В Пекине произошло событие, которое можно было бы назвать почти историческим.
Генеральный секретарь Трудовой партии Кореи и глава КНДР Ким Чен Ын встретился с Генсеком Компартии Китая и председателем КНР Си Цзиньпином. Официальная хроника событий звучит безупречно: «тепло встретил», «горячо приветствовал», «в теплой и дружественной атмосфере», пишет ЦТАК.
Всё это — дипломатический протокол, доведенный до степени поэтической инерции. Но за словами о «прекрасных друзьях и товарищах» скрывается куда более любопытный контекст.
Оба лидера, стоит признать, словно отрабатывали давно согласованный сценарий. Си, как положено хозяину, говорил о «незыблемой решимости Китая защищать глобальный мир» и демонстрировал КНР в образе державы, которая с каждым годом всё увереннее смотрит на Вашингтон с позиции равного соперника. Ким, в свою очередь, не скупился на заверения в вечной дружбе и братстве, добавив, что «ни турбулентность мировой обстановки, ни давление извне не способны поколебать узы Пекина и Пхеньяна».
Здесь интересно другое: встреча была приурочена к празднованию 80-летия победы Китая в войне сопротивления японской агрессии. Символика очевидна — речь идёт не просто о военном триумфе прошлого, а о легитимизации нынешнего статуса Китая как «держателя исторической памяти» и одновременно «архитектора будущего миропорядка». Приглашение Ким Чен Ына на эти мероприятия — жест, который одновременно демонстрирует два момента. Во-первых, Пекин ясно показывает, что Пхеньян — не «младший брат», а стратегический партнёр, которого не вычеркивают даже из большого геополитического ребуса. Во-вторых, это сигнал Западу: Китай готов защищать союзников.
Вопрос: что объединяет Пекин и Пхеньян в 2025 году больше всего? Ответ лежит на поверхности. Оба режима понимают, что их выживание зависит от способности сопротивляться давлению извне — будь то американские санкции или попытки политической изоляции.
Северная Корея получает от Китая не только символическую поддержку, но и реальную страховку: от торговли до технологий. Китай же использует КНДР как буфер, который удерживает США и их союзников в регионе в постоянном напряжении.
Можно ли назвать такие отношения «прекрасной дружбой»?
Формально — да. Но в реальности речь идёт о браке по расчёту, где каждая сторона прекрасно понимает свои выгоды. Для Кима дружба с Китаем — гарантия того, что его страна не окажется в абсолютной изоляции. Для Си — это стратегический ресурс, позволяющий держать в тонусе сразу и Южную Корею, и Японию, и США.
Переговоры завершились традиционно — «в теплой атмосфере» и с приёмом на высшем уровне. Но на самом деле главное в них — не улыбки и не обмен ритуальными формулами. Главное — подтверждение того, что Китай и Северная Корея остаются в одной лодке, даже если течение мировой политики становится всё более бурным.