземоло, потому что он понял, что Ронни Петерсон был позади меня», — объяснил он. «И поскольку Петерсон представлял опасность, он поставил меня слева, чтобы блокировать его атаку». Когда Регаццони вышел вперёд на старте, Лауда был в ярости: «Лука, должно быть, ты сошёл с ума. При всём уважении, но это был мой поул!».
Лауда так сильно давил на Регаццони, что швейцарский гонщик выбыл из гонки, а затем и сам сошёл из-за отказа электроники. «Мы оба проиграли гонку. И я сказал Луке: «Видишь? Это было совершенно лишним!».
Фальстарт Лауды в 1975 году
Лауда на старом «312B3» в первых двух заездах смог финишировать не выше шестого и пятого мест, а затем разбил новый «312T» во время его дебютной тренировки в Кьялами, заняв вялое пятое место в гонке.
«Ferrari» подверглась резкой критике со стороны итальянской прессы, но Лауда заподозрил неладное с новой машиной и потребовал провести её тесты со старой моделью во Фьорано. Инженеры обнаружили ослабленный ремень в блоке дозирования топлива, что привело к потере 80 лошадиных сил в Кьялами.
Технический гений: Мауро Форгьери
Блестящий главный инженер «Ferrari» Мауро Форгьери сыграл ключевую роль в успехе Лауды в 1975 году, предложив революционную поперечно расположенную семиступенчатую коробку передач, расположенную перед задней осью, что значительно улучшило баланс болида.
Техническая проницательность и скрупулезный подход Лауды были известны уже в то время, и он считал обязательным тестировать свой болид как можно чаще, максимально используя трассу «Ferrari» во Фьорано — точно так же, как Шумахер пару десятилетий спустя.
«Одним из самых важных преимуществ во Фьорано было то, что можно было ездить каждый день и совершенствовать машину», — вспоминал он. «Другие команды имели доступ только к трассам, которые им даже не принадлежали. Мы же могли постоянно совершенствоваться, и это давало нам огромное преимущество. Чем усерднее мы работали, тем быстрее прогрессировали».
Лауда и Коммендаторе: «Quanti punti?» — «Новэ!»
Легендарный руководитель команды Энцо Феррари внимательно следил за Лаудой. «Каждый раз, когда я финишировал и собирался уходить, Старик спрашивал: «Quanti punti?» [Сколько очков?], а я отвечал: «Nove» [Девять]. Он был рад, и я уезжал. Этого он и ожидал: «Победить и набрать девять очков. Тогда это стало крылатой фразой».
Почему Феррари так его уважал? «Ему нравилась моя прямолинейность», — считал Лауда. «С другими гонщиками он был более эмоционален — радовался их победам, но уничтожал их, когда они проигрывали. Думаю, ему по-настоящему нравились очень немногие. Жиль Вильнёв, безусловно, был одним из них из-за своего агрессивного стиля. Я был одним из них, но в другом смысле, потому что хотел правильно настроить технологии, чтобы его «Ferrari» в итоге победила».
Поцелуй для принцессы
Прорыв Лауды случился на улицах Монако, в гонке, которую он назвал самой сложной в своей карьере. Он завоевал потрясающий поул, опередив Тома Прайса из «Shadow» на шесть десятых секунды, и это заставило его дрожать от страха, настолько он рвался вперёд.
В ходе дождевой гонки произошло множество аварий, у Лауды возникли проблемы с давлением масла, и ему пришлось отчаянно защищаться от Фиттипальди, в результате чего состязание, к счастью, сократилось на три круга; он прервал двадцатилетнюю серию без побед «Ferrari» в Княжестве. Победитель гонки Лауда поцеловал руку Грейс Келли, приветствуя принцессу Монако на подиуме, что вызвало непонятную, с его точки зрения, полемику.
«Дома меня учили, что нужно целовать руку даме, особенно ей, Грейс Келли, правительнице Монако. Для меня это было очевидно», — сказал он как ни в чём не бывало. «Но весь мир был изумлён».
