Ужин готовила особенный — день рождения мужа все-таки. Валерий исполнялось сорок лет, круглая дата. Накрыла стол в гостиной красиво, достала хорошую посуду, которую обычно прятала в серванте.
Дети возились на кухне, помогали салаты раскладывать. Антон, старший, уже одиннадцать лет, серьезно морковку тер. Маша, семи лет, украшала торт.
— Мам, а папа скоро придет? — спросила Маша.
— Скоро, дочка. Он с бабушкой за продуктами поехал.
Валерий утром сказал, что заедет к своей матери, Галине Ивановне, привезет ее на ужин. Я обрадовалась. Редко она к нам приходила, все больше мы к ней ездили.
— Мам, а почему бабушка Галя редко в гости приходит? — спросил Антон.
— У нее свои дела, сынок. Работает еще.
— А сколько ей лет?
— Шестьдесят два.
— Это же много! Зачем она работает?
— Деньги нужны всем, Антоша.
Правда была другая. Галина Ивановна меня не очень любила. С самого начала наших отношений с Валерием относилась ко мне прохладно. Считала, что сын достоин лучшей партии.
— Валерка мог бы врачиху какую-нибудь найти, — говорила она подругам, не стесняясь моего присутствия. — А взял воспитательницу детского сада.
Обижалась я сначала. Потом привыкла. Воспитатель в детском саду тоже достойная профессия.
В семь вечера приехали наконец. Галина Ивановна выглядела нарядно — костюм новый, прическа свежая. Валерий помогал ей сумки нести.
— Здравствуй, Лена, — кивнула она мне. — С днем рождения, сын, — обняла Валерия.
— Спасибо, мам. Проходите, садитесь за стол.
Дети кинулись к отцу обниматься. Он их подхватил сразу обоих, покружил.
— Папочка! — визжала Маша от восторга.
— Как дела в школе, сын? — спросил у Антона.
— Хорошо. По математике пятерку получил.
— Молодец! Вечером покажешь дневник.
Сели за стол. Галина Ивановна критически оглядела угощения.
— Оливье делала? — спросила она.
— Делала, конечно.
— А майонез какой? Я Валерке говорила, чтобы покупал только провансаль настоящий.
— Провансаль, — соврала я. Майонез был обычный, из магазина.
— Хорошо. А то сейчас всякую химию продают.
Валерий налил водки себе и матери, мне вина красного. Дети сок пили.
— Ну что, родные мои, — поднял он рюмку, — хочу сказать несколько слов.
— Папа, поздравления будут? — оживилась Маша.
— Не только поздравления, дочка. У меня важные новости есть.
Я посмотрела на мужа внимательно. Лицо у него было торжественное, но в глазах что-то непонятное мелькало.
— Во-первых, спасибо всем за поздравления. За то, что собрались за одним столом.
— Кушать давайте, — сказала Галина Ивановна, — а то остынет все.
— Мам, подождите минутку. Хочу объявление сделать важное.
— Какое объявление? — насторожилась я.
— Хорошее объявление, — улыбнулся Валерий. — Сегодня утром ездил к нотариусу. Оформил дарственную на квартиру.
— На какую квартиру? — не поняла я.
— На нашу. На эту, в которой живем.
У меня в груди что-то екнуло.
— Валера, что значит оформил дарственную?
— Подарил квартиру маме. Теперь она собственница.
Рюмка выпала из моих рук, разбилась о пол. Красное вино растеклось по паркету.
— Что? — переспросила я.
— Лена, не волнуйся, — сказала Галина Ивановна спокойно. — Ничего не изменится. Вы как жили, так и будете жить.
— Валерий, ты с ума сошел? — Голос мой дрожал.
— Лена, успокойся. Дети же за столом.
— Мам, что случилось? — испугался Антон.
— Ничего, сынок. Просто мама рюмку разбила.
Но внутри у меня все горело. Как это — подарил квартиру матери? Без разговора со мной? Мы же семья!
— Валера, пойдем на кухню, поговорим, — сказала я, стараясь держать себя в руках.
— Давай после ужина. Сейчас праздник.
— Сейчас! — почти крикнула я.
Дети смотрели на нас испуганными глазами.
— Лена, не устраивай сцен при детях, — одернула меня Галина Ивановна.
— Галина Ивановна, это не ваше дело!
— Еще как мое. Теперь это моя квартира.
Валерий встал из-за стола.
— Пойдем, поговорим на кухне.
На кухне я не могла сдержаться больше.
— Валера, ты понимаешь, что наделал?
— Понимаю. Все продумал заранее.
— Как заранее? Со мной даже не посоветовался!
— Лена, это мое решение. Я собственник был, я и решил.
— Собственник! А я кто? А дети кто? Мы что, чужие люди?
— Не чужие. Но квартиру покупал я. На свои деньги.
— Валерий! Мы замужем восемь лет! У нас дети общие! Как можно такие решения принимать одному?
— Можно. Мать моя старенькая, ей жилье нужно обеспечить.
— У неё есть своя квартира!
— Однушка в хрущевке. Разве это жизнь?
— А мы где жить будем, если она нас выгонит?
— Мама не выгонит. Она добрая.
— Валера, ты совсем из ума выжил?
Он повернулся ко мне, лицо злое стало.
— Я из ума выжил? Я работаю как лошадь, чтобы семью содержать. А ты что делаешь? В садике копейки получаешь!
— Копейки? Я детей наших воспитываю! Дом веду! Это ничего не стоит?
— Стоит. Но не столько, сколько трешка в центре города.
— Не могу поверить, что ты так говоришь.
— А я не могу поверить, что ты маме моей счастье завидуешь.
Я села на табуретку, руки тряслись. Валерий, которого я любила восемь лет, с которым родила двоих детей, оказался совсем чужим человеком.
— Валера, а если она нас завтра выгонит? Ты подумал об этом?
— Не выгонит, говорю же.
— А если выгонит?
— Тогда найдем другое жилье.
— На что? У нас сбережений нет, ипотеку не дадут.
— Найдем, не переживай.
Вернулись в гостиную. Галина Ивановна кормила детей, рассказывала им что-то. Вид у нее был довольный.
— Ну что, Леночка, поговорили? — спросила она сладким голосом.
— Поговорили, — сухо ответила я.
— И хорошо. Я ведь не злая свекровь какая-нибудь. Жить можете спокойно.
— Спасибо за милость.
— Лена, не иронизируй, — одернул меня Валерий.
Ужин продолжился в натянутой атмосфере. Дети чувствовали напряжение, ели молча. Галина Ивановна рассказывала о своих планах.
— Валерочка, я думаю комнаты переделать. Из детской кабинет сделать.
— Мам, дети где спать будут? — удивился даже он.
— А пусть в одной комнате. Что им, трудно что ли?
— Бабушка, а мои игрушки куда девать? — спросила Маша.
— В кладовку сложим. Порядок навести надо в доме.
Я молчала, но внутри все кипело. Порядок навести! В доме, который мы обустраивали восемь лет!
— Галина Ивановна, может не стоит торопиться с переделками? — не выдержала я.
— А что торопиться? Теперь это мой дом, я и решаю.
— Мам, давайте постепенно, — попросил Валерий. — Детей не надо травмировать.
— Хорошо, сыночек. Как ты скажешь.
После ужина Галина Ивановна долго не уходила. Ходила по квартире, все осматривала, планы строила.
— Вот здесь обои переклеить надо. А на кухне линолеум поменять.
— Мам, может в другой раз обсудим? — устал уже и Валерий.
— Конечно, сынок. Времени у нас много теперь.
Когда она наконец ушла, дети легли спать. Я мыла посуду, Валерий телевизор смотрел.
— Валера, — позвала я его на кухню.
— Что?
— Давай честно поговорим. Зачем ты это сделал?
— Говорю же, мать обеспечить хотел.
— Неправда. Настоящую причину скажи.
Он помолчал, потом вздохнул.
— Лена, у нас в последнее время отношения плохие стали.
— Плохие? С чего ты взял?