Флирт со смертью на Нордшляйфе
На опасной трассе, которая год спустя едва не стоила ему жизни, Лауда установил новый рекорд трассы, проехав первый круг менее чем за семь минут — 6.58,6.
«Тогда я сказал себе, что больше никогда в жизни не смогу повторить этот успех. Это был невероятный круг, вызов до самого конца — абсолютный, максимальный риск», — вспоминал Лауда, добавляя: «Я знал, что если попробую ещё раз, то погибну. Поэтому я этого не сделал».
Слава чемпионата мира на поле «Ferrari»
Первый шанс завоевать титул у Лауды был в Монце — на трассе, где он совершил сенсационное возвращение после аварии на Нюрбургринге год спустя. Гонщику «Ferrari» было достаточно лишь пятого места, поскольку Фиттипальди не смог набрать очки в предыдущих двух гонках.
Стартовав с поул-позиции, Лауда прижался к машине Регаццони, которая всё ещё математически боролась за лидерство, и избежал риска. «Не думаю, что я его пропустил, думаю, он просто обогнал меня», — размышлял Лауда. «Но моей целью было выиграть чемпионат. Поэтому я не собирался ничем рисковать ради победы в гонке — мне просто нужно было заработать очки».
Это был идеальный результат для «Ferrari»: Регаццони принёс победу тифози, а новоиспечённый Лауда присоединился к нему на подиуме, заняв третье место. Его первые слова после победы в чемпионате мира? «Кажется, задний левый амортизатор сломался». Типичный Лауда – после чего одна из газет назвала его «роботом с сердцем».
Несмотря на то, как Лауда держался в гонке, последовавший хаос его просто ошеломил. Карабинерам на конях пришлось сопровождать его к подиуму сквозь разъярённую толпу. Когда репортер Хайнц Прюллер спросил, как он себя чувствует в паддоке, бледный Лауда ответил: «В данный момент напуган. По дороге одна из лошадей взбрыкнула, топнув копытом всего в двух сантиметрах от моих ног». Его единственная мысль была: «Выйти отсюда целым и невредимым».
И всё же позже он назовёт этот день «самым прекрасным» в своей жизни. Неудивительно, ведь этот триумф стал наградой за годы борьбы, после того как он преодолел финансовые трудности и нежелание семьи продолжать гоночную карьеру.
«В этот период невозможно планировать, когда и как ты будешь двигаться дальше», — сказал он о своих трудных первых годах. «Это зависит от множества факторов. А это значит, что первый выигранный чемпионат мира — самый сложный из всех, потому что всё начинается ещё в Ф3. Выиграв его, ты понимаешь, что наконец-то получил результат, достойный всего, что ты делал с самого начала и до сих пор. Вот почему это самое важное».
С этого момента, сказал он, всё становится проще, независимо от обстоятельств: «Потому что ты уже доказал, что можешь это сделать. Тогда у тебя появляется уверенность – ты чемпион мира. Вот почему второй и третий титулы даются легче. Первый всегда самый сложный».
Почему Лауда никогда не владел своим титулованным «Ferrari»
Лауда не пребывал в эйфории после завоевания короны в 1975 году. Он пытался уговорить Энцо Феррари, который не слишком высоко оценил его успех («Нет, нет, он был застенчив», — тонко намекнул Лауда), продать ему свой титулованный болид по выгодной цене. Но как только начались тесты нового болида в 1976 году, старая машина перестала интересовать чемпиона.
Лауда проиграл чемпионат 1976 года Ханту, снявшись с решающей гонки из-за проливного дождя на Фудзи.
«В 1976 году я проиграл не из-за Японии, а из-за аварии на Нюрбургринге», — пояснил он. «Иногда меня поражает, как люди приукрашивают ситуацию. Это чушь. Если бы не авария и три пропущенные гонки, я бы стал чемпионом мира. Но моя карьера с «Ferrari» в 1975, 1976, 1977 годах — если сложить всё вместе, я мог бы стать чемпионом трижды. Неплохо — правда?».