— Ругаемся постоянно. Ты недовольная вечно.
— Я устаю! Работа, дети, дом — все на мне!
— Вот именно. Все недовольна. Маме жаловалась на меня.
— Когда я жаловалась?
— Позавчера по телефону. Думал, я не слышу.
Я вспомнила тот разговор. Действительно рассказывала маме, что Валерий стал равнодушным, помогать перестал.
— Валера, это же нормально — с родными поделиться переживаниями.
— Нормально. Но мне неприятно было.
— И из-за этого ты квартиру матери подарил?
— Не только из-за этого.
— А из-за чего еще?
— Думаю, нам лучше разойтись.
— Что?!
— Лена, мы не подходим друг другу. Это очевидно.
— Валера, у нас дети! Семья!
— Дети останутся. А семья... какая это семья, если только ругань и претензии?
Я стояла и не могла поверить в происходящее. Муж хочет развестись и подготовил все заранее. Переоформил квартиру, чтобы я ничего не получила.
— Значит, все это спектакль был? С днем рождения, с ужином?
— Не спектакль. Просто удобный момент сказать.
— Удобный... А детям как объяснишь?
— Скажем, что папа и мама больше не могут жить вместе.
— Валерий, ты понимаешь, что разрушаешь семью?
— Я ничего не разрушаю. Просто признаю факты.
Утром Валерий собрал чемодан и ушел к матери. Сказал детям, что командировка длинная будет.
— Папа, когда вернешься? — спросил Антон.
— Не знаю пока, сын. Работа такая.
— А нам звонить будешь?
— Конечно буду.
Маша плакала, не хотела отпускать отца.
— Папочка, не уезжай!
— Машенька, папа должен работать. Мама объяснит.
После его ухода я села с детьми и попыталась объяснить ситуацию.
— Дети, у нас в семье сложный период наступил.
— Мам, папа не вернется? — спросил Антон.
— Не знаю, сынок.
— А мы где жить будем? — заплакала Маша.
— Пока здесь. Потом посмотрим.
Через неделю Галина Ивановна пришла с ключами и документами.
— Лена, давай договариваться. Я человек справедливый.
— Слушаю.
— Можешь жить здесь, но правила мои. Коммунальные платить будешь сама.
— Хорошо.
— И за содержание дома тоже. Пять тысяч в месяц.
— Пять тысяч?! У меня зарплата пятнадцать!
— Ну так найди работу получше. Или съезжай.
— Галина Ивановна, дети ваши родные внуки!
— Внуки-то мои. А ты мне никто.
Вечером позвонила Валерию, рассказала о требованиях матери.
— Валера, твоя мать хочет с нас деньги за жилье драть.
— Мам права. Квартира ее.
— А дети? Твои дети где жить будут?
— Найдете что-нибудь.
— На что? Ты алименты платить будешь?
— Буду. По закону.
— По закону это четверть зарплаты. На это не проживешь с двумя детьми.
— Лена, не драматизируй. Устроишься на нормальную работу.
— Какую нормальную? Мне тридцать лет, образование педагогическое!
— Значит, переучивайся.
После этого разговора я поняла — надеяться не на что. Валерий выбрал мать и новую жизнь.
Подруга Света предложила помощь.
— Лен, у меня знакомая риелтор работает. Поможет жилье снять недорого.
— На что снимать? Зарплата копеечная, а расходы выросли.
— Может, к родителям переехать временно?
— У мамы однушка. Нас четверо с детьми.
— Тогда работу другую ищи срочно.
Стала искать. Откликнулась на вакансию менеджера по продажам. Зарплата обещали в два раза больше.
На собеседовании директор спросил:
— У вас дети есть?
— Двое.
— Понятно. А с кем они будут, если работать допоздна придется?
— Устрою как-нибудь.
— Опыт продаж есть?
— Нет, но готова учиться.
— Хм. Позвоним, если что.
Не позвонили. Как и из других мест, где собеседования проходила.
Через месяц Галина Ивановна пришла с ультиматумом.
— Лена, решение принимай. Или деньги платишь, или съезжаешь.
— Дайте время найти работу.
— Времени дала достаточно. Месяц прошел.
— Еще неделю дайте.
— Три дня. И все.
В эти три дня случилось чудо. Заведующая детским садом предложила мне место старшего воспитателя в новом частном садике.
— Лена, зарплата двадцать восемь тысяч. Плюс премии.
— Согласна!
— Хорошо. Выходишь с понедельника.
Теперь у меня были деньги платить Галине Ивановне. Но жить под одной крышей с человеком, который тебя ненавидит, тяжело.
Дети чувствовали напряжение. Антон стал замкнутым, Маша часто плакала.
— Мам, а папа к нам вернется? — спрашивала она каждый день.
— Не знаю, дочка.
— А почему бабушка Галя злая стала?
— Не злая она. Просто... сложная ситуация.
Валерий детей забирал по выходным. Но видно было, что отношения с ними портятся.
— Папа, а почему ты от нас ушел? — спросил Антон прямо.
— Сынок, взрослые вопросы. Поймешь когда вырастешь.
— Я уже понимаю. Ты маму не любишь больше.
— Антоша, все сложно...
— Нет, не сложно. Любил бы — не ушел.
После таких разговоров Валерий приезжал все реже.
Прошло полгода. Я научилась жить в новых условиях. Работа нравилась, дети привыкли. Отношения с Галиной Ивановной оставались натянутыми, но деньги я платила исправно.
Однажды вечером она пришла ко мне на кухню.
— Лена, поговорить надо.
— Слушаю.
— Валерка женится. На девушке из своей фирмы.
— Понятно.
— Они квартиру снимают сейчас. Но хотят сюда переехать.
— Сюда?
— Ну да. Жена молодая, детей захочет. Им простор нужен.
— Галина Ивановна, а мы с детьми куда денемся?
— Это уже ваши проблемы.
— Когда съезжать надо?
— Через месяц свадьба. Значит, через месяц.
Эта новость не стала неожиданностью. Я давно понимала, что рано или поздно это случится.
За месяц нашла двухкомнатную квартиру в спальном районе. Дороговато, но что делать.
В день переезда Валерий пришел помочь вещи собирать. Выглядел виноватым.
— Лена, извини что так получилось.
— Что получилось, то получилось.
— Ты на меня не сердишься?
— А смысл сердиться? От этого ничего не изменится.
— Детей буду регулярно видеть. Обещаю.
— Посмотрим.
Когда грузили последние коробки, Маша спросила:
— Мам, а мы еще сюда приедем?
— Нет, доченька. Теперь у нас другой дом будет.
— А здесь кто жить будет?
— Папа с новой тетей.
— Понятно, — серьезно сказала она. — А они нас в гости позовут?
— Может быть.
Но я знала, что не позовут. Новой жене бывшая семья мужа не нужна.
Новая квартира оказалась уютной. Дети быстро освоились, завели друзей во дворе.
— Мам, а здесь хорошо, — сказал Антон через неделю. — Тихо и никто не ругается.
— Да, сынок. Здесь наш дом.
Валерий звонил первое время, обещал приехать. Но приезжал редко. Новая жизнь затягивала его полностью.
Через год узнала, что у него родился ребенок. Мои дети теперь стали ему не так интересны.
— Мам, а папа нас больше не любит? — спросила Маша.
— Любит, дочка. Просто у него теперь другие заботы.
— Понятно. А мы его простим?
— Прощать или не прощать — дело каждого. Ты когда вырастешь, сама решишь.
Сейчас прошло уже три года. Живем мы хорошо. Работаю заведующей детским садом, зарплата приличная. Дети выросли, повзрослели, стали самостоятельными.
Валерия видим редко. Он звонит на дни рождения детей, иногда переводит деньги. Но отцом его назвать трудно.
Зато мы стали настоящей семьей — я, Антон и Маша. Поддерживаем друг друга, делимся радостями и горестями.
И знаете что? Я благодарна Валерию за тот ужин. Он показал мне, кто он есть на самом деле. И избавил от иллюзий раз и навсегда.